Приёмный сын Городского Охотника
Цена безопасности
***
Прошла неделя. Неделя напряженной, звенящей тишины, похожей на затишье перед тайфуном. Внешне жизнь в квартире 301 вернулась в свое обычное русло, но это была лишь иллюзия. Каждый шорох за окном, каждый неожиданный звонок заставлял троих ее обитателей инстинктивно напрягаться. Война не закончилась, она просто сменила тактику, перейдя от открытого штурма к подпольной осаде.
Хидэюки чувствовал это острее всех. Его жизнь превратилась в череду тренировок, балансирующих на грани двух миров. Утро начиналось на крыше, где Рё с безжалостной методичностью гонял его до седьмого пота. Это была уже не просто стрельба по мишеням. Это были тактические упражнения: стрельба в движении, из неудобных положений, сборка-разборка оружия на время с завязанными глазами.
– Враг не будет ждать, пока ты найдешь удобную позицию, – повторял Рё, выбивая ногой стул из-под присевшего передохнуть Хидэюки. – Он ударит, когда ты ешь, спишь, идешь в туалет. Твое тело должно реагировать раньше, чем мозг успеет испугаться.
После физической муштры начинались занятия магией. Программа, составленная лично директрисой Йоцубой, была беспощадна. Боевые заклинания, контрпроклятия, щиты разного уровня сложности, тактика ведения боя против нескольких противников. Хидэюки приходил домой выжатый как лимон, умственно и физически истощенный. Порой он засыпал прямо за ужином, уронив голову на тарелку, и Каору заботливо укрывала его пледом.
Она волновалась больше всех. Ее беспокойство проявлялось в мелочах: в лишней порции его любимого блюда, в новом свитере, купленном «просто так», в том, как она подолгу смотрела на него, когда думала, что он не видит. Она чувствовала, что ее мальчик, ее нескладный, забавный племянник, которого она когда-то учила правильно держать палочки для еды, стремительно превращается в солдата. И это разбивало ей сердце.
Рё тоже изменился. Его шутки стали более резкими, а «моккори»-режим включался все реже. Он стал тенью, постоянно сканирующей окружающее пространство. Он обновил систему безопасности в квартире до уровня военного бункера, установил новые каналы связи с Умибозу и Саэко. Легендарный Городской Охотник перешел в режим полной боевой готовности, и весь преступный мир Синдзюку, почувствовав это, инстинктивно притих, стараясь не попадаться ему на глаза.
Даже отношения Хидэюки с Шино приобрели новый оттенок. Они все так же гуляли, ходили в кино и на тиры, но теперь в их встречах всегда присутствовала тень невысказанной тревоги. Шино, дочь генерала, выросшая в атмосфере дисциплины и понимания долга, все чувствовала. Она не задавала лишних вопросов, но ее взгляд стал серьезнее, а руку она сжимала крепче, словно боясь его отпустить.
– Что бы ни случилось, Хидэ, – сказала она однажды, когда они сидели в парке, – просто знай, что я рядом. И мой отец тоже. Он сказал, что твой отец – «настоящий мужик». Это высшая похвала в его системе ценностей.
Хидэюки улыбнулся, но улыбка получилась вымученной. Он был благодарен за поддержку, но в то же время чувствовал растущую вину. Это он был источником опасности. Он был мишенью, а его близкие – живым щитом. И эта мысль была тяжелее любых тренировок.
***
Первый удар был нанесен не огнем и мечом, а тихим ядом, завернутым в шелк лжи.
Все началось, как это часто бывало, с доски объявлений на станции Синдзюку. Три буквы, нацарапанные мелом в условленном месте: «XYZ». Сигнал о том, что кому-то отчаянно нужна помощь Городского Охотника.
– Клиент? Сейчас? – удивилась Каору, когда Рё сообщил ей об этом по телефону. – Странно. В последнее время все было так тихо.
– Вот именно, что тихо, – ответил Рё, и в его голосе слышались стальные нотки. – Слишком тихо. Будь начеку. Я встречусь с клиентом в «Cat's Eye». Прикрой меня, если что.
Кафе «Cat's Eye», принадлежавшее Умибозу и его жене Мики, было нейтральной территорией и одновременно главным информационным центром Рё. Клиенткой оказалась молодая, испуганная девушка, представившаяся как Асами. Она рассказала слезливую историю о том, как ее семью шантажируют якудза, требуя отдать старинную семейную реликвию – драгоценную заколку-канзаси.
Рё слушал, не перебивая, его лицо не выражало ничего, кроме ленивого сочувствия. Но его внутренний радар кричал об опасности. История была слишком гладкой, слишком шаблонной. Девушка была слишком напугана, ее дрожь казалась отрепетированной.
– И что вы хотите от меня? – спросил он, отпивая кофе. – Чтобы я разобрался с якудза? Это будет стоить дорого.
– Нет-нет! – всплеснула руками девушка. – Я… я уже договорилась с ними. Я отдам им заколку. Но я боюсь идти одна. Мне просто нужно, чтобы вы… сопроводили меня на встречу. Чтобы они меня не тронули. Я заплачу! У меня немного денег, но…
Она вытащила из сумочки сверток и положила на стол.
– Это все, что у меня есть. И… я хочу отдать это вам. В знак благодарности.
Она развернула сверток. Внутри, на подушечке из бархата, лежала изящная заколка-канзаси из темного, почти черного серебра, украшенная замысловатым узором и единственным тусклым, молочно-белым камнем, похожим на застывшую каплю лунного света. Вещь была старинной и, несомненно, очень красивой.
Рё не прикоснулся к ней.
– Я не беру плату вперед. И уж тем более не беру реликвии, – сказал он. – Сначала работа. Где и когда встреча?
Девушка назвала адрес заброшенного склада в портовом районе. Классическое место для бандитских разборок. Подозрения Рё усилились.
– Хорошо, – сказал он, поднимаясь. – Буду там. И не опаздывай.
Когда он вернулся в квартиру, Каору и Хидэюки уже ждали его.
– Ну что? – спросила Каору.
– Мутная история, – коротко ответил Рё, проверяя свой «Питон». – Похоже на ловушку. Хидэ, ты останешься здесь.
– Но, отец! – возмутился Хидэюки. – Я могу помочь! Я должен…
– Твой долг – слушаться меня, – отрезал Рё. – Мы не знаем, кто за этим стоит. Если это твои «друзья» в мантиях, то ты – главная цель. Твое место здесь, в самом безопасном месте в Токио. Каору, ты со мной. Возьми винтовку. Будешь на крыше соседнего здания. Никакого прямого контакта. Просто прикрытие.
Каору молча кивнула. Она доверяла инстинктам Рё больше, чем любым фактам.
***
Склад в портовом районе встретил их гнетущей тишиной и запахом гниющей рыбы. Рё вошел внутрь один, двигаясь бесшумно, как призрак. Каору уже заняла позицию с оптической винтовкой, держа под прицелом все входы и выходы.
В центре склада стояла та самая девушка, Асами. Рядом с ней – трое громил в костюмах, типичные «шестерки» якудза.
– А, Городской Охотник, – лениво протянул один из них, главарь. – Явился. Мы уже заждались.
– Развлекаетесь, пугая девочек? – усмехнулся Рё. – Несолидно для серьезных людей.
– Она сама к нам пришла, – хмыкнул бандит. – Отдает должок. Давай сюда, девочка.
Асами, дрожа, протянула ему сверток с заколкой. Главарь взял его, развернул и с отвращением посмотрел на канзаси.
– И из-за этой дряни столько шума? Ладно, забираем. А с тобой, Саэба, у нас отдельный разговор. Наш босс очень недоволен, что ты суешь нос в его дела в Синдзюку.
Рё не ответил. Он ждал. Все это было спектаклем. Дешевым и плохо поставленным. Эти трое были обычными бандитами, не Пожирателями Смерти. Но зачем тогда все это?
И тут он увидел. Главарь, забрав заколку, небрежно сунул ее в карман, а затем сделал шаг к девушке и с силой толкнул ее в сторону Рё.
– Забирай свою девчонку! Нам она не нужна!
Девушка вскрикнула и полетела прямо на Рё. Он инстинктивно поймал ее. И в этот момент она, падая ему на грудь, вцепилась рукой в его куртку. Секундное, почти невесомое касание. А затем она отпрянула, и ее глаза, до этого полные страха, стали абсолютно пустыми и безжизненными. Как у куклы.
Заклятие Империус. Рё понял это с леденящей ясностью.
– Уходим! – рявкнул главарь своим людям, и они бросились к выходу.
Рё не стал их преследовать. Ловушка захлопнулась, но не так, как он ожидал. Он посмотрел на девушку. Она стояла, пошатываясь, и смотрела в пустоту.
– Кто тебя послал? – тихо спросил он.
Она не ответила.
В этот момент в проеме ворот появилась Каору с револьвером наготове.
– Рё! Ты в порядке? Они убежали!
– Я в порядке, – ответил он. – А вот ей не очень повезло.
Он подошел к девушке и осторожно коснулся ее плеча.
– Все кончено. Ты в безопасности.
Внезапно девушка вздрогнула, ее глаза сфокусировались, и она с ужасом посмотрела по сторонам.
– Где я? Что… что произошло? Последнее, что я помню – ко мне на улице подошел какой-то иностранец в дорогом костюме… блондин с длинными волосами… он что-то спросил, а потом… пустота.
Люциус Малфой. Имя само всплыло в памяти Рё. Значит, это его работа. Но в чем был смысл? Зачем этот спектакль?
– Все хорошо, мы вызовем полицию, они помогут тебе добраться домой, – мягко сказала Каору, уводя шокированную девушку в сторону.
Рё еще раз осмотрел склад. Никаких следов магии, кроме самой девушки. Никаких атак. Они просто… ушли. Он не мог избавиться от ощущения, что упустил что-то важное. Что-то произошло прямо у него под носом, а он этого даже не заметил.
***
Первые признаки появились на следующее утро.
– Что-то мне нехорошо, – сказала Каору за завтраком, потирая виски. – Голова кружится, и знобит. Наверное, вчера в порту продуло.
– Ляг, отдохни, – забеспокоился Рё. – Я сам все сделаю.
Но отдых не помог. К вечеру Каору слегла с температурой. Она стала бледной, а под глазами залегли темные тени. Обычные лекарства от простуды не действовали. Вызванный на дом врач развел руками.
– Никаких симптомов гриппа или простуды. Анализы в норме. Возможно, просто переутомление. Побольше отдыха и витаминов.
Но с каждым днем Каору становилось все хуже. Она слабела на глазах. Пропал аппетит, она почти все время спала, но этот сон не приносил облегчения. Иногда она просыпалась от холода, который, по ее словам, шел изнутри, словно в ее венах текла не кровь, а ледяная вода.
Хидэюки был в отчаянии. Он чувствовал в комнате тети слабую, почти неуловимую ауру темной магии. Она цеплялась за нее, как паутина, медленно высасывая жизненные силы. Он пытался использовать очищающие заклинания, которым его научили в Академии, но это было все равно что пытаться вычерпать океан чайной ложкой. Темная энергия на мгновение отступала, но потом возвращалась снова, еще более плотная.
Рё молчал. Он перестал шутить, перестал улыбаться. Его лицо превратилось в каменную маску, но в глубине глаз плескался первобытный ужас. Ужас беспомощности. Он мог сразиться с армией, мог убить любого врага, но он не мог сразиться с невидимым ядом, который пожирал его самого дорогого человека изнутри. Он обзвонил всех своих информаторов, заставил Умибозу поднять на уши весь преступный мир, но никто ничего не знал о блондине-иностранце или о странной болезни.
На пятый день, когда Каору уже с трудом могла подняться с постели, Хидэюки не выдержал. Он позвонил в Академию.
***
Через час в квартире появилась Аодзаки Токо. Заместитель директора выглядела как всегда элегантно, но ее лицо было необычайно серьезным. Она молча выслушала рассказ Хидэюки о событиях на складе и о состоянии Каору. Затем она прошла в спальню.
Каору лежала на футоне, бледная и неподвижная. Токо села рядом с ней и осторожно взяла ее за руку. Она закрыла глаза. Несколько минут в комнате стояла абсолютная тишина. Рё и Хидэюки, стоявшие в дверях, не смели даже дышать.
Наконец, Токо открыла глаза. В них стоял холод.
– Это проклятие, – тихо сказала она. – Древнее, очень сложное. В магическом мире его называют «Ледяное увядание». Оно не убивает напрямую. Оно медленно высасывает жизненную и магическую энергию из жертвы, пока от нее не останется лишь пустая оболочка. Процесс может занять недели, даже месяцы. Это одна из самых жестоких форм темной магии.
Рё сжал кулаки так, что побелели костяшки.
– Как… как оно было наложено? – спросил Хидэюки, его голос дрожал.
– Через физический контакт с проклятым предметом, – ответила Токо. – Предмет служит якорем, каналом, по которому утекает энергия. Активация происходит при контакте с человеком, находящимся под заклятием Империус. Это сделано для того, чтобы переносчик не стал случайной жертвой. Очень хитроумный план.
Рё замер. Секундное касание. Девушка, вцепившаяся в его куртку на складе. Но она коснулась его, а не Каору.
– Но коснулась она меня! – воскликнул он.
– Нет, – внезапно раздался слабый голос Каору. Она с трудом открыла глаза. – Нет, Рё. Она коснулась меня.
Все посмотрели на нее.
– Когда ты ушел на встречу, – прошептала она, – я волновалась. Я… я пошла за тобой. Я была в кафе, видела эту девушку. Когда она ушла, она случайно столкнулась со мной в дверях. Сказала «простите» и быстро ушла. Я не придала этому значения…
Теперь все встало на свои места. Спектакль на складе был отвлекающим маневром. Настоящая атака произошла раньше. Тихо, буднично, в толпе. Идеальное преступление.
– Каков прогноз? – спросил Рё, его голос был глухим и безжизненным. – Есть противоядие?
Токо тяжело вздохнула.
– Противоядия как такового нет. Это не яд, это вытягивание сущности. Можно попытаться разрушить проклятие, но для этого нужен маг, по силе равный тому, кто его наложил. Или же… нужно уничтожить якорь. Проклятый предмет.
– Заколка-канзаси! – одновременно воскликнули Рё и Хидэюки.
– Но она у тех якудза! – Рё сорвался с места. – Я найду их! Я выверну весь город наизнанку!
– Боюсь, это бесполезно, – остановила его Токо. – Скорее всего, и якудза, и девушка были лишь пешками. Ими воспользовались и от них избавились. А заколка теперь у того, кто все это заказал. У вашего блондина.
Безнадежность. Густая, липкая, как смола. Она заполнила комнату, не давая дышать. Рё остановился посреди комнаты, опустив руки. Впервые в жизни Городской Охотник не знал, что делать. Его враг был недосягаем, его оружие – бесполезно.
Хидэюки смотрел на бледное лицо тети, на отчаяние в глазах отца, и его захлестнула волна ледяной, всепоглощающей вины. Это он. Все из-за него. Его прошлое пришло и нанесло удар в самое сердце его семьи. Цена безопасности, о которой говорил Рё, оказалась слишком высока. И платила ее невинная Каору.
– Я… я должен что-то сделать, – прошептал он, отступая к выходу из комнаты. – Я найду его. Я найду Малфоя.
Он выбежал из квартиры, хлопнув дверью. Ему нужно было на воздух. Нужно было думать. Он бежал по улицам, не разбирая дороги, и слезы ярости и бессилия застилали ему глаза.
***
В старом, увитом плющом особняке в магической части Лондона, на площади Гриммо, 12, царило оживление. Альбус Дамблдор только что вернулся из Японии и собрал экстренное совещание Ордена Феникса.
Он сидел во главе длинного стола на кухне, его лицо было серьезным, но в глазах плясали торжествующие искорки.
– …таким образом, прямой подход оказался неэффективным, – заканчивал он свой отчет. – Мальчик находится под сильной защитой и влиянием своего окружения. Но, как я и предполагал, Волдеморт не заставил себя долго ждать.
Он взмахнул палочкой, и над столом появилось мутное, дрожащее изображение – вид из квартиры Саэба, передаваемый одним из его сенсоров. Члены Ордена увидели бледную, лежащую без движения женщину, и двух мужчин, стоящих рядом с ней с отчаянием на лицах.
Лили Поттер ахнула, прижав руку ко рту.
– Что с ней?
– По моим данным, это результат воздействия темного проклятия, – спокойно пояснил Дамблдор. – Судя по всему, работа Пожирателей Смерти. Очень тонкая и жестокая. Они нанесли удар по самому уязвимому месту Гарри – по его приемной семье.
– Мы должны помочь! – воскликнул Сириус, вскакивая.
– Именно это мы и сделаем, – кивнул Дамблдор. – Мальчик сейчас в отчаянии. Его мир рушится. Он винит себя и понимает, что его близкие беззащитны. Настало время предложить ему нашу помощь. И единственный способ спасти эту женщину.
Он обвел всех присутствующих веским взглядом.
– Я отправлюсь в Японию. Один. Я предложу Гарри сделку. Он возвращается со мной в Хогвартс, где будет в безопасности и сможет научиться защищать себя и других. А я, используя свои знания и возможности, найду способ исцелить его… тетю. Он не сможет отказаться. Это наш единственный шанс вернуть его. Ради всеобщего блага.
Он встал, и его мантия величественно расправилась за спиной. В камине ярко полыхнуло зеленое пламя. План вступал в свою решающую фазу. Старый манипулятор приготовился собирать урожай, посеянный его врагом. Он был уверен в своей победе.
Он не знал лишь одного. Что в темном переулке Синдзюку, прислонившись к холодной кирпичной стене, Хидэюки Саэба не плакал. Он вытирал слезы, и его лицо медленно каменело. Бессилие уходило, уступая место холодной, как лед, ярости. Он не собирался ждать спасителей. Он не собирался заключать сделки.
Он достал телефон и набрал номер.
– Алло, крестная? Саэко-сан? Мне нужна твоя помощь. Мне нужно найти одного человека. Иностранца. Блондина с длинными волосами. И мне плевать на законы.