Приёмный сын Городского Охотника
Цена безопасности
Тишина в номере дешевого отеля в Икебукуро была вязкой и давящей. Она пахла пылью, дешевым кондиционером и несбывшимися надеждами. Для волшебников, привыкших к просторам Поттер-мэнора или уюту Норы, эта казенная комната с двумя кроватями и видом на стену соседнего здания казалась тюремной камерой. Они сидели в этой камере уже несколько часов, с тех пор как униженно ретировались из квартиры в Синдзюку.
Лили Поттер сидела на краю кровати, обхватив себя руками, и тихо плакала. Слезы беззвучно катились по ее щекам, но в них не было облегчения, только горечь. Джеймс мерил шагами крохотное пространство между кроватью и стеной, его лицо было искажено гневом и уязвленным самолюбием. Сириус Блэк, прислонившись к окну, мрачно смотрел на неоновую вывеску напротив, его мысли были так же далеки, как звезды над смогом Токио.
И только Альбус Дамблдор сохранял внешнее спокойствие. Он сидел в единственном кресле, сложив кончики пальцев домиком, и его голубые глаза, обычно полные добродушных искр, были холодны и расчетливы, как льдинки. Он анализировал провал. Не сокрушался, не злился — анализировал.
– Он нас ненавидит, – наконец прошептала Лили, и ее голос сорвался. – Мой сын… он смотрел на меня, как на чужую. Как на врага.
– Это не его вина, Лили, – рыкнул Джеймс, останавливаясь. – Это вина этих маглов! Они промыли ему мозги! Научили его убивать, превратили в какого-то хладнокровного головореза! Мы должны были просто забрать его, силой, если понадобится!
– И как бы ты это сделал, Джеймс? – тихо спросил Сириус, не оборачиваясь. – Ворвался бы с палочкой наголо? Они бы тебя пристрелили раньше, чем ты бы успел сказать «Экспеллиармус». Я видел, как они двигаются. Это не простые маглы. Это солдаты.
– И все же, мы не можем его там оставить! – воскликнула Лили, поднимая заплаканное лицо. – Альбус, вы должны что-то сделать! Эта жизнь… она его погубит! Он в опасности!
Дамблдор медленно поднял голову. Он ждал этого момента. Ждал, когда их отчаяние достигнет пика, когда они будут готовы ухватиться за любую, даже самую сомнительную, соломинку.
– Ты права, Лили. Он в опасности, – его голос был мягким и сочувствующим, как у доброго дедушки. – Но мы совершили ошибку. Мы думали, что можем просто прийти и забрать его, вернуть в наш мир. Мы недооценили силу его нового мира. Его новой семьи.
Он сделал паузу, давая словам впитаться.
– Этот Рё Саэба – не просто магл. Он человек, прошедший войну, и он создал для Гарри крепость. Не физическую, но эмоциональную. И эта крепость подкреплена вполне реальной силой – связями в полиции, оружием, и, как я теперь понимаю, поддержкой местного магического сообщества, которое не горит желанием видеть здесь нас. Прямой штурм обречен на провал. Он лишь сильнее оттолкнет Гарри.
– Так что же нам делать? Сдаться? – с вызовом спросил Джеймс.
– Нет, – глаза Дамблдора блеснули. – Мы изменим тактику. Если мы не можем вырвать его из его мира, мы должны сделать так, чтобы его мир сам его вытолкнул.
Лили непонимающе нахмурилась.
– Я не понимаю, Альбус.
– Подумайте, – продолжил Дамблдор, его голос стал тише, доверительнее. – Какова сейчас самая большая слабость Гарри? Его самое уязвимое место?
– Он не знает защитных заклинаний, он не обучен… – начал было Джеймс.
– Нет, – мягко перебил его директор. – Его главная уязвимость — это его семья. Те самые люди, которые являются его главной силой. Он любит их. Он сделает все, чтобы их защитить. И он уже чувствует вину за то, что принес в их дом опасность.
В комнате повисла тишина. Джеймс, Лили и Сириус начали понимать, к чему он клонит.
– Волдеморт теперь знает, где искать, – произнес Дамблдор, и его слова прозвучали как приговор. – Сегодняшняя атака была лишь разведкой боем. Она провалилась, но цель была достигнута – местоположение Гарри подтверждено. Следующая атака будет сильнее. Продуманнее. И она будет направлена не только на Гарри.
– Вы хотите сказать… – прошептала Лили, ее лицо побелело от ужаса.
– Я хочу сказать, что Волдеморт, не сумев взять Гарри силой, попытается надавить на его слабое место. На его семью. Он пошлет не просто Пожирателей. Он может использовать более тонкие методы. Магические болезни, проклятия, несчастные случаи… Он заставит Гарри смотреть, как его близкие страдают из-за него. И рано или поздно мальчик поймет. Он поймет, что его приемный отец, каким бы смертоносным он ни был, не сможет остановить проклятие, которое медленно убивает его любимую тетю. Его крестная-полицейский не сможет арестовать демона, который преследует его по ночам. Он поймет, что мир маглов, его уютный и безопасный мир, беззащитен перед настоящей магической угрозой.
– Это чудовищно, – выдохнул Сириус. – Мы будем просто сидеть и ждать, пока его близких начнут убивать?
– Мы будем рядом, – твердо сказал Дамблдор. – И когда его мир начнет рушиться, когда он будет в отчаянии искать спасения, мы протянем ему руку. Мы предложим ему единственный выход: вернуться в мир, где он сможет научиться защищать тех, кого любит. Вернуться в Хогвартс. Он должен прийти к нам сам. Сделать осознанный выбор. Только так мы сможем вернуть его доверие и подготовить к встрече с Волдемортом. Это единственный путь. Ради всеобщего блага.
Лили закрыла лицо руками. План был жестоким, манипулятивным, но в своей ужасной логике – безупречным. Джеймс, напротив, выпрямился. В его глазах блеснул огонь азарта. Это была стратегия, которую он понимал. Не грубая сила, а хитрость.
– И что мы должны делать сейчас? – спросил он.
– Сейчас мы возвращаемся в Англию, – ответил Дамблдор, поднимаясь. – Мы будем наблюдать издалека. Я оставлю здесь несколько невидимых сенсоров. Мы должны быть терпеливы. Волдеморт не заставит себя долго ждать. А пока… мы будем готовиться. Готовиться принять блудного сына домой.
***
Утро в квартире Саэба началось с запаха кофе и звука дрели. Рё, насвистывая веселую мелодию, вставлял новое, на этот раз бронированное, стекло в оконную раму. Каору хлопотала на кухне, готовя традиционный японский завтрак – мисо-суп, рис и жареную рыбу. Хидэюки сидел за столом, молча глядя в свою чашку с чаем. Ночная паника и суматоха улеглись, но напряжение осталось. Оно висело в воздухе, как невидимая пыль.
– Вот так, – с удовлетворением сказал Рё, заканчивая работу. – Теперь хоть из гранатомета стреляй. Хотя, надеюсь, до этого не дойдет.
Он подошел к столу, налил себе кофе и сел напротив Хидэюки.
– Итак, парень. Нужно поговорить.
Хидэюки поднял на него глаза.
– Вчера была только первая ласточка, – серьезно сказал Рё, отбросив свою обычную игривость. – Эти ребята в пижамах теперь знают, где ты живешь. И они вернутся. Тот бородатый старик прав в одном – ты в опасности. А значит, и мы тоже.
– Это моя вина, – глухо произнес Хидэюки. – Они пришли из-за меня. Если бы не я…
– Эй, прекрати! – вмешалась Каору, ставя перед ним тарелку с рисом. Она села рядом и твердо взяла его за руку. – Ты – Хидэюки Саэба. Ты наша семья. А за семью мы стоим горой, и неважно, кто и откуда принес проблемы. Мы решаем их вместе. Понял?
Хидэюки кивнул, чувствуя, как к горлу подступает комок.
– Но что нам делать? – спросил он. – Мы не можем просто сидеть и ждать, пока они снова нападут.
– И не будем, – хмыкнул Рё. – Во-первых, я уже связался с Умибозу. Он просканирует все свои каналы на предмет любой информации об этих «Пожирателях Смерти» в Японии. Во-вторых, я установлю по периметру дома несколько своих «игрушек». Датчики движения, камеры, пара сюрпризов для особо настырных гостей. В-третьих, тебе, – он посмотрел на Хидэюки, – придется усилить тренировки. И не только с палочкой.
– Я понимаю, – твердо сказал Хидэюки.
– Но есть еще кое-что, – добавил Рё. – Твоя школа. Эти люди – маги. И противостоять им нужно не только пулями, но и магией. Тебе нужна поддержка с той стороны. Ты должен рассказать все своей директрисе.
Хидэюки поморщился. Идти на ковер к Йоцубе Майе никогда не было приятным занятием. Но он понимал, что Рё прав. Против такой угрозы им нужна была вся возможная помощь.
***
Токийская Академия Магии не имела ничего общего со старинным замком Хогвартс. Это был ультрасовременный комплекс из стекла и бетона, больше похожий на штаб-квартиру высокотехнологичной корпорации, чем на школу. Здесь не было говорящих портретов и привидений, зато были интерактивные доски, системы виртуальной реальности для отработки заклинаний и безупречно работающая сеть магического аналога интернета.
Кабинет директрисы Йоцубы Майи находился на верхнем этаже главного здания, откуда открывался панорамный вид на Токио. Сама директриса была женщиной неопределенного возраста, с идеальной осанкой, черными, как вороново крыло, волосами, собранными в строгий узел, и глазами, которые, казалось, заглядывали прямо в душу. Она сидела за огромным столом из черного дерева, на котором не было ничего, кроме тонкого терминала.
Хидэюки стоял перед ней, подробно и без утайки рассказывая о вчерашних событиях. О визите Дамблдора, о Поттерах, о нападении Пожирателей Смерти и о том, как они отбились.
Йоцуба слушала молча, не перебивая, ее лицо оставалось бесстрастным. Лишь когда Хидэюки закончил, она медленно кивнула.
– Ясно. Значит, старый лис все-таки нашел тебя.
– Вы знали, что он меня ищет? – удивился Хидэюки.
– Я предполагала, – ответила директриса. – Альбус Дамблдор – искусный кукловод, привыкший считать весь мир своей шахматной доской. Он проиграл Гриндевальду в молодости не потому, что был слабее, а потому, что был сентиментален. С тех пор он не допускает таких ошибок. Все его действия подчинены одной цели – контролю. Он создает героев и злодеев, разыгрывает трагедии и пророчества, и все это ради того, чтобы сохранить свой статус величайшего светлого волшебника и направлять мир по пути, который он считает единственно верным.
Она встала и подошла к панорамному окну, глядя на город.
– Он позволил Волдеморту набрать силу в первый раз, чтобы сплотить магическую Британию под своим знаменем. Он оставил тебя у маглов, зная, что ты будешь страдать, чтобы в нужный момент явиться в роли спасителя и получить благодарного и послушного героя. Но он просчитался. Он не учел, что мир больше, чем его остров. Он не учел, что существуют другие силы и другие правила.
Она обернулась и посмотрела на Хидэюки. В ее глазах не было жалости, только холодная оценка.
– То, что произошло вчера – это прямое нарушение наших законов и посягательство на суверенитет японского магического сообщества. Дамблдор привел войну на нашу территорию.
– Что вы собираетесь делать? – спросил Хидэюки.
– Во-первых, я отправлю официальную ноту протеста в Министерство Магии Великобритании и в Международную Конфедерацию Магов, с требованием немедленно отозвать всех несанкционированных британских агентов с нашей территории и прекратить любое вмешательство в жизнь гражданина Японии Хидэюки Саэбы. Это свяжет Дамблдору руки на официальном уровне.
– Он подчинится?
– Открыто – да. Он слишком дорожит своей репутацией. Но он продолжит действовать тайно, – ответила Йоцуба. – Поэтому, во-вторых, Академия обеспечит тебе защиту. Я выделю тебе двух кураторов из числа лучших боевых магов Дисциплинарного комитета. Они будут незримо сопровождать тебя вне стен школы. В-третьих, твоему опекуну, Рё Саэбе, будет предложено официальное сотрудничество с нашим отделом безопасности. Его опыт в борьбе с террористами в немагическом мире может быть бесценен.
Она вернулась за свой стол.
– Но самое главное, Саэба-кун, это ты сам. Твои враги сильны. Чтобы выжить, ты должен стать сильнее. С сегодняшнего дня ты переводишься на углубленную программу боевой магии и тактической защиты. Твое расписание изменится. Ты должен быть готов.
– Я готов, директриса, – без колебаний ответил Хидэюки.
– Хорошо, – на губах Йоцубы Майи появилась едва заметная, хищная улыбка. – Токийская Академия своих учеников в обиду не даст. А Альбус Дамблдор получит очень болезненный урок о том, что бывает, когда суешь нос в чужие дела. Можешь идти.
***
В темном, полуразрушенном зале старинного поместья было холодно. Единственным источником света служил огонь в огромном камине, отбрасывавший на стены пляшущие, уродливые тени. На высоком троне сидела фигура, закутанная в черную мантию. Ее лицо было скрыто тенью, но два красных, змеиных глаза горели в полумраке, как раскаленные угли.
Перед троном на коленях стоял Люциус Малфой. Он дрожал, но не от холода, а от страха.
–…они были вооружены, мой Лорд. Магловскими приспособлениями. Они стреляли… металлом. Быстро. Мы не были готовы. Алекто, Гиббон, Розье… все мертвы.
– Мертвы, – прошипело существо на троне. Голос его был холодным и лишенным эмоций, как шелест сухих листьев. – Мои Пожиратели Смерти. Убиты маглами. Какое унижение.
– Мой Лорд, мы не знали… Мальчишка был там. Он использовал магию. Но эти маглы… они действовали как демоны.
Волдеморт медленно поднял руку с длинными, паучьими пальцами. Малфой зажмурился, ожидая боли.
– *Круцио!*
Крик Люциуса эхом отразился от каменных стен, но быстро затих. Темный Лорд прервал заклятие.
– Твоя некомпетентность отвратительна, Люциус. Но… информация, которую ты принес, любопытна.
Он откинулся на спинку трона, его красные глаза задумчиво сузились.
– Значит, другой мальчик Поттер вырос среди волков. И научился их повадкам. Интересно. Это меняет дело. Грубая сила здесь не поможет.
Он посмотрел на дрожащего Малфоя.
– Ты разочаровал меня, Люциус. Но я дам тебе шанс искупить вину. Ты отправишься в Японию снова. Но на этот раз не для атаки. Ты будешь наблюдать. Собирать информацию. О мальчишке. О его семье. О его друзьях. О его привычках. Я хочу знать о нем все. Каждое его слабое место. Каждую его привязанность.
– Да, мой Лорд, – прохрипел Малфой.
– Когда придет время, мы нанесем удар. Но не по нему. Мы вырвем сердце из его мира, и он сам приползет ко мне на коленях, моля о смерти. А теперь иди.
Люциус Малфой, пятясь, покинул зал. Волдеморт остался один в тишине, нарушаемой лишь треском огня. План Дамблдора, о котором он не знал, и его собственный план, рожденный из неудачи и ярости, начали двигаться по сходящимся траекториям. И в точке их пересечения стоял один ничего не подозревающий подросток в Токио.
***
Вечер опустился на Синдзюку. Хидэюки и Рё стояли на крыше своего дома. Отсюда открывался захватывающий вид на море неоновых огней, на кипящую внизу жизнь. В руках у Хидэюки была его палочка. Рё держал в руках секундомер.
– Цель – рекламный щит на том здании. Буква «О» в слове «SONY», – сказал Рё. – Твоя задача – поразить ее тремя разными заклинаниями за пять секунд. Невербально. Начали!
Хидэюки вскинул палочку. В его голове мгновенно пронеслись три команды. Беззвучная вспышка света сорвалась с конца палочки, за ней вторая, третья. Далеко внизу, на огромном экране, буква «О» трижды мигнула, словно в нее попал разряд статического электричества.
– Четыре целых две десятых секунды, – констатировал Рё. – Неплохо. Но можно быстрее. Твой противник не будет ждать, пока ты выберешь заклинание покрасивее. В бою решает скорость и точность. Первое, что пришло в голову, первое, что сработало. Не думай о том, кто прав, а кто виноват. Думай о том, кто останется в живых.
Он убрал секундомер и подошел к краю крыши, глядя на город.
– Они придут снова, Хидэ, – тихо сказал он. – И твой бородач, и тот, безносый. Они думают, что это их игра. Что они могут двигать фигуры, как им вздумается.
Хидэюки встал рядом с ним. Ветер трепал их волосы.
– Но это наш город, – продолжил Рё, и в его голосе появилась сталь. – Наше поле. И играть они будут по нашим правилам.
Он посмотрел на своего приемного сына, и на его губах появилась знакомая, дерзкая усмешка.
– Цена за безопасность всегда высока, парень. Но мы с Каору готовы ее заплатить. А ты?
– Я готов, отец, – ответил Хидэюки, глядя на сияющий внизу город.
Он был готов. Он был дома. И он знал, что надвигается буря. Но на этот раз он не собирался прятаться. Он собирался встретить ее лицом к лицу. С револьвером в одной руке и волшебной палочкой в другой.