Солдат семьи Ситри
Тень забытого первенца и печать Куо
Весенний ветер трепал ветви цветущей сакуры, осыпая брусчатку перед воротами Академии Куо метелью бледно-розовых лепестков. Для обычных людей этот старинный частный пансион в пригороде Токио был престижным учебным заведением, совсем недавно открывшим свои двери для совместного обучения юношей и девушек. Для знающих изнанку мира — нейтральной территорией, разделенной между наследницами двух величайших кланов Подземного мира.
Хиро Такамура стоял у кованой ограды, скрестив руки на груди, и бесстрастным взглядом наблюдал за потоком беспечно смеющихся старшеклассников.
Ему едва исполнилось одиннадцать, но благодаря демонической мутации и фигуре Коня его тело развивалось стремительно: высокий, жилистый, с идеальной военной выправкой и широким разворотом плеч, он выглядел на полноценные четырнадцать-пятнадцать лет. Черная форма Академии Куо с белой окантовкой сидела на нем безупречно, скрывая под плотной тканью пиджака десятки хирургических меток и бледную сетку магических проводников. Лишь непослушные черные пряди, спадающие на лоб, прикрывали тонкий бледный рубец в форме молнии.
– Ты снова выглядишь так, будто оцениваешь сектора обстрела, Хиро, – раздался спокойный голос за его плечом.
Хиро даже не шелохнулся — он почувствовал приближение своей госпожи еще у лестницы главного корпуса.
– Шесть удобных снайперских позиций на крышах спортивного зала и библиотеки, президент, – не оборачиваясь, отозвался он ровным, глубоким голосом. – Слепые зоны у восточной стены перекрыты плохо. В случае прорыва барьера Падшими или бродячими демонами периметр придется удерживать вдвоем.
Сона Ситри подошла ближе, остановившись рядом с ним. Ее короткие черные волосы слабо колыхались на ветру, а фиолетовые глаза за стеклами строгих очков цепко скользили по внутреннему двору.
– Мы пришли сюда не воевать, а учиться управлять, – мягко поправила она своего Рыцаря. – Этот город — наша с Риас зона ответственности. Мы должны демонстрировать порядок, а не превращать школу в военный форт. Хотя твою бдительность я, безусловно, ценю.
– Профессиональная деформация, госпожа, – Хиро чуть заметно склонил голову. – В синдикате нас учили, что мирное небо — это лишь временная пауза между артналетами.
– Здесь другое небо, Хиро, – тихо произнесла Сона. – И я сделаю все, чтобы тебе больше никогда не пришлось смотреть на него в ожидании бомбежки.
Юноша промолчал, но в глубине его зеленых глаз мелькнула искра признательности. За два года пребывания в клане Ситри он прошел путь от изувеченного осколка секты до признанного мастера клинка и стратегии. Сона окружила его заботой, которой он не знал никогда, а тренировки под началом Цубаки помогли адаптировать его смертоносную врожденную магию к реалиям демонических войн.
Со стороны старого корпуса послышался шелест шагов.
К воротам приближалась небольшая процессия. Впереди шла высокая, поразительно красивая девушка с водопадом алых, как свежая кровь, волос. Ее пышные формы и вальяжная, царственная походка привлекали взгляды доброй половины мужской части учеников. По правую руку от нее вышагивала миниатюрная фигура в форме монахини, а следом — изящный белокурый юноша с европейскими чертами лица, на поясе которого мерно покачивались ножны.
– Риас, – сухо кивнула Сона, поправляя очки.
– Сона, доброе утро, – улыбнулась Гремори, остановившись в паре шагов. Ее ярко-голубые глаза скользнули по фигуре Хиро, задержавшись на его холодном, не выражающем эмоций лице. – Смотрю, твой таинственный Рыцарь по-прежнему не отходит от тебя ни на шаг. Неужели ты боишься, что в стенах нашей академии на тебя нападут?
– Мой Рыцарь выполняет свой долг, – с легким холодком парировала наследница Ситри. – В отличие от некоторых, Студенческий совет занимается реальными делами и поддержанием дисциплины, а не чаепитиями в Клубе оккультных исследований.
– О, не будь такой занудой, Сона, – звонко рассмеялась Риас.
Пока хозяйки обменивались традиционными шпильками, блондин за спиной Гремори сделал полшага вперед. Его серые глаза с профессиональным любопытством впились в Хиро.
– Юто Киба, Рыцарь Гремори, – с вежливой улыбкой представился блондин, слегка склонив голову.
– Хиро Такамура, Рыцарь Ситри, – последовал краткий ответ.
Они не протянули друг другу рук. Между двумя мечниками мгновенно возникло то неосязаемое напряжение, которое всегда возникает между хищниками одинакового ранга. Киба уловил исходящую от Хиро ауру чистой стали и пороха, а Хиро мгновенно подметил нервное подрагивание пальцев Юто у рукояти меча и застарелую боль в глубине его взгляда.
«Проект "Священный меч", – вспомнил Хиро отчеты, которые ему показывала Серафолл. – Церковный эксперимент. Такой же выживший в бойне, как и я. Но он ищет мести. А месть делает клинок ломким».
– Надеюсь, однажды нам представится случай скрестить мечи на полигоне, Такамура-сан, – мягко произнес Киба.
– Тренировка возможна только с разрешения президента, – отрезал Хиро. – Личные дуэли вне Рейтинговых игр меня не интересуют.
Киба чуть приподнял бровь, удивленный столь сухим и прагматичным ответом, но ничего не сказал.
– Нам пора, – Сона развернулась на каблуках, бросив короткий взгляд на часы. – До начала занятий двадцать минут. Хиро, проверь журналы учета в кабинете совета.
– Слушаюсь.
***
Вечер опустился на город внезапно, укутав улицы Куо в густые сине-фиолетовые сумерки.
Пока школьники расходились по домам, за пределами человеческого восприятия активировались древние печати. Пространство дрогнуло, накрывая заброшенную промзону на окраине города куполом иллюзорного барьера.
Хиро стоял на крыше полуразрушенного склада, наблюдая за тем, как внизу разворачивается охота.
– Донесение патруля подтвердилось, – раздался в коммуникаторе спокойный голос Цубаки Шинры. – Бродячий демон низшего ранга, бывший слуга павшего дома Набериус. Уровень угрозы — средний. Пожрал троих людей за последние двое суток. Мутировал, отрастив панцирь и дополнительные конечности.
– Сона дала разрешение на ликвидацию? – спросил Хиро, присев на одно колено и заглядывая в разбитое слуховое окно.
– Приказ президента: быстро, чисто, без привлечения внимания смертных, – подтвердила Цубаки. – Свита Гремори сейчас занята на южной границе, так что этот сектор наш. Рейя и Томоэ держат внешний контур. Цель твоя, Конь.
– Принято. Начинаю зачистку.
Хиро поднялся. Воздух вокруг его ладоней завибрировал.
Он не стал призывать обычный меч. Против бронированной твари требовалось оружие с высокой кинетической проникающей способностью. Мысленный импульс скользнул по обновленным магическим цепям. В памяти вспыхнули чертежи, плотность сплавов, геометрия патрона.
Сине-фиолетовая мана сгустилась, и в руках юноши материализовался крупнокалиберный револьвер Smith & Wesson Model 500 с удлиненным стволом, а в левой руке — тяжелый тактический клинок из мономолекулярной стали, окутанный лазурной водяной пленкой Ситри.
Демон внизу — гротескное чудовище, напоминающее помесь богомола и обезображенного человека, — жадно разрывал останки бродячей собаки.
Хиро спрыгнул вниз.
Десять метров свободного падения. За долю секунды до удара о бетон за его спиной раскрылись черные крылья с металлическим отливом, погасив инерцию. Он приземлился бесшумно, как кошка, в двадцати шагах за спиной твари.
Монстр среагировал мгновенно. С омерзительным визгом он развернулся, щелкая зазубренными жвалами, и три серповидных костяных лезвия метнулись к горлу Хиро.
Рыцарь Ситри даже не моргнул.
Скорость класса Коня, усиленная демонической силой, стерла его силуэт в смазанное пятно. Костяные клинки рассекли лишь остаточный воздух. Хиро уже скользнул в мертвую зону монстра, уйдя в нижний перекат.
Грохот выстрела разорвал тишину ангара подобно артиллерийскому залпу.
Спроецированная пуля пятидесятого калибра, начиненная спрессованным демоническим льдом, ударила тварь точно под сустав опорной лапы. Панцирь брызнул осколками. Внутренний взрыв маны заморозил плоть чудовища изнутри, мгновенно остановив регенерацию.
Тварь взвыла, заваливаясь набок.
Хиро не стал медлить. Он оттолкнулся от пола, взмывая в воздух. Револьвер растаял искрами, уступая место парным штурмовым клинкам.
– Пожиратель падали, – холодно бросил он сквозь зубы.
Два лазурных росчерка распороли полумрак. Мономолекулярная сталь, усиленная стихией воды дома Ситри, вошла в шею мутанта как нож в теплое масло. Голова бродячего демона с глухим стуком покатилась по пыльному бетону, а обезглавленное тело вспыхнуло фиолетовым очищающим огнем, рассыпаясь безвредным серым прахом.
Хиро приземлился, взмахнул клинками, стряхивая несуществующую кровь, и развеял оружие обратно в первозданную ману.
Бой продлился ровно четыре секунды.
Из тени ангара неслышно выступила Сона в сопровождении Цубаки. Наследница Ситри внимательно осмотрела место ликвидации.
– Ни одной лишней капли магии, – констатировала Сона, поправляя очки. – Использование пробивающего боеприпаса с последующей ледяной фиксацией — превосходное тактическое решение. Твоя боевая адаптация поражает, Хиро.
– Враг был прямолинеен и не обладал интеллектом, – сдержанно отозвался юноша, убирая крылья за спину. – Настоящие противники в Рейтинговых играх не совершат таких ошибок.
– И все же, ты заслужил отдых, – улыбнулась Сона. – Возвращайся в особняк. Завтра тяжелый день: инспекция студенческих клубов.
– Слушаюсь, президент.
Хиро склонил голову и растворился в ночной тени, направляясь к границе барьера. Он чувствовал усталость, но это была здоровая, правильная усталость воина, выполнившего приказ.
Он еще не знал, что в этот самый момент, за тысячи миль от тихого японского городка, фундамент мира, из которого его когда-то выбросили, дал колоссальную трещину.
***
Шотландия. Замок Хогвартс. Июль 2011 года.
Кабинет заместителя директора древней школы чародейства и волшебства утопал в полуденном солнце. Профессор Минерва Макгонагалл сидела за широким столом, заваленным пергаментами, и методично сверяла списки будущих первокурсников.
Перед ней лежала заколдованная стопка конвертов из тяжелого пергамента, адресованных изумрудными чернилами. Перо Приема и Книга Доступа работали без сбоев вот уже тысячу лет, безошибочно фиксируя рождение каждого магического ребенка на Британских островах.
Этот год должен был стать историческим. В школу поступал Годрик Поттер — «Мальчик, который выжил», символ победы Света над тиранией Волан-де-Морта. Газеты гудели об этом уже полгода, а Министерство выделяло баснословные гранты на безопасность замка.
Минерва взяла очередную пачку писем и замерла.
Ее тонкие брови сошлись на переносице. Поверх стопки лежал конверт, подписанный почерком Книги Доступа, но текст на нем заставил сердце старого декана Гриффиндора пропустить удар:
*«Мистеру Г. Дж. Поттеру* *Местонахождение: Неизвестно (Сигнал заблокирован)* *Предыдущий адрес: графство Суррей, Литтл-Уингинг, Тисовая улица, дом 4, чулан под лестницей»*
– Что за?.. – прошептала Минерва, снимая очки в тонкой золотой оправе.
Гарри Поттер. Первенец Джеймса и Лили.
Она прекрасно помнила ту кошмарную ночь десять лет назад. Помнила, как Альбус убеждал плачущую Лили, что старший мальчик истощен, что его магия угасла, и ради его же безопасности и покоя Годрика ребенка нужно спрятать среди маглов под защитой крови. Все эти годы Дамблдор уверял членов Ордена, что за Гарри присматривают, что мальчик растет здоровым, крепким и счастливым ребенком вдали от безумия магической славы.
Но почему Книга пишет «Местонахождение неизвестно»? И что, во имя Мерлина, означает «чулан под лестницей»?!
Схватив конверт, Макгонагалл стремительно поднялась из-за стола и, взметнув полами изумрудной мантии, направилась прямиком к винтовой лестнице, ведущей в кабинет директора.
***
Кабинет Альбуса Дамблдора встретил ее привычным перезвоном серебряных приборов, тихим гудением магических фолиантов и дремотным курлыканьем феникса Фоукса на золотом насесте.
За столом сидели трое.
Джеймс Поттер, заметно заматеревший, с сединой на висках, но все с той же мальчишеской самоуверенностью во взгляде, листал буклет с новейшими гоночными метлами. Рядом сидела Лили — цветущая, элегантно одетая ведьма, чьи зеленые глаза сияли неподдельной материнской гордостью. Напротив них, сложив пальцы домиком, восседал сам Верховный чародей Визенгамота, лукаво поблескивая очками-половинками.
– ...уверяю вас, Джеймс, Годрик попадет на Гриффиндор, – мягко говорил Дамблдор с теплой дедушкиной улыбкой. – В нем течет кровь истинных лидеров. Я лично займусь его дополнительными тренировками по защитной магии.
– Мы бесконечно благодарны вам, Альбус, – с чувством произнесла Лили. – Мы так долго ждали этого дня. Наконец-то наша семья сможет воссоединиться полностью. Ведь... мы же заберем Гарри перед первым сентября? Петуния, конечно, сложный человек, но десять лет разлуки... Мое сердце разрывалось каждый день.
– Разумеется, девочка моя, – благодушно закивал старик. – Завтра же я сам отправлюсь на Тисовую улицу, чтобы подготовить Гарри к встрече. Он поймет, почему так было нужно. Вы спасли мир, пожертвовав своим семейным покоем.
– Боюсь, Альбус, ты опоздал, – ледяной голос Минервы Макгонагалл разрезал уютную атмосферу кабинета.
Все трое повернулись к дверям. Заместитель директора подошла к столу и с глухим стуком опустила пергаментный конверт прямо перед носом верховного мага.
– Что это, Минерва? – мягко спросил директор, не теряя самообладания.
– Это письмо для Гарри Поттера, – отчеканила шотландка, и в ее голосе звенела неприкрытая ярость. – Прочти адрес, Альбус. Прочти вслух, чтобы слышали его родители.
Джеймс нахмурился, потянувшись к конверту:
– Минерва, что за тон? Гарри живет у Дурслей, в нормальном магловском доме...
Его голос оборвался, когда взгляд зацепился за изумрудные строчки.
Лили побледнела, выхватывая письмо из рук мужа. Ее пальцы задрожали так сильно, что пергамент зашелестел.
– «Чулан под лестницей»?.. – одними губами прочитала она. – «Местонахождение: Неизвестно»? Альбус... что это значит?! Ты же говорил, что там кровные чары! Ты говорил, что Арабелла Фигг шлет тебе регулярные отчеты!
Дамблдор впервые за многие десятилетия сбросил маску благодушного мудреца. Его голубые глаза стали острыми, как ледяные иглы. Он выхватил палочку и взмахнул ею над серебряным прибором, отвечавшим за мониторинг чар на Тисовой улице.
Прибор молчал. Из его медных трубок повалил тонкий серый дымок — артефакт был мертв уже много лет.
– Собирайтесь, – коротко бросил директор, поднимаясь на ноги. Его голос потерял всякую мягкость. – Немедленно.
***
Графство Суррей. Литтл-Уингинг. Тисовая улица, дом 4.
Тихий пригород сотрясся от трех оглушительных хлопков аппарации прямо на ухоженном газоне. Прохожие шарахнулись в стороны, заметив троих людей в мантиях, от которых исходило удушающее магическое давление.
Джеймс Поттер выбил входную дверь ногой, даже не вспомнив о заклинании «Алохомора». Дверь с грохотом врезалась в стену прихожей.
– Кто здесь?! Я вызову полицию! – из гостиной выскочил побагровевший от гнева Вернон Дурсль. За прошедшие годы он стал еще толще, его шея полностью утонула в складках жира, а маленькие поросячьи глазки налились кровью. – Чертовы ненормальные! Вон из моего дома!
Следом выбежала испуганная Петуния, прижимая к себе пухлого Дадли, поедающего пончик.
– Петуния! – закричала Лили, бросаясь к сестре. – Где он?! Где мой сын?! Где Гарри?!
Петуния побледнела так, словно увидела оживший труп. Ее челюсть отвисла, глаза метнулись к мужу.
– Гарри? – Вернон замер, и краска медленно сползла с его лица, сменившись серой, землистой бледностью. – Вы... вы пришли за ним? Спустя десять лет?!
Джеймс шагнул вперед, схватив магла за грудки дорогого костюма и прижав кончик палочки прямо к его подбородку. Из палочки вырвался сноп опасных красных искр.
– Где мой мальчик, тупоголовый ублюдок?! Отвечай, пока я не спалил этот свинарник дотла!
– Джеймс, успокойся! – вмешался Дамблдор, входя в коридор. Его присутствие заполнило весь дом невыносимой тяжестью. Старик взглянул прямо в глаза Вернону, применив легкую легилименцию.
Барьеры разума магла рухнули в ту же секунду. Но то, что увидел великий волшебник, заставило его покачнуться.
– Нет... – выдохнул Альбус, побледнев. – Это невозможно...
– Что там, Альбус?! – закричала Лили в панике. – Вернон, говори!
Дурсль, чувствуя, как магия сжимает его горло железной хваткой, заверещал от ужаса:
– Его здесь нет! Мы избавились от него! Избавились, ясно вам?!
В прихожей повисла мертвая, оцепеняющая тишина.
– Что значит... избавились? – тихо, зловеще спросил Джеймс. Рука с палочкой опустилась.
– Вы подбросили его нам на порог, как паршивого щенка! – завизжала Петуния, обретя голос от отчаяния. – С запиской, в которой приказывали растить его! Ни денег, ни помощи! А Вернону предложили повышение... контракт на востоке... Партнеры искали детей с аномалиями! Мы продали его, слышишь, Лили?! Продали через полгода после того, как вы его сбросили на нас!
– Продали?.. – Лили пошатнулась, прижав ладони ко рту. Ее колени подогнулись, и она рухнула прямо на пол прихожей. – Вы... продали моего ребенка?.. Кому?! Кому вы его отдали?!
– Владиславу Корпенко! – прохрипел Вернон, сползая по стене. – Какая-то секта из Восточной Европы! «Черный рассвет» или как там их! Они заплатили пятьдесят тысяч фунтов и дали мне место директора филиала! Мы ничего о нем не знаем! Больше восьми лет не знаем!
– Мерлин всемилостивый... – прошептал Джеймс.
Палочка выпала из его ослабевших пальцев, покатившись по полу. Весь его мир, вся его гордость за славную семью Поттеров, все идеалы рухнули в бездну. Они бросили старшего сына ради младшего. Они доверились старику, убедившему их, что Гарри в безопасности.
А их первенца продали сектантам на опыты, как скот.
– Альбус... – простонал Джеймс, поворачиваясь к директору с безумием во взгляде. – Ты же ставил защиту крови... Ты же приставил Фигг...
– Защита крови... пала в тот день, когда его увезли за пределы Британии, – чужим, пустым голосом произнес Дамблдор. Его руки, держащие Бузинную палочку, заметно дрожали. – Арабелла видела иллюзию... эти фанатики умели заметать следы. Секта «Черный рассвет»...
Старый маг закрыл глаза. Как глава Международной конфедерации магов, он знал эти сводки.
Синдикат «Черный рассвет» проводил чудовищные вивисекции, пытаясь искусственно создавать химер и солдат со способностями нечеловеческих рас. Два года назад их центральная база в Карпатах была стерта с лица земли колоссальным магическим ударом неизвестной природы. Аврорат нашел лишь обугленные руины, братские могилы подопытных и следы применения высшей демонической магии.
Выживших не было. Ни одного.
– Он мертв, – выдохнула Лили, и дом Дурслей огласился душераздирающим, нечеловеческим криком матери, потерявшей рассудок от горя и вины. – Мы убили его! Джеймс, мы убили нашего мальчика!
Джеймс упал на колени рядом с женой, обнимая ее и глухо рыдая в ее рыжие волосы. Его плечи сотрясались, а из горла вырывались лишь бессвязные хрипы.
Дамблдор стоял над ними, глядя на пустой чулан под лестницей, где на полу валялся старый, изъеденный молью детский матрасик.
Великий манипулятор понял, что его грандиозный план дал не просто трещину. Сама судьба вырвала у него фигуру, о ценности которой он даже не догадывался. И эхо этой ошибки неминуемо должно было вернуться, чтобы разрушить все, что он строил.
***
Япония. Город Куо. Особняк клана Ситри.
Ночной ветер приятно холодил разгоряченное после тренировки лицо.
Хиро стоял на просторном балконе гостевого крыла, глядя на огни человеческого мегаполиса, мерцающие вдали. На нем были простые хлопковые штаны, обнажавшие торс, покрытый тонкими серебристыми линиями стабилизированных магических цепей.
Внезапно в его груди, в самом центре духовного ядра, что-то шевельнулось.
Это было странное, чужеродное ощущение — словно где-то на самом краю мироздания лопнула тонкая, полусгнившая нить. Древняя кровная связь, связывавшая его с биологическими родителями, окончательно обратилась в прах под воздействием их запоздалого ужаса и осознания правды.
Хиро медленно поднял руку, прикоснувшись к шраму на лбу. Отметина не болела. Осколок души Волан-де-Морта давно растворился в его собственном ядре, поглощенный демонической энергией и переплавленный в чистую ментальную защиту.
– Что-то не так, Хиро? – раздался мягкий голос из полумрака комнаты.
В дверях балкона стояла Сона. На ней была шелковая пижама, очки сняты, отчего ее черты лица казались мягче и моложе. В руках она держала две чашки с дымящимся зеленым чаем.
– Ничего особенного, президент, – юноша обернулся, принимая чашку. – Просто... фантомное эхо. Словно кто-то окликнул меня по имени, которого больше не существует.
Сона подошла к перилам, сделав глоток:
– Прошлое пытается напомнить о себе?
– У прошлого нет власти над мертвецами, – спокойно ответил Хиро, глядя на темную гладь ночного неба. – Тот слабый мальчик, которого предали ради чужого величия, сгорел в печах Карпат. Здесь остался только ваш Рыцарь.
Сона посмотрела на него снизу вверх. В ее фиолетовых глазах отражался свет далеких звезд.
– Завтра совет директоров утверждает план финансирования нового корпуса, – негромко произнесла она, меняя тему. – А через неделю нам предстоит первая показательная игра со свитой Риас. Мне понадобится твой клинок, Хиро.
Хиро чуть заметно улыбнулся. Он сделал глоток терпкого чая и повернулся к своей госпоже, чувствуя в груди несокрушимую, стальную уверенность.
– Мой клинок всегда к вашим услугам, Сона. Мы построим эту академию. Чего бы нам это ни стоило.
А где-то на другом конце земли холодный дождь омывал развалины Годриковой Лощины, оплакивая семью, которая своими руками отдала собственное спасение демонам ночи.