Месть семьи Эванс
Железный ультиматум короны
В кабинете премьер-министра Великобритании на Даунинг-стрит, 10, воздух был настолько густым от напряжения, что, казалось, его можно было резать армейским штыком.
Маленький человечек в пудреном парике на старинном портрете в углу зашелся в истерическом кашле, судорожно размахивая руками:
– Внимание! Чрезвычайное прибытие! Министр магии Корнелиус Фадж требует аудиенции по высшему коду!
Зеленое пламя в камине взметнулось до самого дымохода, с шипением выбросив в полумрак комнаты клубы едкой золы. Из огня, спотыкаясь и пачкая дорогие ковры пеплом, вывалился Корнелиус Фадж. Его изумрудный котелок съехал набекрень, помятая мантия была застегнута наспех, а пухлое лицо лоснилось от холодного пота. Следом за ним с царственным величием, которое сейчас казалось нелепым маскарадом, шагнул Альбус Дамблдор. Серебряная мантия верховного чародея казалась поблекшей, а Бузинная палочка, обычно покоившаяся в рукаве, сейчас сжималась в его сухих старческих пальцах.
– Господин премьер-министр! – задыхаясь, завопил Фадж прямо с порога, даже не отряхнув сажу. – Это катастрофа! Вопиющее, преступное безумие! Пресс-конференция корпорации «Эванс» транслировалась по всем вашим магловским каналам! Весь мир говорит о нас! Статут о секретности растоптан! Немедленно задействуйте армию, полицию, цензуру! Вы должны арестовать Александру Эванс и конфисковать все их проклятые чертежи! Мы пришлем стирателей памяти, сотни стирателей, мы сможем...
– Заткнитесь, Корнелиус, – раздался спокойный, ледяной голос из глубины кабинета.
Фадж поперхнулся собственным криком и впервые оторвал взгляд от ковра.
Премьер-министр Его Величества сидел во главе массивного дубового стола. На нем не было следов паники. Напротив, вид у политика был убийственно сосредоточенный. Но куда страшнее для магов было то, кто находился рядом с ним.
Справа от премьера в глубоком кожаном кресле сидела Александра Эванс. В безупречном черном деловом костюме, закинув ногу на ногу, она неторопливо потягивала кофе из фарфоровой чашки. А за спиной премьер-министра, заложив руки в тактических перчатках за спину, стоял Гарри Эванс. Его изумрудные глаза смотрели на вошедших волшебников так, словно сквозь них оценивали баллистическую траекторию тяжелого снаряда. Рядом с юношей застыла Амаги – идеальная женщина-андроид, чьи сенсоры в глубине фиалковых зрачков бесшумно вели прицельный захват шейных артерий обоих магов.
У дверей кабинета стояли не агенты Секретной службы. Там замерли два солдата в экзоскелетах нового поколения с маркировкой Overwatch, державшие в руках короткие штурмовые карабины, направленные ровно в грудь прибывшим.
– Вы... – Фадж попятился, его глаза полезли на лоб. – Что они здесь делают?! Господин премьер-министр, вы находитесь в компании государственных преступников! Согласно кодексу Визенгамота от тысяча семьсот...
– Замолчите, Фадж, пока я не приказал надеть на вас наручники и швырнуть в подвалы Тауэра за измену короне, – отчеканил премьер-министр, тяжело ударив ладонью по полированному дереву стола.
– Господин премьер-министр, – мягко, наставительно вмешался Дамблдор, выставляя перед собой раскрытую ладонь в успокаивающем жесте. – Позвольте мне. Вы не осознаете масштаба трагедии. Магический мир веками оберегал человечество от знаний, которые оно не способно переварить. Гарри ослеплен юношеской гордыней и жаждой мести. Выпустив эту силу на свободу, начав эту... индустриализацию войны против магии, вы толкаете оба наших общества в бездну взаимного истребления.
– В бездну? – Александра Эванс со звонким стуком опустила чашку на блюдце. Она подняла на старого чародея взгляд, от которого министры оборонных ведомств обычно теряли дар речи. – Вы заговорили о бездне, господин Дамблдор? Где была ваша забота о балансе, когда банда садистов в масках штурмовала мой дом посреди бела дня? Где были ваши законы, когда они взрывали промышленный сектор Бирмингема?!
– Это были отщепенцы! – взвизгнул Фадж, промокая лысину шелковым платком. – Мы ведем расследование! Министерство держит ситуацию под контролем!
– Ваше «расследование» заключается в том, что вы берете взятки у тех самых ублюдков, которые спонсируют эти рейды, – холодно произнес Гарри.
Его голос эхом прокатился по кабинету. Фадж вздрогнул, а Дамблдор слегка прищурился, пытаясь нащупать ментальными щупами легилименции сознание юноши. Но наткнулся на непроницаемую стену: Гарри носил скрытый генератор низкочастотных электромагнитных импульсов, дезориентирующий любые направленные пси-поля.
– Ваши террористы убили пятнадцать сотрудников охраны корпорации «Эванс», – продолжил Гарри, делая шаг вперед. Металлические застежки его тактического френча тихо звякнули. – Граждан Великобритании. Налогоплательщиков. Людей, чьи жизни вы оцениваете дешевле клочка пергамента. Вы отрицали возвращение Реддла целый год, пока он собирал армию из маньяков и мутантов прямо у вас под носом. А когда он пришел за нами – вы явились не для того, чтобы помочь. Вы пришли, чтобы скрыть следы собственной некомпетентности.
– Гарри, мальчик мой... – с глубокой скорбью в голосе начал старик.
– Я предупреждал тебя вчера, Дамблдор, – перебил его юноша с неприкрытой яростью. – Еще одно слово этим снисходительным тоном – и я прикажу выбить тебе зубы прикладом. Передо мной сидит лидер террористической ячейки, покрывающий убийц, и чиновник-коллаборационист. Времена ваших сказок закончились.
Премьер-министр поднялся из-за стола, открывая кожаную папку с золотым гербом монархии.
– Корнелиус Фадж. Настоящим уведомляю вас, что специальный комитет правительства Великобритании при участии военного кабинета и руководства проекта Overwatch принял резолюцию номер ноль. Ваш так называемый «Статут о секретности» правительством Ее Величества денонсирован в одностороннем порядке.
Фадж открыл рот, но не смог издать ни звука. Его лицо стало землисто-серым.
– С этого момента, – продолжил премьер-министр, чеканя каждое слово, – Министерство магии лишается статуса автономной территории. Любые вооруженные формирования – ваши авроры, ударные отряды или члены так называемого Ордена Феникса – объявляются незаконными вооруженными группировками. У вас есть семьдесят два часа, чтобы предоставить полный реестр всех лиц, обладающих аномальными способностями, сдать всех причастных к нападениям на объекты «Эванс Индастриз» и передать контроль над распределительными сетями пороха «Флу» под надзор регулярной армии.
– Вы... вы не можете! – взмолился Фадж, хватаясь за сердце. – Международная конфедерация магов... они вмешаются! Они уничтожат ваши города заклятиями!
– Пусть попробуют, – подала голос Александра, и в ее изумрудных глазах блеснуло торжество хищницы. – Шестой флот США, оборонные комплексы Японии и бундесвер уже подписали протокол о взаимной безопасности в рамках проекта Overwatch. Если хоть один ваш чистокровный дурак поднимет палочку против суверенного государства – мы не будем вызывать полицию. Мы поднимем в воздух дроны с термическими боеголовками. Мы знаем координаты Косого переулка, Хогвартса и всех ваших закрытых усадеб. Мы сотрем вас из реальности со спутников, пока вы будете разучивать свои латинские скороговорки.
– Альбус... сделай что-нибудь! – в панике пискнул министр, прячась за широкую спину верховного чародея.
Дамблдор медленно перевел взгляд на Гарри. В глубине его выцветших глаз больше не было доброты. Там залегла холодная, расчетливая горечь поражения.
– Ты разрушаешь мир, который подарил тебе жизнь, Гарри. Даже если ты ненавидишь своих родителей, даже если ты презираешь меня... магия течет в твоем прошлом. Она убила твоих бабушку и дедушку, но она же породила этот народ. Ты обрекаешь тысячи невинных волшебников на страх и резервации.
– Мой дедушка Чарлус и бабушка Дорея погибли, защищая свой дом от бешеной собаки, которую ваше прогнившее общество породило и выпустило на улицу, – тихо, с леденящей душу четкостью ответил Гарри. – А затем вы пришли и забрали у меня все, объявив это высшим благом. Вы сами выбрали закон джунглей, Дамблдор. Вы показали мне, что единственный способ говорить с вами – это держать палец на спусковом крючке. А теперь убирайтесь. Семьдесят два часа. Отсчет пошел.
Премьер-министр выразительно указал рукой на камин.
Фадж, спотыкаясь и всхлипывая от унижения, первым бросился в зеленое пламя. Дамблдор задержался на секунду. Его взор скользнул по фигуре застывшего Т-800, чье изображение транслировалось на мониторах охраны, по шелковому платью безжалостной Амаги и остановился на лице первенца Поттеров.
– Мы еще встретимся, Гарри Эванс, – произнес старик глухо.
– Конечно, встретимся, – оскалился юноша. – Когда мои машины придут сносить ворота твоего замка.
Пламя взметнулось, и старый маг растворился в искрах.
***
Площадь Гриммо, 12.
На кухне родового гнезда Блэков пахло валерьянкой, жженым деревом и застарелым потом.
На столе между серебряными кубками стоял магловский портативный телевизор «Sony», который Гермиона Грейнджер притащила сюда еще утром, подключив его к автономному магловскому аккумулятору через сложнейшую систему фильтрации помех. На маленьком мерцающем экране сменяли друг друга кадры экстренных новостных выпусков.
«...Министерство обороны США подтвердило вступление в глобальную коалицию Overwatch...» «...Премьер-министр Великобритании выступил с заявлением о пресечении деятельности радикальных религиозно-биологических культов...» «...Акции военно-промышленного конгломерата "Эванс Индастриз" выросли на двести сорок процентов на фоне презентации автономных платформ серии E75 и Т-800...»
– Это конец, – шептала Гермиона, обхватив голову руками. Её пальцы дрожали, в густых волосах блестели слезы. – Вы хоть понимаете, что произошло?! Статута больше нет! Они не просто знают о нас... Они создали оружие, специально рассчитанное на подавление магии!
– Да брось ты, Гермиона! – нервно выкрикнул Рон Уизли, размахивая куском черствого пирога. – Ну и что у них есть?! Железяки! Обычные магловские телеги с моторами! Один приличный Конфринго – и эта их консервная банка разлетится на шестеренки! Наш Годрик – величайший дуэлянт поколения! Он дракона на Турнире обставил!
– Заткнись, Рон! Просто заткнись, умоляю тебя! – сорвалась на визг девушка, вскакивая со стула. – Дракона?! Скорость полета твоей метлы – сто шестьдесят километров в час! Скорость пули крупнокалиберного пулемета платформы «Бастион» – три тысячи километров в час! Ты даже рот не успеешь открыть, чтобы сказать «Протего», как твое тело превратится в дымящийся кусок фарша! Ты слышал, что передают по радио?! Один киборг... один! Разорвал стаю Сивого за три минуты и сломал шею Самому-Знаешь-Кому!
В комнате повисла тяжелая, гробовая тишина.
Сидевший на краю табурета Годрик Поттер медленно опустил голову на сложенные руки. Его очки сползли на кончик носа. На лбу уродливой красной полосой горел шрам в виде буквы «V». Мальчик-Который-Выжил чувствовал себя так, словно с него заживо содрали кожу.
Всю его жизнь ему пели дифирамбы. Его превозносили в газетах, хлопали по плечу авроры, Дамблдор улыбался ему в бороду, уверяя, что вся магия мира встанет на его защиту. А где-то там, в холодном магловском мире, жил его старший брат. Брат, чью магию выкачали, чтобы наполнить его собственные резервы. Брат, которого они выбросили, как сорную траву.
И этот брат вернулся во главе легиона титанов.
– Мама... – едва слышно прошептал Годрик, не поднимая глаз. – Скажи мне правду. Это ведь он победил Волдеморта тогда... в Годриковой Лощине? Это был Гарри?
Лили Поттер, сидевшая у камина с кружкой давно остывшего чая, вздрогнула всем телом. За последние сутки она постарела на двадцать лет. Вокруг некогда прекрасных зеленых глаз залегли глубокие тени, рыжие волосы потускнели и висели безжизненными прядями.
– Годрик, милый... – ее голос сорвался на сиплый стон. – Ритуал... директор сказал, что ты был надеждой. Твое ядро было нестабильно... Если бы мы не укрепили его магией Гарри, ты бы умер через несколько дней...
– Значит, это был он, – Годрик горько усмехнулся, и по его щеке скатилась слеза. – Я украл его силу. Я украл его жизнь. А взамен стал посмешищем, которое прячется за спинами школьных учителей, пока мой старший брат лично ломает хребты пожирателям смерти.
– Прекрати этот щенячий скулеж, Годрик! – рявкнул вошедший на кухню Джеймс Поттер.
Лорд Поттер был вне себя от ярости. Он только что вернулся со срочного собрания Визенгамота, где царила чистейшая паника: древнейшие чистокровные роды спешно прятали золото в подземельях Гринготтса и запирались в родовых мэнорах, молясь, чтобы магловские спутники не засекли их защитные купола.
– Ты – Избранный! – отчеканил Джеймс, с грохотом бросая перчатки на стол. – В тебе течет кровь древнейшего рода Поттеров! А этот... этот отщепенец продал свое первородство за кучку магловских гаек! Он предал семью! Он посмел угрожать нам! Но ничего... Визенгамот принял решение. Мы не позволим банде магловских торгашей диктовать нам условия!
– Джеймс, что ты наделал? – в ужасе прошептала Лили, поднимая на мужа полные слез глаза.
– То, что должен был сделать настоящий волшебник! – оскалился Джеймс. – По предложению Долорес Амбридж и с одобрения светлой фракции сформирован чрезвычайный ударный корпус аврората. Двадцать лучших дуэлянтов Министерства под моим и Кингсли командованием. Мы идем в башню «Эванс Плаза».
– Ты с ума сошел?! – закричал Сириус Блэк, вскакивая с дивана в дальнем углу. – Ты видел их роботов, Сохатый?! Они разорвут вас на куски у самого входа!
– Мы пойдем под невидимостью и дезилюминационными чарами! – самоуверенно отрезал Джеймс. – Мы проникнем в их командный центр, нейтрализуем Александру и доставим Гарри в Визенгамот на допрос под Сывороткой правды! Без этой девки Гарри сломается. Он вернет чертежи, отключит машины, и мы вернем его под контроль семьи. Во имя общего блага!
– Нет, Джеймс... Умоляю тебя, не делай этого! – Лили бросилась к мужу, хватая его за руки. – Он не простит нас! Он убьет тебя! Ты не видел его взгляда... Он смотрит на нас, как на чудовищ!
– Пусти, Лили! – Джеймс грубо оттолкнул жену, поправляя палочку в кобуре на предплечье. – Я научу своего сына уважать отца и магию! Орден, сбор на Гриммо через двадцать минут. Мы покажем этим слепым кротам, кто здесь истинные хозяева этой земли!
Годрик смотрел на отца, и внутри шестнадцатилетнего юноши что-то окончательно и бесповоротно оборвалось. Величие семьи Поттер оказалось дешевым карточным домиком, готовым сгореть в первом же огне настоящей войны.
***
Лондон, Башня «Эванс Плаза». Верхний командный горизонт.
На высоте двухсот метров над британской столицей открывался захватывающий вид. Огни ночного мегаполиса мерцали миллионами светлячков, разрезаемые черной гладью Темзы. Но небо над городом больше не принадлежало птицам и облакам.
В воздухе ровным строем барражировали бесшумные патрульные дроны «Оса», чьи инфракрасные и спектральные сенсоры сканировали воздушное пространство на предмет пространственных аномалий. На крышах соседних небоскребов дежурили расчеты ПВО корпорации, оснащенные экспериментальными рельсотронами и генераторами помех.
В просторном зале боевого управления Гарри стоял перед массивным столом-голограммой, на котором мерцала детальная карта Великобритании с обозначением магических очагов.
Рядом с ним была Аоко Рейко. Девушка сменила деловой костюм на легкую композитную боевую броню черного и алого цветов, идеально подчеркивающую ее грациозную фигуру. Ножны ее фамильного клинка висели у бедра, а длинные темные волосы были перехвачены титановым обручем с интегрированным визором тактического интерфейса.
– Развертывание первого экспедиционного корпуса Overwatch завершено на семьдесят процентов, – докладывала Аоко, проводя пальцем по сенсорной панели. – В порту Саутгемптона пришвартовался транспорт из Иокогамы. Двести шасси OR-14 и сорок шагающих танков «Лев» поступили в распоряжение сухопутных сил Ее Величества. Правительство Японии официально ратифицировало пакт о военной взаимопомощи.
– Отлично, – отозвался Гарри, не отрывая взгляда от данных сканирования. – Что с нанитами для мамы?
– Процесс клеточного восстановления завершен на девяносто восемь процентов, – мягко улыбнулась мечница, кладя ладонь ему на плечо. – Александра сейчас проводит селекторное совещание с Пентагоном и премьер-министром Канады. Она в ярости, Гарри. И когда твоя мать в ярости, генералы начинают заикаться.
Гарри позволил себе короткую, искреннюю усмешку и накрыл ее ладонь своей рукой.
– Я рад, что ты здесь, Аоко.
– Я наследница клана Рейко, – гордо вскинула подбородок девушка. – Мое место рядом с тем, кому принадлежит мой клинок и мое сердце. К тому же... мне не терпится испытать наш новый высокочастотный резонатор на этих маглах в масках. Мой отец утверждает, что их так называемые щиты ломаются от вибрации на частоте сорок мегагерц.
– Твой отец абсолютно прав, – кивнул Гарри. – Любое заклинание – это стоячая электромагнитная волна с переменной плотностью. Сбей гармонику – и магия развеется, как дым на ветру.
Внезапно воздух в командном центре прорезал низкий пульсирующий сигнал тревоги. Освещение плавно переключилось на приглушенный янтарный цвет.
– Внимание, – раздался спокойный, лишенный эмоций голос Амаги. – Сканеры квантовой когерентности нижнего вестибюля фиксируют множественные пространственные искажения класса «Аппарация». Зафиксировано двадцать два биологических объекта в закрытом тепловом спектре. Пространственные координаты: центральная площадь перед главным входом в «Эванс Плаза».
Гарри медленно выпрямился. Его лицо мгновенно утратило всякую мягкость, превратившись в застывшую стальную маску.
– Идентификация целей?
– По оптическим контурам и сигнатурам артефактов: семнадцать сотрудников ударного подразделения Министерства магии, известных как авроры. В авангарде идентифицированы Джеймс Поттер и Кингсли Бруствер. Они используют чары сокрытия и направляются к главным турникетам.
Аоко хищно прищурилась, ее рука легла на рукоять катаны:
– Они действительно настолько глупы? Они пришли прямо в логово льва?
– Это не глупость, Аоко, – произнес Гарри, направляясь к выходу из зала. – Это высокомерие. Они веками жили с убеждением, что невидимость делает их неуязвимыми богами. Пришло время преподать Лорду Поттеру последний урок физики.
***
Вестибюль башни «Эванс Плаза».
Огромное пространство из стекла, полированного гранита и титана было залито мягким светом светодиодных панелей. В обычные дни здесь сновали сотни клерков, инженеров и ученых, но сейчас здание было переведено на осадное положение. В тишине раздавался лишь ровный, едва слышный шелест систем кондиционирования.
Воздух в центре холла дрогнул.
Джеймс Поттер сбросил Дезиллюминационные чары, материализуясь посреди зала с поднятой палочкой из красного дерева. Следом за ним, словно призраки из тумана, проявились двадцать авроров в тяжелых алых мантиях из драконьей кожи. Среди них с суровым лицом выступал Кингсли Бруствер, а чуть позади, нервно озираясь по сторонам, держал палочку наготове Джон Долиш.
– Чисто, – прошептал Долиш, оглядывая пустые стойки ресепшена. – Никаких роботов. Эти маглы даже не поняли, что мы внутри!
– Я же говорил, – самодовольно ухмыльнулся Джеймс, поправляя воротник. – Маглы слепы. Они полагаются на свои камеры, а древняя магия скрывает нас от любых глаз. Двигаемся к скоростным лифтам. Захватываем верхний уровень, вырубаем питание и берем мальчишку.
– Стоять на месте, – раздался ровный синтетический голос, усиленный акустической системой зала.
Свет в вестибюле мгновенно сменился на слепящий, режущий глаза белый спектр.
С потолка, с технологических антресолей и из-за массивных декоративных колонн с тяжелым гидравлическим лязгом выдвинулись четыре платформы E75 «Бастион-2». Их сдвоенные крупнокалиберные орудия опустились, беря отряд магов в перекрестное прицеливание. Одновременно с этим бронированные створки центрального входа за спинами авроров с грохотом захлопнулись, заблокированные титановыми ригелями толщиной в руку.
– Ловушка! – взревел Долиш. – Бомбарда!
– СТОЯТЬ! – рявкнул Кингсли, перехватывая его руку. – Не стрелять, идиот!
На стеклянной галерее второго этажа мягко зажглись софиты.
Там, опершись руками на перила из бронированного стекла, стоял Гарри. Рядом с ним, заложив руки за спину, замерла Амаги. Чуть поодаль, обнажив клинок на два пальца из ножен, застыла Аоко Рейко.
А по широкой мраморной лестнице вниз, тяжело сотрясая ступени каждым шагом, спускался он.
Эндоскелет Т-800.
Полированный титановый череп киборга мерцал в свете прожекторов. Правая рука машины была полностью восстановлена – новый узел из вольфрамового сплава с гидравлическими поршнями блестел свежей смазкой. В уцелевшей левой глазнице ровным, безжалостным рубиновым светом горел круглый фотоэлемент, зафиксировавший Джеймса Поттера в качестве приоритетной цели.
Авроры, закаленные в боях с темными магами, синхронно отступили на шаг. Двое молодых бойцов в заднем ряду побледнели до синевы, вспомнив утренние сводки из Бирмингема.
– Гарри! – звучно выкрикнул Джеймс Поттер, изо всех сил пытаясь сохранить властный, отцовский тон, хотя его рука с палочкой предательски подрагивала. – Прекрати этот балаган! Именем Визенгамота и Министерства магии Великобритании ты и твоя приемная мать обвиняетесь в государственной измене, нарушении Статута о секретности и создании незаконных темных артефактов! Прикажи своим механизмам сложить оружие и сдайся добровольно!
Гарри на галерее медленно покачал головой. На его лице не было гнева. Лишь безграничная, уничтожающая жалость, смешанная с брезгливостью.
– Государственная измена? – голос Гарри, усиленный микрофонами, разнесся под сводами холла, гулким эхом ударяя по ушам волшебников. – Вы вторглись в суверенное здание международной оборонной корпорации на территории Соединенного Королевства. Вы стоите на частной земле, защищенной военным трибуналом и конвенцией Overwatch. Это вы совершили вооруженное нападение, Джеймс Поттер.
– Я твой отец! – взревел Джеймс, теряя самообладание. – Ты обязан подчиняться законам своего народа!
– Мой народ строит космические корабли и исследует океанские глубины, – отчеканил юноша. – А твой народ прячется по подвалам в средневековых лохмотьях, дрожа от страха перед призраками прошлого. У меня нет отца. Человек, носивший эту фамилию, умер для меня пятнадцать лет назад, когда отказался от собственного первенца ради одобрения старого выжившего из ума манипулятора.
– Ах ты, щенок... – прошипел Долиш и, не слушая приказов Кингсли, вскинул палочку: – Инкарцеро!
С кончика древка сорвались толстые светящиеся веревки.
Но они не пролетели и двух метров.
С галереи второго этажа бесшумной тенью сорвалась Аоко. Её движение было быстрее полета пули: высокочастотный клинок из черного сплава рассек воздух с тонким пронзительным свистом.
ВЖУХ!
Лезвие, вибрирующее на частоте сорок мегагерц, ударило точно по структуре заклинания. Магические путы с сухим треском лопнули, осыпавшись на пол искрами разряженного эфира. В то же мгновение Аоко завершила разворот, и рукоять ее меча с костедробительной силой врезалась Долишу точно в солнечное сплетение.
Аврор согнулся пополам, выронив палочку и судорожно хватая ртом воздух. Девушка элегантным круговым движением ноги выбила упавшее древко в сторону лестницы, где тяжелый кованый ботинок спустившегося Т-800 с глухим хрустом раздавил его в щепки.
– Не двигаться, – произнесла Аоко на безупречном английском, замирая в боевой стойке. Кончик ее вибрирующего клинка замер ровно в миллиметре от сонной артерии Долиша.
– Опустить палочки! Всем опустить палочки, немедленно! – гаркнул Кингсли Бруствер, видя, как турели E75 раскручивают стволы, а красный глаз терминатора сфокусировался на его собственной переносице.
Авроры, осознав, что находятся в десятой доле секунды от полного уничтожения, один за другим начали опускать руки.
Остался стоять лишь Джеймс Поттер. Его лицо было багровым от ярости и стыда.
– Ты... ты смеешь натравливать на меня магловских девок и железо?! – закричал он, глядя на Гарри снизу вверх. – Я вырастил спасителя магического мира! Мой сын Годрик уничтожит твоего Волдеморта! А ты останешься никем! Пустым местом без единой искры магии! Сквибом, который прячется за чужими спинами!
Гарри медленно спустился по широкой мраморной лестнице. Он подошел к Джеймсу вплотную, не обращая внимания на па