Ученик ведьмы бездны версия 2
Холодные воды и рассечённые узы
Утренний туман над Чёрным озером больше напоминал густую серую взвесь, пропитанную многовековым болотным холодом. Февральский воздух обжигал лёгкие, оседая на камнях набережной колючим белым инеем.
На борту линкора «Иггдрасиль» царила деловая, почти хирургическая тишина.
В отсеке предполётной подготовки Гарри затягивал ремни на правом бедре, подгоняя кобуру под револьвер. Вместо привычного тканевого костюма на нём сегодня был гидродинамический боевой комбинезон из полимерной чешуи чёрного дракона-левиафана, разработанный инженерами Альдегира. Материал плотно облегал развитую мускулатуру, сохраняя внутреннее тепло тела даже при погружении в жидкий азот, и не стеснял движений. На запястьях мягко светились тонкие пластины из звёздного серебра — фокусирующие контуры для стабилизации пространства под давлением.
– Плотность пресной воды в озере неоднородна, – ровный голос Астарты нарушил размеренный стук регулировочных ключей. Маленькая гомункул вывела на центральный голографический терминал трёхмерную модель водоёма. – На глубине свыше тридцати метров зафиксированы термальные аномалии и резкое падение температуры до двух градусов по Цельсию. Донный ил насыщен разложившейся органикой и спорами водяного плюща. Оптическая видимость в придонном слое составляет менее сорока сантиметров.
– Прекрасное место для пикника, – с сарказмом заметила Саяка Кирасака, опершись на перила помоста. Боевая танцовщица уже была одета в утеплённый плащ Ордена Королевских Мечей, а её лук-копье «Дер Фрайшютц» в сложенном состоянии покоился в заспинном креплении. – И в эту сточную яму они отправляют детей? Европейские маги окончательно лишились рассудка.
– Они называют это «проверкой доблести», дорогая Саяка, – усмехнулась Ля Фолия, грациозно подойдя к Гарри со спины.
Принцесса протянула тонкие пальцы в белоснежной лайковой перчатке и поправила воротник его комбинезона. На ней красовалось роскошное тёмно-синее офицерское пальто с золотым шитьём и собольим воротником.
– На самом деле это всего лишь демонстрация первобытной жестокости. Тот факт, что они не смогли похитить никого из нас, загнал директора Дамблдора в угол. На дне тебя ждёт семейный сундук Поттеров. Наша разведка зафиксировала, как Джеймс Поттер лично передавал артефакт русалочьему старейшине вчера в полночь.
– Кровный замок, – Гарри защёлкнул последнюю пряжку и повернулся к девушкам. Его изумрудные глаза горели холодным, ровным пламенем. – Отец думает, что вынудит меня пролить кровь на родовое кольцо, чтобы снять чары с сундука. Он рассчитывает восстановить узы подчинения прямо во время состязания, под прицелом десятков зачарованных зеркал.
– Пусть только попробует, – раздался холодный щелчок закрывающегося зонтика.
Нацуки Минамия бесшумно спустилась по металлическому трапу. Ведьма Бездны была в своём неизменном готическом платье, поверх которого была наброшена короткая бархатная пелерина.
– Запомни, Гарри, – произнесла наставница, заглядывая снизу вверх в лицо своего ученика. – Жидкая среда обладает собственной памятью и колоссальной плотностью. Если на воздухе разрез пространства требует одного импульса воли, то под водой отдача может схлопнуть образовавшийся вакуумный пузырь прямо на твоём теле. Не пытайся рубить озеро. Раздвигай его. Сделай толщу воды продолжением своего личного горизонта событий.
– Я помню шестую форму погружения, Нацуки-сенсей, – Гарри почтительно склонил голову. – «Изоляция зеркальной глади».
– Вот и отлично, – Нацуки тонко улыбнулась уголками губ. – А теперь идём. Пора показать этим болотным жителям, чем отличается примитивная магия стихий от абсолютной власти над законами мироздания.
***
На деревянных помостах, выстроенных вдоль южного берега Чёрного озера, яблоку негде было упасть.
Сотни студентов кутались в шерстяные шарфы и мантии с согревающими чарами. Флаги факультетов лениво колыхались на слабом ветру. Посреди главного помоста восседали судьи: Дамблдор в тяжёлой мантии цвета морской волны, нервно подрагивающий Людо Бэгмен, мадам Максим, надменно кутающаяся в песцовые меха, и Игорь Каркаров, чей взгляд то и дело возвращался к силуэту линкора Альдегира в небе.
Рядом с судейским столом стояла чета Поттеров.
Джеймс выглядел вызывающе бодрым. На его груди красовался орден Мерлина, а на губах играла победная, хищная усмешка. Он то и дело хлопал по плечу Годрика, который нервно переминался с ноги на ногу у самой кромки воды.
Годрик был одет в специальный облегающий костюм из зачарованной кожи саламандры, а в руке сжимал склизкий, серо-зелёный комок водорослей жаброслей.
– Всё под контролем, сынок, – громко, так, чтобы слышали репортёры, наставлял Джеймс. – Ты примешь жабросли за тридцать секунд до старта. Они дадут тебе жабры и перепонки на целый час. Ты знаешь карту подводных течений — я лично запросил её из архивов Министерства. Ты заберёшь Рона и поднимешься первым!
Лили стояла чуть позади мужа. Её лицо было бледным, под глазами залегли тени. Она смотрела на озеро с неприкрытым ужасом, её пальцы судорожно сжимали ремешок сумочки.
– Джеймс… – тихо прошептала она. – Ты уверен насчёт кольца? Если Гарри поймёт… если он разозлится…
– Пусть злится! – сквозь зубы процедил старший Поттер, не оборачиваясь к жене. – Он обязан подчиниться воле рода! Родовая магия Поттеров не позволит ему разорвать контракт, когда его кровь коснётся печати! Он вернётся в семью, хочет он того или нет!
В этот момент трибуны затихли.
С борта «Иггдрасиля» отделилась мерцающая платформа на антигравитационной подушке и плавно опустилась на свободный край пирса.
Делегация Итогами заняла отведённое ей место.
Кодзё Акацуки, зевая во весь рот, засунул руки в карманы куртки и оперся спиной о деревянные перила. Юкина Химэраги встала рядом с ним, держа зачехлённое копьё у бедра.
Гарри шагнул на помост чемпионов в сопровождении Саяки и Ля Фолии. Его чёрный драконий комбинезон резко контрастировал с купальными костюмами и мантиями остальных участников.
Флёр Делакур, дрожащая от сырости в своём серебристом трико, бросила на Гарри тревожный, вопросительный взгляд. Седрик Диггори коротко и уважительно кивнул ему, поправляя палочку у виска — пуффендуец явно сделал ставку на головной пузырь. Виктор Крам стоял в одних плавках, играя мощными мускулами и настраиваясь на сложную частичную самотрансфигурацию.
– Внимание, участники! – громовой голос Людо Бэгмена разнёсся над свинцовой гладью озера с помощью чар Сонорус. – Второе испытание вот-вот начнётся! Ровно в девять утра прозвучит свисток. У вас есть ровно один час, чтобы спуститься на дно Чёрного озера, отыскать то, что было у вас похищено, и вернуться назад!
Бэгмен сделал паузу, многозначительно посмотрев на судей:
– На счёт «три»! Раз… Два…
Годрик судорожно запихал склизкие жабросли в рот, давясь и кашляя. Седрик и Флёр приставили палочки к горлу, выдувая прозрачные стеклянные сферы заклятия Головного пузыря. Крам зарычал, и его голова начала раздуваться, превращаясь в зубастую пасть белой акулы.
– ТРИ! – взревел свисток.
Гул трибун разорвал утреннюю тишину.
Годрик, схватившись за горло, на котором с влажным хрустом раскрылись кровоточащие жаберные щели, с разбегу рыбкой нырнул в ледяную воду. Следом за ним с плеском ушли на глубину Диггори, Крам и Делакур.
Гарри остался стоять на краю дощатого настила.
– Он что, застыл?! – завопил Рон Уизли с трибун, где сидели запасные студенты (для роли заложника Дамблдор забрал его старшего брата Перси, решив не рисковать дружбой Годрика). – Он боится намочить свои блестящие штаны!
– Заткни пасть, рыжий, – холодно бросил Кодзё, даже не повернув головы. Зрачки Четвёртого Истинного Предка на мгновение вспыхнули багровым пламенем, и Рон мгновенно поперхнулся собственным криком, в ужасе сползая под лавку.
Гарри медленно выдохнул. Пар изо рта растаял в воздухе.
Юноша сделал шаг вперёд.
Он не стал прыгать. Он просто наступил подошвой тяжёлого армейского сапога прямо на тёмную гладь воды.
Вместо брызг раздался чистый, металлический звон. Под его ногой по поверхности озера пробежали концентрические круги фиолетового света. Пространство уплотнилось, подчиняясь воле мага Бездны. Поверхностное натяжение под сапогами Гарри мгновенно возросло в миллионы раз, превратив воду в монолитный кристалл.
Гарри сделал второй шаг. Затем третий.
Он шёл по поверхности Чёрного озера так, словно прогуливался по стеклянному мосту на Итогами.
– Мерлин великий… – пробормотал Фадж, хватаясь за край стола. – Он… он идёт по воде! Без чар левитации!
Дойдя до середины залива, Гарри остановился. Его правая рука опустилась к поясу, где в матовых ножнах покоился клинок из звёздного железа Бездны.
– Раскройся, – негромко произнёс Гарри.
Он не стал обнажать клинок полностью. Лишь выдвинул лезвие из устья ножен на ширину ладони.
Звук рассекаемого вакуума прорезал воздух.
В ту же секунду гладь Чёрного озера перед ним содрогнулась. Вода не расплескалась — она с глухим стоном раскололась. Идеально ровная вертикальная трещина шириной в два метра рассекла толщу озера, уходя прямо в бездонную темноту. Силовые поля пространственного разлома мгновенно заблокировали давление стихии, удерживая миллионы тонн ледяной воды невидимыми гранитными стенами по обе стороны от трещины.
В образовавшемся абсолютно сухом колодце соткались полупрозрачные сиреневые ступени из уплотнённого пространства.
Гарри спокойно убрал клинок в ножны, засунул руки в карманы драконьего комбинезона и начал неторопливый спуск по ступеням в самые недра Чёрного озера.
На трибунах стояла мёртвая тишина. Тысячи зрителей, замерев у зачарованных зеркал-экранов, проецирующих изображение из-под воды, не верили своим глазам. Мальчик не пытался приспособиться к чужой враждебной стихии. Он просто раздвинул её, заставив подчиниться своей поступи.
***
Подводный мир Чёрного озера был мрачным, полным гнили и древнего ила.
На глубине двадцати метров царил могильный полумрак. Из мутных зарослей водяного плюща то и дело высовывались костлявые, покрытые чешуёй лапы с перепонками.
Гриндилоу. Водяные черти кишели здесь сотнями, привлечённые запахом тёплой человеческой плоти.
Гарри спускался по пространственной спирали, окружённый трёхметровой сферой абсолютного вакуума. Вода давила на внешние стенки его барьера с чудовищной силой в четыре атмосферы, но лазурные руны Альдегира на его браслетах мерно поглощали давление, перенаправляя излишки кинетической энергии в накопители.
Внезапно толща воды слева от него вскипела.
Дюжина мерзких серо-зелёных тварей с острыми рожками и гнилыми клыками ринулась на прозрачный барьер. Они яростно колотили когтистыми лапами по границе пространства, пытаясь пробить невидимую преграду.
Гарри даже не замедлил шаг.
– Жалкие паразиты, – процедил он.
Юноша поднял левую руку и щёлкнул пальцами.
Пространство за пределами барьера на мгновение сжалось, а затем резко расширилось. Высокочастотная акустическая волна Бездны — та самая, которой Саяка обучала его во время совместных тренировок на полигонах Итогами — ударила сквозь воду.
Раздался глухой, приглушённый хлопок. Водяных чертей разметало в стороны, словно сухие листья от взрыва гранаты. Их внутренние органы не выдержали мгновенного гидроудара, и твари замертво пошли ко дну, оставляя за собой мутные тёмные полосы.
Остальная стая в панике бросилась врассыпную, скрываясь в донных расселинах. Ни одно существо в озере больше не осмеливалось приблизиться к идущему человеку.
В пятидесяти метрах впереди сквозь зеленоватую мглу проступили очертания подводного поселения.
Грубо обтёсанные гранитные валуны, поросшие мерзким склизким мхом, образовывали подобие первобытной деревни. В центре площади возвышалась гигантская статуя уродливого тритона, высеченная из цельной скалы.
Вокруг статуи кружили десятки русалок и тритонов. В отличие от слащавых магловских сказок, эти существа выглядели кошмарно: серая чешуйчатая кожа, всклокоченные зелёные водоросли вместо волос, желтушные свирепые глаза и длинные зубы-иглы. В руках они сжимали тяжёлые копья с наконечниками из заточенных костей гигантских щук.
К хвосту каменного тритона толстыми веревками из водорослей были привязаны четверо пленников.
Гермиона Грейнджер безмятежно спала, убаюканная чарами Дамблдора, её пышные волосы покачивались в воде, как каштановые водоросли. Рядом замерла Чжоу Чанг. Чуть дальше качался Перси Уизли в нелепой ночной рубашке. А с самого края, свернувшись калачиком, парила крошечная белокурая девочка лет восьми в серебристой ночной сорочке — Габриэль Делакур, младшая сестра Флёр.
А прямо над головами спящих, прикованный к каменной груди статуи массивными золотыми цепями, парил резной сундук из морёного дуба.
На его крышке горел фамильный герб рода Поттер: два феникса, сжимающие в лапах сияющий меч. От сундука тянулись пульсирующие красные нити магии, опутывая дно озера и связывая артефакт с кровной защитой замка. В центре замка темнело углубление в форме кольца-печатки, источавшее слабый ядовитый зов.
Гарри ступил на дно площади.
Его пространственный купол мягко опустился на камни, вытеснив воду на три метра вокруг. Земля под его ногами мгновенно высохла, превратившись в потрескавшийся серый ил.
Русалки зашипели, угрожающе вскинув костяные копья. Вождь поселения — массивный тритон со шрамом через всю челюсть — выплыл вперёд, сжимая в руке тяжёлый трезубец. Он запел на своём гортанном, щёлкающем языке, предостерегая человека от нарушения древних правил.
– Отойдите, – спокойно произнёс Гарри.
Его голос, усиленный пространственной вибрацией, эхом прокатился под водой, заставив вибрировать барабанные перепонки водяных жителей.
– Мне нет дела до ваших обычаев. Я пришёл завершить контракт.
В этот момент вода над деревней вскипела от яростных пузырей.
Сверху камнем рухнула фигура. Это была Флёр Делакур. Но прекрасная француженка выглядела ужасно: её стеклянный пузырь на голове был покрыт сетью трещин, гидрокостюм изодран в клочья когтями гриндилоу, а из глубоких ран на плечах сочилась алая кровь. Следом за ней неслась новая стая водяных чертей, почувствовавших лёгкую добычу.
Флёр судорожно взмахнула палочкой:
– Асцендио!
Но струя кипятка из её палочки лишь слегка обожгла передовых тварей. Один из гриндилоу вцепился в её лодыжку, утягивая девушку на острые рифы. Француженка захлебнулась криком, изо рта вырвались драгоценные пузыри воздуха. Она с мольбой посмотрела вниз, на свою маленькую сестру, привязанную к статуе, и её глаза начали закатываться от удушья.
Гарри нахмурился.
– Бесполезные организаторы, – процедил он сквозь зубы. – Бросить ребёнка на дно и не обеспечить безопасность эвакуации.
Его правая рука плавно скользнула к бедру.
Револьвер Бездны покинул кобуру без единого звука.
Гарри даже не стал целиться. Он просто направил гранёный ствол вверх, в сторону тонущей девушки, и нажал на спусковой крючок.
БАМ.
Выстрел прозвучал под водой глухим, низким ударом колокола. Но пуля не была куском свинца.
Из дула вырвался микроскопический сингулярный разлом — сгусток сжатого пространства размером с горошину. Пройдя сквозь толщу воды со сверхзвуковой скоростью, он разорвался прямо посреди стаи гриндилоу.
Пространство схлопнулось внутрь себя. Водяных чертей мгновенно втянуло в крошечную чёрную дыру, спрессовав в комок размером с грецкий орех, и выбросило в другое измерение. Ни капли крови. Ни единого осколка.
Вторым движением руки Гарри развернул пространственную петлю.
Незримая гравитационная сила мягко подхватила теряющую сознание Флёр и втянула её внутрь сухого купола. Девушка тяжело рухнула на колени на сухой ил, судорожно кашляя и жадно глотая воздух.
– Габриэль… – прохрипела она, цепляясь пальцами за сапог Гарри и поднимая заплаканное лицо. – Спаси её… умоляю… монсьё Поттер…
– Сиди смирно, – бросил Гарри, не глядя на неё.
Он повернулся к статуе.
В этот момент из мутной взвеси показалась вторая фигура. Годрик Поттер, с искажённым от боли лицом, грёб перепончатыми руками. Действие жаброслей подходило к концу — жаберные щели на его шее судорожно сжимались, пропуская ил. Увидев старшего брата и семейный сундук, Годрик злобно оскалился и выставил вперёд палочку:
– Экспеллиармус!
Алый луч заклятия прошил воду, устремляясь прямо в спину Гарри.
Юноша даже не обернулся.
В метре за его спиной воздух дрогнул, отразив луч обратно в Годрика. Заклятие ударило младшего брата прямо в грудь, выбив остатки воздуха из его лёгких и отбросив на пять метров назад, прямо в заросли склизких водорослей.
Гарри подошёл к статуе.
Тритоны и русалки в ужасе жались к скалам, видя, как этот двуногий одним движением стирает стаи хищников и отражает боевую магию без палочки.
Юноша взглянул на спящую Габриэль. Взмах пальцев — и верёвка из водорослей чисто распалась на атомы. Девочка плавно спланировала в объятия подбежавшей, рыдающей Флёр.
Затем Гарри поднял глаза на сундук рода Поттер.
Золотые цепи мерно пульсировали алым светом. Родовая магия шептала, требуя прикосновения, требуя крови законного первенца, чтобы вернуть его в лоно семьи, сковать древними клятвами подчинения отцу. В углублении замка тускло мерцало кольцо с тяжёлым рубином — символ власти главы рода.
– Вы так и не поняли, да? – тихо произнёс Гарри, обращаясь к пустоте.
Его пальцы легли на рукоять клинка из звёздного железа.
– Вы думали, что цепи крови сильнее свободы? Вы думали, что я променяю свою жизнь, своих верных друзей и свою любовь на ваше ржавое золото?
Он выхватил клинок.
В полумраке озера вспыхнуло ослепительное, ледяное сияние Бездны. Это был не свет — это было абсолютное отрицание света, тьма такой плотности, что вода вокруг сундука мгновенно обратилась в пар.
– Узы разорваны, – произнёс Гарри на древнем наречии демонов.
Клинок расчертил воздух идеальным крестом.
Пространственный разрез прошёл сквозь сундук, сквозь золотые цепи и сквозь родовое кольцо Поттеров.
Не было взрыва. Не было звона металла.
Семейная реликвия рода Поттер, хранившаяся в склепах триста лет, ровно распалась на четыре части. Древняя кровная магия, заложенная в кольцо, взвыла немым криком умирающего духа и развеялась серым пеплом, который тут же унесло донным течением. Красные нити, связывавшие сундук с замком Хогвартс, с треском лопнули.
Гарри спокойно стряхнул невидимую пыль с клинка и загнал его обратно в ножны.
– Пора наверх, – сказал он, поворачиваясь к оцепеневшей от благоговейного ужаса Флёр.
Он подхватил маленькую Габриэль на руки, перекинув её через плечо, а вторую руку протянул француженке:
– Держись за мой пояс, если не хочешь утонуть при подъёме.
Флёр судорожно кивнула, вцепившись мёртвой хваткой в ремни его драконьего комбинезона.
Гарри сжал кулак.
Пространственный купол вокруг них вспыхнул ослепительным лазурным светом. Гравитационные контуры линкора «Иггдрасиль», настроенные на метку его браслетов, ответили мощным импульсом с небес.
Вода над ними расступилась во второй раз.
***
На трибунах у берега царил хаос.
Прошло ровно пятьдесят минут с момента старта.
Первым на поверхность с плеском вынырнул Седрик Диггори, бережно поддерживая пришедшую в себя Чжоу Чанг. Пуффендуйцы ревели от восторга, размахивая жёлто-чёрными знамёнами.
Следом за ним вынырнул Крам, сплёвывая кровь и акулий хрящ, и вытащил на деревянный помост кашляющую Гермиону Грейнджер.
– Где Годрик?! – Лили Поттер металась по пирсу, ломая пальцы. – Прошло пятьдесят пять минут! Его жабросли… они перестают действовать!
Джеймс нервно сжимал новую палочку, его глаза лихорадочно бегали по поверхности мутной воды:
– Он справится! Он заберёт реликвию и Рона! Кровь Поттеров не может проиграть!..
Внезапно в центре озера вода закипела.
Но вместо выныривающего пловца гладь озера с оглушительным рёвом… вздыбилась.
Гигантский фонтан брызг взметнулся на высоту десяти метров, осыпая первые ряды зрителей ледяным дождём. Из разверзшейся бездны, окружённый сияющим лазурным куполом света, на поверхность медленно поднялся Гарри Поттер.
Он не был мокрым. Ни единой капли влаги не коснулось его волос или одежды. На его левой руке мирно спала спасённая Габриэль Делакур, а позади, держась за его плечо, стояла бледная, но невредимая Флёр.
А в правой руке юноши…
Гарри ступил на доски помоста.
Он разжал пальцы.
На деревянный настил прямо к ногам Джеймса и Лили со звоном упали два обрубка резного морёного дуба и разрубленная пополам золотая печатка с расколотым рубином.
Джеймс Поттер издал звук, похожий на предсмертный хрип раненого вепря. Он рухнул на колени, глядя на осквернённую святыню своего рода.
– Нет… – прошептал старший Поттер, его руки тряслись так, словно его поразило Круциатусом. – Родовое кольцо… Магические узы… Ты… ты уничтожил родовую печать?!
Гарри посмотрел на отца сверху вниз. В его изумрудных глазах плескалась первородная тьма Бездны, не знающая ни жалости, ни сомнений.
– Я предупреждал тебя, Джеймс, – произнёс Гарри, и его голос разнёсся над затихшим озером чище любого заклятия. – Я разорвал последнюю нить, связывавшую меня с вашей гнилью. Больше нет никакого «рода Поттер» для меня. Твоё кольцо — просто кусок металла.
В этот момент мадам Максим с криком облегчения бросилась вперёд, сгребая в свои гигантские объятия обеих сестёр Делакур.
Флёр, заливаясь слезами благодарности, внезапно вырвалась из рук директрисы, подбежала к Гарри и, невзирая на сотни направленных на них глаз и камер, крепко обняла его за шею, запечатлев горячий, мокрый от слёз поцелуй на его щеке:
– Вы спасли её… Вы спасли мою сестру, когда я была бессильна! Я в долгу перед вами до конца своих дней, сэр Гарри! Шармбатон никогда не забудет этого благородства!
Саяка на помосте слегка нахмурилась, скрестив руки на груди и тихо фыркнув себе под нос, но Ля Фолия лишь весело рассмеялась, аплодируя своему рыцарю в такт гремящим трибунам:
– Браво, Гарри! Какое великолепное завершение спектакля!
– А где… где Годрик?! – истошно закричала Лили, хватая Дамблдора за рукав мантии. – Альбус, озеро пустое! Его там нет!
Словно в ответ на её крик, в двадцати метрах от берега с хрипом и кашлем показалась голова младшего Поттера.
Годрик судорожно грёб одной рукой, второй волоча за собой полузадохнувшегося Перси Уизли. Действие жаброслей окончательно прекратилось, мальчик захлёбывался водой, его лицо посинело от холода и нехватки кислорода. Егеря на лодках едва успели подхватить «национального героя» баграми, втаскивая его обмякшее тело на борт под свист и разочарованный гул трибун Слизерина и Дурмстранга.
Людо Бэгмен с трудом сглотнул ком в горле, глядя на судейские протоколы:
– Г-господа… Первым… Первым вернулся мистер Гарри Поттер! Время — пятьдесят одна минута! Он спас не только цель своего выкупа, но и заложника мадемуазель Делакур, проявив исключительную доблесть и непревзойдённый уровень магии!
Оценки судей вспыхнули в воздухе золотыми цифрами.
Мадам Максим, утирая слёзы кружевным платком, без колебаний выставила максимальные десять баллов.
Игорь Каркаров, криво усмехаясь в бороду, поднял табличку с десяткой — северяне оценили уничтожение старого артефакта враждебного рода по высшему разряду.
Барти Крауч-старший, чьё лицо было бледнее савана, сухо показал десять баллов.
Людо Бэгмен зажмурился и выставил десять.
Дамблдор медленно поднял руку. Его пальцы дрожали. Старый директор смотрел на расколотую печатку рода Поттер у своих ног и понимал: всё кончено. План с использованием кровной магии обернулся полным, сокрушительным крахом. Он не мог снизить балл без риска получить ноту протеста от французского Министерства за спасение их гражданки.
Десять баллов.
Пятьдесят баллов из пятидесяти возможных. Абсолютное лидерство. Недосягаемая вершина.
Гарри даже не повернулся к судейскому столу.
Он развернулся и спокойно пошёл по пирсу к антигравитационной платформе, где его ждали его спутники. Навстречу ему шагнула Нацуки Минамия. Ведьма Бездны раскрыла свой кружевной зонтик, укрывая ученика от моросящего дождя, и в её синих глазах блеснула редкая, едва уловимая гордость:
– Пространственный разрез был выполнен с погрешностью менее микрона. Неплохо, Гарри. Совсем неплохо для мальчишки.
– Спасибо, Нацуки-сенсей, – Гарри улыбнулся, чувствуя, как тяжёлая, холодная усталость наконец отступает.
Саяка подошла вплотную, накинув на его плечи сухой тёплый плащ, и тихо шепнула, пряча смущённый взгляд:
– Ты молодец. Правда. Но если эта француженка ещё раз полезет целоваться… я лично проверю прочность её шармбатонских щитов.
– Договорились, – рассмеялся юноша, приобнимая её за талию и чувствуя, как с другой стороны его руку собственнически перехватывает Ля Фолия.
– На борт, господа, – скомандовала Нацуки, взмахнув зонтиком. – Нам здесь больше не на что смотреть.