Дракон
Гроза в фарфоровой чашке
– В таком виде меня в загс не пустят, — Юки остановился прямо перед массивными дверями государственного учреждения, засунув руки в карманы серых штанов. — Скажут, что ты похитил ребенка, Монарх. И никакие твои связи с правительством не отмоют твою репутацию от клейма киднеппера.
Я посмотрел на него сверху вниз. В свете уличных фонарей его фарфоровая кожа казалась почти прозрачной. Несмотря на дерзкий тон и древнюю силу, пульсирующую под кожей, внешне он оставался тринадцатилетним подростком. Юки был прав: закон суров даже к тем, кто спасает мир от Монархов.
– У тебя есть идеи? — спросил я, сложив руки на груди. — Или мне стоит использовать свои тени, чтобы «убедить» регистратора, что тебе тридцать?
Юки фыркнул, и в его глазах промелькнула искра золотого пламени.
– Тени? Не смеши меня. Они слишком прямолинейны. Дай мне двадцать минут. Больше я не смогу поддерживать истинную форму без риска привлечь внимание тех, кто наложил на меня проклятие, но для подписи в бумагах этого хватит.
Я приподнял бровь.
– Двадцать минут?
– Засекай, — Юки подмигнул мне и отступил в глубокую тень между зданиями.
Я почувствовал, как воздух вокруг него начал вибрировать. Это не было похоже на ману охотников или магию Системы. Это была чистая, первобытная энергия — тяжелая, как само небо, и жаркая, как дыхание солнца. Мои тени внутри меня заволновались. Игрис мысленно преклонил колено, а Белл, кажется, вообще перестал дышать.
Прошло меньше минуты, когда из тени вышел человек.
Я невольно задержал дыхание. Если тринадцатилетний Юки был просто красивым мальчиком, то его истинный облик был... ошеломляющим.
Это был высокий мужчина, чей рост теперь почти сравнялся с моим. Широкие плечи, узкие бедра и атлетическое телосложение, которое не скрывала даже простая одежда. Его черные волосы, по-прежнему взъерошенные, стали длиннее, а низкий хвост теперь достигал середины лопаток. В ушах блестел пирсинг — несколько золотых колец, которые ловили свет. На нем была простая черная футболка, плотно облегающая мускулистую грудь, и темные штаны с тяжелыми ботинками.
Но самым пугающим и притягательным одновременно были его глаза. Небесно-голубые, они теперь сияли с такой силой, что казалось, в них заключена вся бесконечность небосвода. На его предплечье, открытом коротким рукавом, татуировка дракона словно ожила, медленно переливаясь угольно-черным блеском.
– Ну? — голос Юки изменился. Он стал глубже, бархатистее, в нем появился рокот далекого грома. — Будешь стоять и пялиться, или мы пойдем и закончим это дело, пока я не превратился обратно в «малявку»?
Он протянул мне пачку документов, которые, казалось, возникли из воздуха.
– Вот бумаги. На имя Окумуры Юки, возраст — двадцать пять лет. Не спрашивай, где я их взял, у Небесного Дракона есть свои связи в мире канцелярии. У нас осталось девятнадцать минут.
Я усмехнулся, принимая документы. Его присутствие теперь ощущалось как физическое давление, равное моему собственному. Это было странное, почти забытое чувство — стоять рядом с кем-то, кто не уступает тебе в величии.
– Идем, — коротко бросил я, распахивая двери.
Внутри загса было тихо и пахло скукой — типичное государственное учреждение. Дежурная регистраторша, женщина средних лет с усталым взглядом, подняла голову от монитора и замерла. Её глаза расширились, а ручка выпала из пальцев.
Я привык к вниманию, но сейчас оно было направлено не на меня. Юки шел рядом, и от него исходила такая аура уверенности и дикой, первобытной красоты, что воздух в помещении, казалось, наэлектризовался.
– Добрый вечер, — я положил документы на стойку. — Мы хотели бы зарегистрировать брак. Срочно.
Женщина перевела взгляд с меня на Юки, затем на документы. Она сглотнула, явно борясь с желанием попросить автограф или просто убежать.
– Г-господин Сон Джин Ву? — пролепетала она. — Но... мы уже закрываемся... и процедура подачи заявления обычно занимает...
Юки наклонился вперед, опершись локтями о стойку. Его золотые серьги тихо звякнули.
– Послушайте, милая дама, — он улыбнулся, и я увидел, как у регистраторши подкосились ноги. — Мы очень торопимся. У нас, можно сказать, «горящее» дело. Вы ведь не захотите расстраивать Теневого Монарха и его... очень нетерпеливого спутника?
– Н-нет, конечно! — она судорожно схватила бумаги. — Пять минут! Только подписи и печати!
Мы отошли к столу для заполнения анкет. Юки взял ручку, и я заметил, как его пальцы слегка подрагивают.
– Тебе тяжело держать форму? — тихо спросил я, накрывая его руку своей.
– Проклятие Сунь Укуна — это не шутка, Монарх, — ответил он, не поднимая глаз. — Оно впивается в кости, тянет меня обратно в детское тело. Это как пытаться удержать океан в фарфоровой чашке. Но я обещал тебе, что мы это сделаем.
– Ты не обязан был так рисковать, — я сжал его ладонь. — Мы могли бы найти другой способ.
Юки поднял на меня взгляд. В глубине его зрачков я увидел отражение древних битв и звездных пожаров.
– Ты выбрал меня перед лицом своей женщины, чтобы доказать ей, что такое настоящая связь. Я не позволю тебе выглядеть дураком, который женится на ребенке. Если мы заключаем этот союз, мир должен видеть, что Теневой Монарх нашел себе равного.
Он быстро расписался в бланке. Его почерк был каллиграфическим, резким, как удары меча. Я поставил свою подпись рядом.
– Готово, — Юки выпрямился, и я увидел, как по его лбу скатилась капля пота. — Черт, осталось пять минут.
Регистраторша, дрожащими руками, поставила печати и протянула нам свидетельство. Она выглядела так, будто только что увидела явление богов народу.
– Поздравляю... господа Сон, — прошептала она.
Мы вышли на улицу так же быстро, как и вошли. Холодный ночной воздух Сеула ударил в лицо. Как только двери за нами закрылись, Юки пошатнулся.
– Джин Ву... — выдохнул он.
Я подхватил его в тот момент, когда золотое сияние вспыхнуло с ослепительной силой, окутывая его фигуру. Пространство вокруг нас исказилось, тени завыли, приветствуя трансформацию. Через мгновение тяжесть в моих руках исчезла.
На асфальте, тяжело дыша, сидел тринадцатилетний подросток в слишком большой ему футболке, которая теперь сползала с одного плеча, обнажая шрам на ключице. Его черные волосы снова были короткими, а взгляд — уставшим, но торжествующим.
– Ха... девятнадцать минут пятьдесят секунд, — Юки вытер лицо рукавом клетчатой рубашки, которую он успел подхватить перед уходом. — Я всё еще чертовски хорош.
Я опустился на одно колено рядом с ним и протянул руку.
– Ты сумасшедший дракон, Юки.
– А ты — Монарх, который только что женился на проклятом божестве, — он ухмыльнулся, принимая мою помощь и поднимаясь на ноги. — Теперь ты официально несешь ответственность за моё питание, проживание и защиту от Нефритового Императора. Надеюсь, твой замок достаточно просторный.
Я посмотрел на свидетельство о браке в своей руке, затем на этого странного, невероятного парня, который за один вечер перевернул мою жизнь с ног на голову. Где-то там, в элитных районах города, Ча Хэ Ин, вероятно, всё еще пыталась осознать произошедшее, но для меня она уже была далеким прошлым.
– Мой замок — это твоя тень, Юки, — сказал я серьезно. — И пока я жив, ни один бог или император не посмеет коснуться тебя.
Юки замер, и на его лице впервые появилось выражение, лишенное сарказма или высокомерия. Он внимательно посмотрел на меня, словно оценивая искренность моих слов.
– Знаешь, Джин Ву... — он подошел ближе и ткнул меня пальцем в грудь. — Сунь Укун всегда говорил, что я слишком доверчив. Но глядя на твою тьму, я начинаю думать, что, возможно, это проклятие было не концом, а началом чего-то действительно интересного.
Он снова надел наушники, которые висели у него на шее, и зашагал вперед, насвистывая какой-то древний мотив, который странно гармонировал с шумом современного города.
– Эй, муж! — крикнул он, обернувшись. — Ты обещал приставку! Если там не будет последней части «God of War», я подам на развод завтра же!
Я покачал головой, чувствуя, как губы сами собой расплываются в улыбке.
– Она там есть, Юки. И поверь, Кратос тебе понравится. Он тоже не любит богов.
– О, мы с ним определенно подружимся! — рассмеялся Небесный Дракон, растворяясь в огнях ночного Сеула.
Я последовал за ним, чувствуя, как мои тени радостно переплетаются с его золотистой аурой. Впереди была вечность, полная битв, богов и, возможно, видеоигр. И впервые за очень долгое время мне не было скучно.