Сломанная игрушка DEM стала независимой
Эхо чужого мира
Медицинский отсек «Фраксинуса» был наполнен мягким гулом охладительных контуров и монотонным писком биомониторов. В воздухе пахло озоном, антисептиком и едва уловимым сладковатым ароматом, похожим на запах распустившейся сакуры, — так пахла чистая духовная энергия в высокой концентрации.
Гарри сидел на краю операционного стола, обнаженный по пояс. Под его бледной кожей проступали синеватые дорожки микросхем, тянущиеся от разъемов на шейных позвонках вдоль ключиц к грудной клетке.
Рейне Мурасаме в белом халате, поверх которого висели провода портативного диагностического сканера, осторожно постучала пальцем по корпусу автоматического инжектора. Ее темные круги под глазами казались глубже обычного, но руки действовали с абсолютной точностью.
– Процедура будет неприятной, Гарри-кун, – произнесла она своим тягучим, сонным голосом. – Препарат, синтезированный на основе данных из лаборатории Манчестера и стабилизированного конденсата духовных каналов, должен войти в прямой резонанс с твоей нервной системой. Твоему магическому ядру придется перестроиться. Это похоже на то, как если бы застывающий металл внезапно расплавили заново.
– Хуже, чем калибровка боевого модуля в DEM, уже не будет, – ответил Гарри, глядя прямо перед собой.
В углу отсека, прислонившись спиной к переборке и заложив руки за голову, стояла Мана Такамия. Ее тренировочный комбинезон был расстегнут у горла, а на бледном лице застыла привычная едкая усмешка, за которой она прятала собственную слабость.
– Не хорохорься, Поттер. Когда мне перепрошивали узлы циркуляции маны после побега от Элен, меня выворачивало двое суток. Если начнешь вопить как девчонка — я запишу это на коммуникатор и покажу всему отряду AST.
– Я не воплю, Такамия, – ровно отозвался Гарри. – У DEM были плохие методы обучения, но болевой порог они мне выставили на славу.
– Вот и проверим, – хмыкнула она, но в ее взгляде мелькнуло искреннее сочувствие. Она лучше кого бы то ни было знала, какую цену DEM брала за свои технологии.
Рядом с Гарри неслышной тенью возникла Оригами Тобиити. Она не надевала лабораторный халат и проигнорировала три предупреждения Котори о соблюдении стерильности. Ее пальцы — холодные, твердые, с загрубевшей от оружейной насечки кожей на указательном пальце — молча накрыли ладонь Гарри.
– Я здесь, – коротко сказала она, заглядывая ему в глаза. В ее обычно бесстрастном взгляде плескалось глубокое, почти яростное упрямство. – Мониторы показывают стабильное давление. Можешь сжать мою руку, если возникнет спазм. Предел прочности моих костей выше, чем у стандартного человека.
– Надеюсь, ломать тебе пальцы мне не придется, – слабо улыбнулся Гарри, переплетая свои пальцы с ее.
– Начинаем, – раздался из интеркома щелкающий голос Котори. Командир «Рататоска» наблюдала за процессом с капитанского мостика, перекатывая за щекой леденец. – Ввод стабилизатора через пять… четыре… три… Рейне, следи за магическим куполом. Если его ядро начнет коллапсировать, активируй аварийную заморозку узлов.
– Поняла, – Рейне приложила пневматический инъектор к разъему на шее Гарри.
Раздался глухой щелчок и шипение.
Первую секунду не происходило ничего. Затем Гарри показалось, что в его вены плеснули жидкого фосфора.
Боль не была резкой — она была всеобъемлющей. Искусственные проводники Реализатора, годами выжигавшие его плоть, взвыли от неожиданного контакта с духовной субстанцией. Внутри груди, там, где спало искалеченное, подавленное магическое ядро волшебника, вспыхнула сверхновая звезда.
Гарри стиснул зубы так, что на губах выступила кровь. Мышцы спины одеревенели, металлические штифты в позвоночнике зазвенели от дикого напряжения. Перед глазами заплясали багровые и зеленые пятна: лаборатории в Англии, холодные металлические столы, голос Элен Мазерс, отдающий команды через динамики, и заносчивый смех Годрика Поттера из далекого, полузабытого детства на залитой солнцем лужайке в Годриковой Впадине.
*«Ты просто мусор, Гарри. У тебя даже искры нет. Мальчик-Который-Выжил — я, а ты всего лишь досадная тень под ногами!»*
– Гарри! – голос Оригами пробился сквозь пелену агонии. Ее рука сжалась в ответ с силой тисков, не давая ему соскользнуть в спасительное безумие транса. – Смотри на меня. Не закрывай глаза. Это приказ.
Он вдохнул. Воздух показался густым, как свинец.
Зеленые глаза Гарри распахнулись шире, и в их глубине, впервые за долгие годы после операций DEM, сверкнуло не холодное сияние электроники Реализатора, а чистая, первозданная магия — изумрудная, непокорная, омытая силой духовного пламени.
Вокруг операционного стола самопроизвольно развернулась слабая Территория — полупрозрачный купол искаженного пространства, однако он не пожирал его плоть. Напротив, линии на мониторах, фиксировавшие клеточный распад, начали стремительно выравниваться. Алые индикаторы один за другим сменялись ровным янтарным, а затем — спокойным синим светом.
– Невероятно… – выдохнула Рейне, глядя на показания. – Конфликт между Реализатором и магическими каналами спадает. Искусственные узлы стабилизируются. Его собственная биомагия принимает импланты как часть единой проводящей системы.
– Пульс девяносто два, – отчеканила Оригами, не отрывая взгляда от лица Гарри, хотя на ее собственной щеке блестела капля пота. – Температура падает до нормы. Судороги прекратились.
Гарри тяжело выдохнул, опустив голову. Мокрая от пота черная челка упала на лоб, закрывая старый шрам. Но тяжесть, давившая на грудь последние месяцы, — это ощущение медленно тикающей часовой бомбы внутри собственных легких — исчезла. Впервые за годы он сделал вдох и не почувствовал фантомного металлического привкуса крови на языке.
– Живой, – с явным облегчением констатировала Мана, отталкиваясь от стены. Она подошла ближе и слегка щелкнула его пальцем по плечу. – А ты крепче, чем кажешься, Поттер. Элен была бы в бешенстве, узнай она, что ее «списанный прототип» нашел способ обойти гарантийный срок службы.
– Сколько? – хрипло спросил Гарри, облизнув пересохшие губы.
На голографическом экране над столом вспыхнули расчеты Рейне.
– Деградация клеток остановлена, – ответила аналитик с мягкой улыбкой. – Полного восстановления внутренних органов мы пока не добились, но критический порог снят. Теперь твой срок жизни не ограничен двумя годами. При регулярной поддерживающей терапии… ты проживешь нормальную человеческую жизнь, Гарри-кун.
Гарри медленно поднял руку и посмотрел на свои пальцы. Они больше не дрожали. Тонкие шрамы побелели, а холодное металлическое ощущение чужеродности под кожей уступило место ровному, пульсирующему теплу.
Оригами молча наклонилась вперед и уткнулась лбом в его обнаженное плечо. Ее плечи были напряжены, но Гарри чувствовал, как медленно отпускает ее тело колоссальный стресс.
– Мы выиграли, – прошептала она ему в кожу.
– Мы выиграли, – подтвердил он и осторожно провел ладонью по ее коротким пепельным волосам.
***
– Если ты еще раз припрешься посреди ночи и разбудишь меня звонком в дверь, Тобиити, я вычту стоимость нового дверного звонка из твоего армейского жалованья!
Капитан Рёко Кусакабэ стояла посреди тесной кухни в своем излюбленном домашнем амплуа: тренировочные штаны с вытянутыми коленями, футболка с нелепым принтом пивной кружки и бигуди в челке. Она яростно орудовала половником, перемешивая мисо-суп, параллельно косясь на кухонный стол.
За столом сидели Гарри и Оригами. Перед каждым стояла большая пиала риса, тушеный тофу и порция маринованного редиса.
– Согласно протоколу безопасности сил самообороны, – невозмутимо парировала Оригами, аккуратно разделяя деревянные палочки для еды, – младший сержант Поттер находится на амбулаторной реабилитации после сложной физиологической коррекции. Присутствие обученного напарника снижает риск непредвиденных осложнений на восемьдесят семь процентов.
– Ты просто нагло оккупировала мою квартиру, мелкая манипуляторша! – простонала Рёко, хлопнув половником о край кастрюли. – Ты даже зубную щетку сюда притащила! И запасной комплект белья! Думаешь, я не видела его в прихожей? Гарри, скажи ей хоть слово! Ты здесь формально под моей опекой!
Гарри, который как раз старательно пытался подцепить скользкий кусок тофу палочками — навык, который давался ему тяжелее, чем управление боевым Реализатором на гиперзвуковой скорости, — виновато поднял глаза:
– Капитан… то есть, Рёко. Оригами просто помогает мне с калибровкой нейроинтерфейса перед сном. Без ее тестовых команд у меня возникают фантомные боли в шее.
Рёко замерла, окинула их обоих долгим, подозрительным взглядом, затем тяжело вздохнула и плеснула себе в чашку остывший зеленый чай.
– Вы оба меня в могилу сведете, – проворчала она, плюхаясь на свободный стул и подпирая щеку кулаком. – Один — ходячий секретный эксперимент британцев и корпоративных ублюдков, вторая — фанатичка с комплексом телохранителя. Вот за какие грехи министерство обороны повесило вас на мою шею? Я ведь просто хотела дослужить до пенсии, найти приличного мужика и пить саке по выходным.
– Ваш текущий уровень стресса превышает норму на двадцать два процента, капитан, – бесстрастно вставила Оригами, отправляя в рот кусочек редиса. – Рекомендуется снизить потребление алкоголя и увеличить продолжительность фазы глубокого сна.
– Тобиити, еще одно слово о моем здоровье, и я заставлю тебя драить ангар для CR-Unit зубной щеткой! – рявкнула Кусакабэ, но в ее голосе не было настоящей злости. Она перевела взгляд на Гарри, и ее лицо смягчилось: – Ты как сам? Лицо уже не такое серое, как утром.
– Намного лучше, – искренне ответил Гарри. – Давление в каналах магии стабилизировалось. Я больше не чувствую, как Реализатор пережигает нервы. Спасибо, что договорились с базой о моем временном освобождении от утренних построений.
– Не благодари. Я просто сказала армейскому начальству, что у тебя плановая дезинфекция имплантов от DEM, а с этими корпоративными технологиями военные медики связываться боятся до дрожи в коленях, – Рёко усмехнулась, опершись локтями о стол. – Ешь давай. И ты, Тобиити, не сиди как истукан. Если остаешься ночевать — спать будешь на футоне в гостиной. И чтобы никаких ночных вылазок в комнату Гарри! Я бывший снайпер, у меня чуткий слух на скрип половиц.
Оригами даже глазом не моргнула:
– Физический контакт снижает уровень кортизола у выздоравливающих пациентов.
– Тобиити!
– Я поняла. Буду соблюдать дистанцию в три метра до шести часов утра, – спокойно согласилась девушка.
Гарри тихо фыркнул в свою пиалу, пряча улыбку.
Каждый раз, когда наступали такие моменты — нелепые, домашние, наполненные ворчанием Рёко и маниакальной заботой Оригами, — он чувствовал, как далеко позади остался сырой, пропахший плесенью чулан под лестницей в доме Дурслей. Там никто не готовил ему горячий суп. Там его существование признавали лишь ударами по двери и приказами полоть сорняки. А в доме Поттеров… о доме Поттеров он старался не думать вовсе. Лили и Джеймс получили своего сияющего героя Годрика. Они сделали свой выбор, стерев второго сына из родословной.
Здесь, в крошечной квартире на окраине Тенгуу, среди армейских рационов, разбросанных журналов и запаха жареного кунжута, у него впервые появилась настоящая семья.
***
На следующий день у ворот старшей школы Райзэн царило привычное оживление. Осенний ветер срывал с кленов багряные листья, кружа их над асфальтом.
– Гарри-сан! Оригами-сан! С добрым утром!
Звонкий голос Токи Ятогами перекрыл шум толпы. Девушка подбежала к ним, держа в обеих руках по бумажному пакету с ароматной выпечкой. Следом за ней неторопливо шел Сидо Ицука, выглядевший слегка помятым — судя по всему, утро в доме Ицука снова началось с кулинарного хаоса.
– Доброе утро, Тока, Сидо, – кивнул Гарри, поправляя лямку сумки.
– Ты сегодня выглядишь совсем по-другому! – Тока бесцеремонно приблизилась к Гарри, с любопытством принюхиваясь и заглядывая ему в лицо своими большими аметистовыми глазами. – От тебя больше не пахнет той горькой штукой! Ну, знаешь, как от перегретого железа! Сидо, смотри, у Гарри даже глаза стали ярче!
– Тока, неприлично так близко подходить к людям, – смущенно попытался оттащить ее Сидо, после чего ободряюще улыбнулся Гарри: – Котори сообщила мне утренние сводки. Поздравляю. Мы все очень переживали.
– Спасибо, Сидо. Без данных, которые достала Мана, и оборудования «Рататоска» ничего бы не вышло.
Оригами сделала шаг вперед, мягко, но решительно вклиниваясь между Гарри и слишком близко наклонившейся Токой:
– Ятогами Тока. Соблюдай дистанцию в один метр. Личное пространство Гарри находится под наблюдением.
– Э-э?! Опять ты за свое, Оригами! – Тока мгновенно надула щеки, сжимая в руках пакеты с хлебом. – Я просто поздоровалась! Гарри наш друг! Почему ты вечно охраняешь его, как будто я собираюсь его съесть?!
– Твоя модель поведения непредсказуема, а физическая сила превышает человеческую норму в сорок раз, – сухо аргументировала Тобиити. – Потенциальный риск случайной травмы неприемлем.
– Ах так?! Тогда я не поделюсь с тобой этим восхитительным кинако-хлебом! Я отдам его только Гарри и Сидо!
– Я не нуждаюсь в избыточных углеводах, – парировала Оригами с полнейшим равнодушием, чем довела Току до тихого шипения.
Сидо только страдальчески потер переносицу:
– Пожалуйста, давайте хотя бы до первого звонка обойдемся без дуэлей…
– Согласие. Спор о распределении питательных веществ нерационален, – раздался сзади монотонный голос.
К ним подошли сестры Ямай. Юдзуру, как всегда, говорила в своей характерной манере, держа руки в карманах форменного кардигана, в то время как Кагуя эффектно взмахнула полой форменного пиджака:
– Ха! Жалкие смертные снова сотрясают воздух пустыми спорами! Но мой взор видит истину! Тьма, что сковывала печатью душу нашего иномирового союзника Гарри, отступила! Не так ли, о носитель стального клинка? Твоя аура пылает новым огнем!
– Радость. Юдзуру согласна с глупым пафосом Кагуи. Гарри выглядит значительно здоровее. Юдзуру выражает искреннее удовлетворение этим фактом.
– Спасибо, Юдзуру, Кагуя, – Гарри сдержал улыбку. К эксцентричности духов он уже успел привыкнуть. В каком-то смысле они напоминали ему обитателей магического мира Британии — такие же яркие, непонятные простым людям, обладающие колоссальной разрушительной мощью. Но была огромная разница: духи не лицемерили. Они не прятали за напыщенными речами о «чистоте крови» мелочную трусость и жестокость.
– Йо, Гарри!
Из-за угла школьного корпуса вынырнул Хирото Тономачи. Его глаза горели праведным негодованием, направленным прямо на Ицуку и Поттера.
– Вы двое… вы просто чудовища! – трагически провозгласил Тономачи, хватаясь за сердце. – Ицука окружен прекрасными девушками с утра до вечера, а ты, Гарри, держишь при себе первую красавицу школы Тобиити, да еще и эти новенькие красотки-близняшки и Ятогами постоянно крутятся вокруг вас! Почему жизнь так несправедлива к простому романтику?! Моя цифровая подружка на смартфоне сегодня утром выдала мне системную ошибку! Системную ошибку, понимаешь?! Это знак свыше!
Не успел Гарри и слова вставить, как из-за спины Тономачи послышалось хоровое цоканье языками.
– Вот же мерзость, – холодно протянула Аи Ямабуки, поправляя очки.
– Измерять ценность человеческого общения в количестве девушек и жаловаться на мобильное приложение… как жалко, – поддержала Мии Фуджибакама, демонстративно отворачиваясь.
– Абсолютно омерзительно, – поставила точку Маи Хазакура, щелкнув камерой телефона, явно занося физиономию Тономачи в архив позора.
– Да вы издеваетесь?! Откуда вы вообще беретесь каждый раз?! – взвыл Хирото, окончательно теряя остатки душевного равновесия под хохот одноклассников.
Гарри наблюдал за этой сценой, чувствуя странное, разливающееся по груди тепло. Еще полгода назад он не знал, наступит ли для него завтрашний день. Его миром были темные камеры базы DEM, запах машинной смазки, хриплые приказы инструкторов и холодная пустота в голове, куда методично загружали тактические матрицы уничтожения целей.
А теперь он стоял под кленами, среди друзей, и девушка, за руку которой он держался, была готова бросить вызов всей планете ради него одного.
Идиллия казалась почти совершенной.
Пока воздух вокруг внезапно не задрожал.
***
Это не было сигналом пространственного разлома. Сирены гражданской обороны молчали.
Но Гарри почувствовал это первым.
Металлический разъем у основания его черепа отозвался резким, колющим импульсом. Искусственные проводники Реализатора, встроенные в его нервную систему, мгновенно среагировали на скачок направленного электромагнитного и магического излучения.
Магия внутри него — древняя, британская магия крови, которую DEM так и не смогли до конца выкорчевать, а лишь сплавили со своими боевыми протоколами, — забилась в груди, как пойманная птица.
– Гарри? – Оригами среагировала мгновенно. Ее рука уже лежала на скрытом в складках школьной юбки компактном армейском коммуникаторе. Глаза девушки сузились, сканируя периметр. – Твой пульс подскочил. В чем дело?
– Возмущение… – процедил Гарри сквозь зубы. – Это не Дух. И это не обычный Реализатор AST.
– Внимание всем постам! – в ухе Оригами и Гарри одновременно ожил секретный армейский канал связи AST. Голос Рёко Кусакабэ звучал непривычно напряженно, срываясь на командный рык: – Тревога нулевого уровня! Неопознанный объект вошел в воздушное пространство южного сектора Тенгуу на сверхзвуковой скорости! Системы ПВО базы подавлены направленным импульсом искажения! Всем офицерам немедленно явиться на базу для развертывания!
– Капитан, это DEM? – быстро спросила Оригами в скрытый микрофон на воротнике.
– Хуже, Тобиити! Командование сообщает, что это не стандартный боевой модуль. Сигнатура смешанная. Там… черт побери, операторы говорят, что датчики фиксируют аномальные тепловые и энергетические всплески, похожие на европейские магические аномалии! Они идут прямо к портовой зоне!
Сидо, заметив перемену в поведении друзей, подошел ближе:
– Что происходит?
– На город напали, – коротко ответил Гарри. Его лицо стало абсолютно жестким. Школьная расслабленность слетела с него в ту же секунду, уступая место ледяной концентрации боевого мага корпорации DEM. – Не Духи. Цель — портовые склады.
В небе над городом раздался низкий, вибрирующий гул. Оптический камуфляж над заливом моргнул, и в безоблачном утреннем небе проявился хищный, угловатый силуэт тяжелого десантного транспорта DEM новейшей модификации. Но что было куда страшнее — вокруг транспорта пульсировало не только защитное силовое поле Реализатора. Воздух вокруг стальной туши мерцал зеленоватым, ядовитым пламенем, складывавшимся в гигантские рунические печати.
В кармане Гарри ожил закрытый коммуникатор «Рататоска». На дисплее всплыло лицо Котори с капитанского мостика:
– Гарри, Сидо, слушайте внимательно! «Фраксинус» зафиксировал радиоперехват по закрытым каналам корпорации. Этот транспорт прибыл напрямую из европейского филиала DEM. Но они действуют не одни. Уэсткотт заключил контракт с кем-то из Великобритании. В перехваченных директивах фигурирует захват объекта «Номер Семь»… то есть тебя, Гарри. И кодовое имя заказчика…
Котори сделала паузу, и на ее лице промелькнула редкая для нее ярость.
– «Орден Феникса» и Министерство Магии Британии. Они требуют вернуть «похищенного наследника рода Поттеров» для суда и изъятия незаконных военных технологий.
Гарри замер. Мир вокруг словно потерял звуки.
*Похищенного наследника?*
Горький, ядовитый смех едва не вырвался из его горла. Они бросили его в чулане. Они продали его Дурслям, закрыв глаза на то, как дядя Вернон передавал пятилетнего «сквиба» людям в черных костюмах с логотипом DEM. Десять лет о нем никто не вспоминал. Десять лет Джеймс и Лили купались в лучах славы своего ненаглядного Годрика, пока Гарри ломали кости на операционных столах и выжигали личность ментальными блоками.
А теперь, когда DEM потерпела поражение в Японии, когда его данные всплыли в отчетах разведок, когда стало ясно, что «сквиб» выжил и стал элитным носителем боевого Реализатора… они вспомнили о фамилии Поттер? Они решили явиться за ним, как за беглой собственностью?
– Гарри, – мягкий, но несокрушимый голос Оригами разрезал пелену гнева.
Она стояла перед ним, глядя прямо в глаза. Ее рука сжимала его запястье.
– Приказ капитана — отступить на базу и экипироваться в CR-Unit. Мы не отдадим тебя ни DEM, ни твоей прошлой семье. Если они хотят забрать тебя… им придется пройти сквозь меня.
Гарри посмотрел на нее. Вся неуверенность, все тени прошлого, преследовавшие его по ночам, рассыпались в прах. Он глубоко вдохнул, чувствуя, как стабилизированная магия ровно и мощно струится по обновленным каналам его тела, готовая подчиниться первому приказу мысли.
– Нет, Оригами, – произнес он негромко, но в его голосе зазвенела обнаженная сталь. – Бежать мы не будем. Это мой долг перед прошлым. И я закрою этот счет сам.
Он повернулся к Сидо и духам:
– Сидо, уводи Току и остальных в укрытие. Если это DEM и британцы — они не остановятся перед сопутствующими жертвами.
– Гарри, подожди! – крикнул Ицука, но Гарри и Оригами уже сорвались с места, перемахивая через школьную ограду и растворяясь в переулках, ведущих к подземному арсеналу AST.
***
Портовая зона Тенгуу напоминала зону боевых действий.
Два автоматических боевых дрона типа «Бандерснатч» стояли на страже у разгрузочного пирса, их тяжелые плазменные орудия методично сканировали сектор. Рядом с трапом десантного челнока DEM стояли четверо.
Двое из них были оперативниками корпорации в тяжелых экзоскелетах CR-Unit последней серии «Эшкрофт». Лица скрыты глухими шлемами с визорами, на бедрах закреплены излучатели Территории.
Но двое других выглядели совершенно чужеродно среди бетона и стали.
Они были одеты в длинные мантии из плотной драконьей кожи глубокого алого цвета — форма ударных авроров британского Министерства Магии. Во главе стоял рослый широкоплечий мужчина с резкими чертами лица, в которых безошибочно угадывалась порода Джеймса Поттера, хотя он был моложе. На его холеном, заносчивом лице застыло выражение глубочайшего отвращения к окружающему магловскому пейзажу. На груди мантии блестел серебряный значок с гербом рода Поттеров и орденом Мерлина третьей степени.
Рядом с ним нервно сжимал палочку пожилой волшебник с седыми пейсами и холодными глазами инквизитора.
– Какое варварское место, – процедил молодой маг, брезгливо стряхивая невидимую пылинку с манжета. – Отец был прав, эти восточные маглы окончательно сошли с ума со своими механическими игрушками. Эй, вы! – он презрительно ткнул концом палочки в сторону командира наемников DEM. – Где объект? Нам гарантировали, что передача брата-сквиба произойдет без шума. Годрику скоро поступать на стажировку в Визенгамот, нам не нужны грязные сплетни в «Ежедневном Пророке» о том, что в семье Поттеров завелся механический уродец на службе у азиатских военных.
Офицер DEM даже не повернул головы, его механический голос прозвучал через внешний динамик шлема:
– Объект «Номер Семь» находится в черте города. Группа захвата зафиксировала его биосигнатуру. Но предупреждаю, мистер Поттер-младший… ваш родственник больше не является человеком в обычном понимании. Корпорация вложила в его модификацию миллиарды йен. Он боевой маг класса «Мастер», превосходящий по реакции любого вашего аврора.
Юноша — Чарльз Поттер, кузен «Великого Мальчика-Который-Выжил» и доверенное лицо Джеймса — презрительно расхохотался:
– Превосходящий? Сквиб, напичканный железками? Не смешите меня. Пара связывающих заклятий, ошейник для подавления воли — и он снова займет свое законное место в подвале родового поместья, где ему и положено сидеть, пока семья решает, как замять скандал с магловскими опытами. Он обязан своей кровью благородному роду Поттеров! Он сделает то, что ему прикажут!
– Он ничего тебе не обязан.
Голос прозвучал сверху. Спокойный, тихий, но несущий в себе такую чудовищную тяжесть, что даже автоматические датчики «Бандерснатчей» мгновенно взвыли, переключаясь в режим максимальной тревоги.
На крыше портового крана стояли двое.
Оригами Тобиити была облачена в белоснежный боевой костюм AST. За ее спиной раскрылись сияющие крылья генераторов Территории, в руках покоилась тяжелая лазерная винтовка, ствол которой смотрел прямо в лоб командиру DEM.
А рядом с ней стоял Гарри.
На нем не было стандартного громоздкого скафандра. DEM создавали его иначе. На нем был облегающий черный бронекостюм из углеродного волокна, поверх которого вспыхивали зеленые рунические цепи. На его правом предплечье был закреплен компактный блок катализатора Реализатора, напрямую сросшийся с его нервными узлами. В правой руке он держал короткий клинок, по лезвию которого струилась плазма, смешанная с изумрудными искрами чистой магии.
– Гарри?.. – Чарльз Поттер прищурился, вглядываясь в юношу. На его лице мелькнуло удивление, мгновенно сменившееся снисходительной усмешкой: – Надо же. А ты вырос, братец-сквиб. Джеймс и Лили думали, ты сгнил на помойке у Дурслей. А ты, я погляжу, нашел себе магловских хозяев и даже обзавелся подружкой? А ну, живо спустился сюда и встал на колени перед представителем рода Поттеров! Ты возвращаешься в Англию. Твой долг — послужить Годрику и очистить наше имя!
Гарри медленно шагнул вперед.
Он не стал спускаться по лестнице. Он просто шагнул с двадцатиметровой высоты.
В воздухе под его ногами на долю секунды развернулись изумрудные гексагональные щиты Реализатора, мягко погасив инерцию, и Гарри бесшумно приземлился на растрескавшийся бетон в двадцати шагах от группы захвата. Следом за ним, подняв вихрь пыли реактивными стабилизаторами, опустилась Оригами, мгновенно взяв на прицел оперативников корпорации.
– Мой долг? – тихо переспросил Гарри. Его зеленые глаза горели ровным, пугающим светом. – Вы бросили пятилетнего ребенка на мороз. Вы позволили Дурслям запереть меня в темноте, а потом закрыли глаза, когда они взяли чек от корпорации DEM. Где был твой благородный род Поттеров, когда хирурги резали мой позвоночник без наркоза, чтобы вживить интерфейс боевого модуля?
– Заткнись! – рявкнул Чарльз, выхватывая палочку. – Ты не смеешь упрекать своих родителей! Они спасли мир от Сами-Знаете-Кого! Годрик истекал кровью, пока ты был бесполезным балластом! Ты должен быть благодарен, что тебя вообще породила чистокровная семья! *Инкарцеро!*
Из кончика палочки вырвались толстые веревки, зачарованные на удушение.
Гарри даже не шелохнулся.