Сломанная игрушка DEM
Сталь, кровь и пепел гордыни
Грозовой фронт над заливом города Тенгу превратился в кипящий котел из плазмы, соленой воды и разорванных в клочья облаков.
Тяжелый крейсер «Галахад» висел в полукилометре над темными, вздыбленными волнами, заслоняя горизонт своим хищным, граненым брюхом. Орудийные батареи флагмана DEM непрерывно изрыгали снопы багрового огня. С другой стороны, наперерез стальному левиафану, шел белоснежный «Фраксинус», чьи защитные барьеры сияли нестерпимо ярким лазурным светом, принимая на себя чудовищную кинетическую отдачу.
На верхней палубе воздушного судна «Рататоска» ревел ветер со скоростью штормового урагана.
– Гарри, слева! – крикнула Мана по закрытому тактическому каналу.
Ее голос звучал кристально четко сквозь треск статических помех. Девушка взмыла в воздух на антигравитационных стабилизаторах доспеха «Муракумо», выписывая безупречную восходящую спираль. Шесть ее фотонных излучателей синхронно вспыхнули, превратившись в ослепительные световые веера.
Очередь тяжелых плазменных болтов, пущенных тройкой пикирующих «Бандерснапов», разорвалась о выставленный ею локальный щит Территории. Встречный лазерный залп Маны прошил ведущего дрона насквозь — машина сдетонировала в воздухе, осыпая настил палубы горящим углепластиком.
Гарри даже не поднял головы. Его сенсоры, спаянные с обновленным нейроинтерфейсом, вели цель без помощи глаз.
В двадцати метрах перед ним, используя реактивные ранцы экспериментальных экзоскелетов «Цербер», приземлились двое британских авроров. Их тяжелые зачарованные мантии были причудливо переплетены с титановыми сервоприводами и кристаллами Реалайзеров DEM. Лица магов скрывали черные полимерные забрала с фосфоресцирующими визорами.
– *Бомбарда Максима!* – синхронно взревели оба чародея.
Их деревянные палочки были вмонтированы прямо в стволы предплечных манипуляторов. Воздух вздрогнул. То, что вырвалось из их оружия, было не просто заклинанием взрыва. Это был сгусток нестабильной термоядерной плазмы, обернутый в гравитационную воронку Реалайзера — чудовищный гибрид древней темной магии и бесчеловечной науки Айзека Уэсткотта.
Гарри шагнул навстречу удару.
В его правой руке тускло блеснул титановый фокусирующий манипулятор. Никаких лишних жестов. Никаких латинских формул, требующих секундной концентрации.
– *Рассечение,* – бесстрастно произнес он.
Кончик металлического стержня очертил в воздухе короткую вертикальную линию.
Духовная энергия Сандалфона, дремавшая в его крови, соединилась с древней магией Поттеров. Пространство перед Гарри буквально треснуло. Невидимый клинок Территории, сжатый до толщины молекулярной нити, врезался в летящий плазменный шар. Заклинание не взорвалось. Оно распалось на две идеально ровные половины, которые с шипением ушли в стороны, бессильно испарив тонны морской воды далеко за кормой крейсера.
Не давая врагам опомниться, Гарри сократил дистанцию.
Для тех, кто наблюдал за боем с мостика «Фраксинуса», его рывок выглядел мгновенной телепортацией. Но это была не аппарация. Это было абсолютное ускорение тела, избавленного от трения воздуха благодаря духовному ветру Йошино.
Титановый стержень с глухим треском ударил в нагрудный накопитель первого аврора. Реалайзер британца попытался развернуть защитную Территорию, но магия Гарри действовала как вирус — изумрудные разряды мгновенно проникли в квантовые микросхемы, закоротив батарею.
– Протокол экстренного отключения, – бросил Гарри, и силовой импульс манипулятора швырнул стокилограммового мага в броне через фальшборт, прямо в спасательную сеть, растянутую манипуляторами нижнего яруса «Фраксинуса».
Второй аврор в ужасе попытался вскинуть руку для проклятия, но с неба коршуном упала Мана. Ее лазурный клинок срезал дуло манипулятора за сотую долю секунды до выстрела, а короткий удар бронированного колена в солнечное сплетение отправил карателя в глубокий нокаут.
– Двое готовы! – Мана приземлилась рядом с Гарри, ее лазурный визор предупреждающе мигнул алым. – Но главный калибр на подходе. Смотри на двенадцать часов!
Гарри поднял взгляд.
С борта «Галахада», отделившись от штурмового эшелона, плавно снижались две фигуры.
Джеймс Поттер держался в воздухе тяжело, опираясь на гудящие гравитационные платформы экзоскелета. Его лицо, некогда красивое и надменное, сейчас казалось серым от колоссальной перегрузки. Реалайзер серии «Цербер» выкачивал из главы британского Аврората жизненные силы, взамен накачивая его нервную систему сырой энергией, отчего вокруг его тела плясали багровые дуги нестабильной магии.
Но куда страшнее выглядел Годрик.
Наследник рода Поттеров был буквально закован в тяжелый штурмовой доспех, покрытый рунической вязью и светящимися магистралями DEM. В его правой руке была зажата тяжелая плазменная алебарда, в левой — фамильная палочка из остролиста, подключенная к квантовому ускорителю на запястье. Его глаза за прозрачным забралом горели не просто яростью — это было чистое, незамутненное безумие подростка, опьяненного иллюзией абсолютного всемогущества.
– Гарри! – взревел Годрик, и его голос, усиленный внешними динамиками шлема, перекрыл рев бури. – Жалкий, ничтожный сквиб! Ты думал, что спрячешься за этими восточными механизмами?! Ты думал, что сможешь унизить меня — Победителя Темного Лорда?!
Годрик взмахнул алебардой, и воздух над палубой закипел.
– Смотри на меня! – визжал он, срываясь на хрип. – Сэр Айзек дал мне силу богов! Мне больше не нужны ваши жалкие тренировки! Моя магия абсолютна! Я сотру тебя в порошок, верну отцу имя рода, а твою девку отдам ученым DEM для вивисекции!
Джеймс Поттер завис чуть позади сына. Его рука с палочкой дрожала.
– Гарри… – тяжело, сквозь силу выговорил лорд Поттер. На его висках вздулись черные вены — признак того, что наниты DEM уже начали отравлять его кровь. – Подчинись. Сложи оружие. Это приказ твоего отца и главы рода! Ты вернешься в Англию! Уэсткотт обещал очистить твой разум от скверны! Не заставляй меня уничтожать собственного сына!
Гарри медленно выдохнул. Пар от его дыхания растворился в холодном воздухе.
Он посмотрел на человека, давшего ему половину генетического кода. В его изумрудных глазах не было ненависти. Не было боли. Не было даже презрения. Там была лишь леденящая, абсолютная пустота — так смотрят на рухнувшее дерево или остывший шлак в доменной печи.
– Ты опоздал с приказами ровно на семь лет, Джеймс, – произнес Гарри. Его ровный голос, усиленный внутренней маной, ударил по барабанным перепонкам волшебников с физической тяжестью гранитного монолита. – Ты уничтожил своего сына в тот день, когда запер его в чулане и запретил произносить свою фамилию. Тот, кто стоит перед тобой, не имеет к роду Поттеров никакого отношения. Я — Гарри. Просто Гарри. И этот город — мой дом.
– Ах ты, щенок! – взвыл Годрик. – *АВАДА КЕДАВРА!*
Зеленый луч смерти, усиленный десятикратным квантовым умножителем «Цербера», превратился в чудовищный столб изумрудного огня шириной в метр. Он сорвался с кончика палочки Годрика с визгом разрываемой ткани мироздания, выжигая кислород и оплавляя титановые переборки палубы.
– Назад, Мана! – скомандовал Гарри, делая шаг вперед и выставляя манипулятор обеими руками.
– Я держу фланг! – отозвалась девушка, отступая на шаг и разворачивая спаренный щит, чтобы отразить рассеянные брызги смертоносной энергии.
Смертельное проклятие, от которого в магическом мире не существовало защиты, ударило прямо в Гарри.
Но удара не произошло.
Гарри крутанул титановый стержень, активируя матрицу, созданную на основе исследований Рэйнэ Мурасамэ. Вокруг его тела вспыхнула не обычная Территория визарда и не примитивный щит магов.
Возник граненый купол из абсолютного льда Задкиэля, сквозь толщу которого струились лазурные потоки духовного пламени.
Луч «Авады» врезался в купол с оглушительным звоном, похожим на удар колокола. Зеленое пламя растеклось по граням кристалла, но не смогло пробить даже внешний слой. Гарри стоял внутри ледяного кокона абсолютно невозмутимо. Смертельная магия британских магов просто… поглощалась. Она остывала, теряла кинетическую структуру и превращалась в безвредные мерцающие снежинки, оседавшие на его плечи.
– Невозможно… – прошептал Джеймс Поттер, и его лицо окончательно побелело. – Непростительное заклятие… рассеяно?!
– Технологии DEM не делают тебя всемогущим, Годрик, – раздался холодный голос Гарри из-за тающего ледяного барьера. – Они лишь делают твою глупость более разрушительной.
Гарри взмахнул манипулятором.
Остаточная энергия заклятия, очищенная и перенаправленная его волей, сорвалась в обратную сторону в виде чудовищного гравитационного тарана.
– Годрик, щит! – в панике закричал Джеймс, бросаясь наперерез сыну и выбрасывая вперед свою палочку: – *Протего Максима! Фините Инкантатем!*
Реалайзер Джеймса взвыл на пределе мощности, разворачивая перед ними багровое силовое поле.
Удар Гарри врезался в защиту отца. Раздался оглушительный взрыв. Гравитационная волна смяла поле Джеймса, словно лист пергамента. Титановые сервоприводы на руках главы Аврората лопнули, разбрызгивая гидравлическое масло. Джеймса отбросило назад, он с грохотом покатился по металлу палубы, выронив палочку и судорожно хватая ртом воздух.
– Отец! – в бешенстве взвизгнул Годрик.
Вместо того чтобы помочь родителю, юный психопат переключил регуляторы своего экзоскелета в запретную красную зону. Из охладительных радиаторов на его спине вырвались струи перегретого пара. Накопители «Цербера» начали пульсировать опасным малиновым светом.
– Я убью тебя! Убью! Разорву на части! – орал он, бросаясь на Гарри в рукопашную и занося плазменную алебарду для сокрушительного удара сверху.
Но в этот момент небеса над заливом озарились новыми вспышками.
***
На высоте трех тысяч метров над зоной боя воздух внезапно разорвали ревущие двигатели боевых истребителей.
Это было не подкрепление DEM.
Сквозь грозовые тучи, выстроившись идеальным боевым клином, пробилось авиакрыло сухопутных сил самообороны Японии. А следом за ними, сверкая белой и лазурной броней стандартных CR-юнитов, шел полный состав специального ударного подразделения AST — Anti-Spirit Team города Тенгу.
Во главе строя, рассекая воздух на форсаже, летела капитан Рёко Кусакабэ.
Ее лицо на командирском экране тактического визора было перекошено от ярости:
– Говорит капитан Кусакабэ, командующая силами AST сектора Тенгу! Неопознанный крейсер и воздушные цели, вы нарушили воздушное пространство суверенного государства и ведете боевые действия над территориальными водами Японии! Немедленно заглушить приводы и лечь в дрейф!
С борта «Галахада» немедленно последовал высокомерный ответ по открытому военному каналу. Голос принадлежал Элен Мазерс:
– Капитан Кусакабэ. Это внутренняя антитеррористическая операция корпорации Deus Ex Machina Industries, санкционированная специальным протоколом безопасности ООН. Ваше подразделение классифицируется как вспомогательный персонал DEM. Вам приказано немедленно атаковать цель номер один — корабль повстанцев «Фраксинус» — и обеспечить захват дезертиров проекта «Черный Пепел». В противном случае ваш контракт будет расторгнут в одностороннем порядке с лишением всех лицензий на использование технологий Реалайзеров.
Рёко Кусакабэ опустила взгляд на нижние экраны.
Там, внизу, на палубе «Фраксинуса», двое подростков — парень с титановым стержнем и синеволосая девчонка, которую Рёко прекрасно помнила по ее недолгой службе в AST, — отчаянно сдерживали натиск чудовищных гибридных тварей и британских наемников. А вокруг них падали обломки дронов DEM, едва не задевая портовые склады и жилые кварталы прибрежной зоны.
– Лишением лицензий, значит?.. – прорычала Кусакабэ, сжимая штурвал управления так, что затрещали перчатки. – Вы притащили сюда свой гребаный летающий утюг! Вы натравили на наш город три десятка неуправляемых боевых автоматонов! Вы подвергаете смертельной опасности гражданское население Тенгу, за безопасность которого МЫ отвечаем головой!
– Ваши возражения зафиксированы и отклонены, капитан, – холодно отчеканила Элен. – Выполняйте приказ или будете уничтожены как соучастники мятежа.
– Да пошла ты к черту со своими приказами, британская стерва! – взорвалась Рёко в микрофон на всю тактическую частоту. – Всем бортам AST! Смена боевой задачи! Корпорация DEM признана террористической угрозой первого класса! Огонь по беспилотникам и орудийным башням крейсера! Защитить «Фраксинус»!
– Есть, капитан! – дружно взревели динамики десятка пилотов, уставших быть пушечным мясом в играх Уэсткотта.
Но быстрее всех среагировала одна единственная тень.
Белый росчерк вспорол тучи со скоростью, превосходящей возможности стандартного оборудования AST. Оригами Тобиичи, чье лицо за прозрачным забралом оставалось пугающе спокойным, вошла в пике прямо над «Галахадом».
Ее дальнобойная лазерная винтовка развернулась за долю секунды. Оригами даже не посмотрела на флагман DEM — ее холодный, расчетливый взгляд был прикован к палубе «Фраксинуса», где сражался парень, спасший человека, которого она любила больше жизни.
– Захват цели, – бесстрастно произнесла Оригами. – Очистить периметр вокруг Сидо и его союзников.
Луч чудовищной мощности прошил грозовое небо, срезав тяжелую зенитную башню «Галахада» еще до того, как та успела навестись на флагман «Рататоска».
В воздухе завязалась грандиозная свалка. Ракеты AST, усиленные Территориями японских пилотов, градом ударили по строю «Бандерснапов». Дроны DEM начали беспорядочно маневрировать, их построение рассыпалось.
– Что эти узкоглазые выродки себе позволяют?! – взревел Годрик, когда шрапнель от разорвавшейся рядом ракеты AST чиркнула по его наплечнику. – Отец, они стреляют по нам!
– Они защищают свой дом, недоумок, – раздался голос прямо перед его носом.
Годрик не успел даже моргнуть.
Гарри уже стоял перед ним. Титановый манипулятор скользнул под лезвие плазменной алебарды Годрика с такой скоростью, что металл запел от трения.
Короткое, выверенное движение кисти — и алебарда, стоившая как годовой бюджет небольшого английского городка, была выбита из бронированных пальцев наследника Поттеров и улетела в ревущие волны залива.
– Мое оружие! – завизжал Годрик, в панике отступая назад и вскидывая левую руку с палочкой: – *Круц…*
Гарри не дал ему закончить.
Его левая ладонь в боевой перчатке врезалась прямо в квантовый накопитель на запястье брата. Раздался оглушительный треск. Фамильная палочка из остролиста — гордость семьи Поттеров — переломилась пополам, словно сухая ветка, осыпая палубу искрами умершей сердцевины из пера феникса.
Годрик застыл. Его глаза за визором расширились до предела, наполняясь первобытным, ослепляющим ужасом. Он смотрел на свои пустые руки, затем на обломки дерева, втоптанные в мокрый металл.
– Моя палочка… – прошептал он срывающимся, детским голосом. – Ты… ты сломал мою палочку… Я же… я же Мальчик-Который-Выжил…
– Ты ничто, Годрик, – тихо и безжалостно произнес Гарри, глядя на него в упор. – Без палочки, без фамилии и без подачек Уэсткотта ты абсолютно пуст. Ты мыльный пузырь, надутый чужой ложью.
– Замолчи! Замолчи! – Годрик в истерике попытался ударить его бронированным кулаком, но Гарри просто перехватил его запястье.
Сервоприводы «Цербера» взвыли, пытаясь преодолеть сопротивление, но рука Гарри даже не дрогнула. Духовная мощь Сандалфона текла по его жилам, делая его хватку прочнее титановых тисков.
– Твой костюм перегрет, – бесстрастно констатировал Гарри, глядя на багровые индикаторы на груди брата. – Накопители перегружены на двести сорок процентов. Еще сорок секунд — и произойдет термический прорыв реактора. Айзек Уэсткотт дал тебе этот доспех не для победы. Он использовал тебя как ходячую термобарическую мину.
– Ты врешь! – захлебывался слюной Годрик, безуспешно пытаясь вырваться. – Сэр Айзек обещал мне славу! Он обещал, что я стану владыкой мира!
– Он соврал, – отрезал Гарри.
Короткий удар тыльной стороной манипулятора пришелся точно в замок шейного сегмента брони Годрика. Металл лопнул. Гарри с силой рванул внешние кабели питания, выдирая их с корнем. Экзоскелет «Цербер» с жалобным шипением стравил остатки пара и отключился, превратившись в неподъемную металлическую клетку.
Годрик рухнул на колени под весом мертвого железа, не в силах даже поднять голову. Из его носа текла кровь, он всхлипывал и дрожал мелкой, позорной дрожью, окончательно сломленный и уничтоженный — не физически, но морально.
Сзади послышался тяжелый, волочащийся шаг.
Гарри медленно обернулся.
Джеймс Поттер с трудом поднялся на ноги. Его мантия висела лохмотьями, шлем экзоскелета был сорван, открывая постаревшее, изможденное лицо. В руке он сжимал запасную палочку, но кончик ее смотрел не в грудь Гарри, а в пол.
В глазах лорда Поттера больше не было величия. Там плескалась смесь чудовищного осознания, стыда и запоздалого родительского кошмара. Он видел сломанного, рыдающего Годрика. Он видел сотни ракет AST, сбивающих дронов DEM. Он видел черные, обугленные кабели на груди своего младшего сына, которые едва не сожгли того заживо.
– Что… что мы наделали?.. – прохрипел Джеймс, глядя на свои окровавленные руки. – Уэсткотт… он сказал, что это просто стабилизаторы… Он сказал, что это спасет тебя…
– Уэсткотт хотел получить мои биометрические данные и уничтожить свидетелей, – ровно ответил Гарри, опуская манипулятор. – И ты привел его прямо сюда, Джеймс. Ты продал безопасность своего мира ради того, чтобы скрыть правду о собственном эгоизме.
Внезапно на груди экзоскелета самого Джеймса замигал частый, пронзительный алый сигнал.
*«Внимание. Нарушение протокола лояльности. Активация директивы зачистки»*, — раздался синтетический женский голос из динамиков на его броне.
– Что это?.. – Джеймс попытался расстегнуть замки нагрудника, но сервоприводы намертво заклинило. Металл начал стремительно раскаляться, прожигая ткань мантии. – Мерлин… оно не снимается!
– Директива самоуничтожения DEM, – крикнула подлетевшая Мана, ее лицо стало предельно напряженным. – Уэсткотт понял, что операция провалена! Он активирует аварийные заряды в их доспехах, чтобы стереть улики! Гарри, отойди от него, заряд разнесет всю палубу!
Джеймс посмотрел на мигающий огонек на своей груди, затем на Гарри, затем на хныкающего на полу Годрика.
– Бегите… – прошептал глава Аврората, и по его щеке скатилась слеза. – Забирай брата и уходи, Гарри… Прости меня… Мерлин великий, Лили… прости меня…
Гарри не сдвинулся с места.
– Гарри, назад! – в панике крикнула Мана, протягивая руку, чтобы оттащить его.
Но Гарри уже сделал шаг вперед. Вплотную к человеку, который сломал его детство.
– Я же сказал, Джеймс, – тихо, но с абсолютной твердостью произнес Гарри. – Я больше не подчиняюсь вашим правилам. И я не позволю DEM забрать ни одной жизни на этой палубе. Даже твоей.
Титановый манипулятор Гарри вспыхнул ослепительным золотым светом.
Никаких квантовых матриц. Никаких директив Реалайзера. Чистая, первородная магия Поттеров, пробужденная и исцеленная любовью тех, кто принял его как человека, соединилась с духовным холодом Йошино.
– *Диффиндо Абсолют!*
Тончайший лазерный луч из чистой магии вонзился точно в узел детонатора на груди Джеймса.
Это была хирургическая операция, требовавшая безумной концентрации: одна ошибка — и термобарический заряд сдетонирует. Но руки Гарри не дрожали. Его пальцы, привыкшие перебирать микросхемы и спасать жизнь Маны, двигались с ювелирной точностью.
Секунда. Две.
Раздался сухой металлический щелчок.
Гарри вогнал манипулятор в корпус взрывателя, напитал его морозной маной, замораживая химическую реакцию капсюля в абсолютном нуле, и одним рывком вырвал раскаленный блок из груди отца.
Развернувшись на месте, Гарри швырнул дымящийся заряд далеко в небо над заливом.
– Мана, сбей!
– Есть! – рявкнула девушка.
Шесть лазерных лучей ее излучателей скрестились на летящем блоке в ста метрах от кораблей. В небе беззвучно расцвел ослепительный шар бездымного взрыва, разогнавший грозовые тучи на сотни метров вокруг.
Тишина, наступившая после взрыва, показалась оглушительной.
Джеймс Поттер стоял на коленях, тяжело хватая ртом воздух через обожженное горло. Его экзоскелет был раскурочен, нагрудник вырван с корнем, но он был жив.
Он поднял глаза на старшего сына.
Гарри стоял над ним, тяжело дыша. По его виску стекала капля пота, смывая копоть боя. Зеленые глаза смотрели прямо в душу отца — чистые, ясные, навсегда свободные от призраков прошлого.
– Забирай Годрика, – тихо произнес Гарри. Ветер трепал его черные волосы. – Забирай его, возвращайся в Англию и никогда… слышишь меня, Джеймс? Никогда больше не смей появляться в моей жизни.
– Гарри… – губы лорда Поттера задрожали, он попытался протянуть руку, коснуться края его боевого костюма. – Сын мой…
– Я не твой сын, – Гарри отступил на полшага назад, и этот жест был страшнее любого удара мечом. – Моя семья ждет меня на мостике этого корабля. А ты… ты просто незнакомец, которому я сегодня сохранил жизнь. Считай это окончательной платой за то, что ты когда-то вытащил меня из обломков в Годриковой Впадине. Наш счет закрыт. Навсегда.
Джеймс медленно опустил руку. Его плечи ссутулились, голова упала на грудь. В этот момент великий лорд Поттер, глава Аврората и герой магической Британии, окончательно превратился в сломленного старика, осознавшего цену своей гордыни.
***
Над заливом раздался протяжный, вибрирующий вой аварийных сирен.
Крейсер «Галахад», лишившись половины орудийных систем под ударами разозленных пилотов AST и линкора «Рататоска», начал медленно разворачиваться.
На командном мостике флагмана DEM Айзек Уэсткотт холодно наблюдал за тем, как последние дроны падают в воду. Его безупречный костюм был в полном порядке, но тонкие губы сжались в узкую, опасную полоску:
– Потери превысили допустимый порог эффективности, Элен. AST города Тенгу открыто саботирует контракты. Отзываем авиакрыло. Переходим в суб-орбитальный режим отхода.
– А британцы? – спросила Мазерс, убирая плазменные мечи «Пендрагона».
– Они сыграли свою роль, – безразлично бросил Уэсткотт, отворачиваясь от обзорного экрана. – Мы собрали великолепный массив данных о резонансе магии и духовной энергии. А лорд Поттер… пусть возвращается на свой остров и упивается собственным позором. Мы вернемся к этому вопросу позже.
Тяжелый крейсер включил маршевые гравитационные двигатели и с гулким ревом устремился ввысь, пробивая остатки облаков и исчезая в направлении нейтральных вод.
Бой был окончен.
***
На палубе «Фраксинуса» пахло солью, озоном и горелым металлом.
С неба плавно опустились бойцы AST. Капитан Кусакабэ с лязгом убрала шлем в походное положение, сплюнула на мокрый настил и решительно зашагала к центру палубы, засунув большие пальцы за тактический ремень:
– Черт побери… Ну и бардак вы тут развели, Рататоск.
Двери лифта распахнулись, и на палубу вышли Котори, Сидо и Тока. Котори держала во рту неизменный чупа-чупс, но ее белая капитанская фуражка сидела непривычно ровно:
– Капитан Кусакабэ. Признаться, я удивлена. Не думала, что верные цепные псы министерства обороны решатся укусить руку, которая кормит их технологиями DEM.
– Мы солдаты, соплячка, а не наемные убийцы, – огрызнулась Рёко, окинув взглядом разрушения. – Корпорация перешла все границы, когда начала палить по нашему городу. Если Уэсткотт думает, что японские силы самообороны будут плясать под его дудку, пока он устраивает здесь полигон, то он глубоко просчитался. Я уже отправила официальный рапорт в генштаб. Контракт с DEM в секторе Тенгу аннулирован с сегодняшнего дня.
Рядом с ней бесшумно приземлилась Оригами. Она не смотрела на командиров. Ее взгляд скользнул по Сидо, затем по Гарри и Мане, и девушка едва заметно, почтительно склонила голову:
– Сектор чист. Угроза нейтрализована.
– Спасибо, Оригами, – тихо сказал Сидо, мягко улыбнувшись ей. Девушка-визард лишь моргнула, но кончики ее ушей едва заметно порозовели.
В дальнем углу палубы техники «Рататоска» уже блокировали магические контуры пленных авроров.
Джеймс Поттер, опираясь на плечо подошедшего медика, с трудом волочил ноги. Следом за ним на гравитационных носилках везли безмолвного, отрешенного Годрика, чьи глаза бессмысленно смотрели в серое небо. Они уходили к транспортному катеру, который должен был доставить их в посольство для немедленной депортации. Ни славы. Ни триумфа. Лишь горький пепел поражения.
Гарри даже не повернулся в их сторону.
Он стоял у самого края палубы, глядя, как сквозь разломы в грозовых тучах пробиваются первые золотые лучи заходящего солнца. Океан внизу мерно колыхался, смывая остатки мазута и крови.
Легкий шаг позади. Теплое плечо прижалось к его плечу.
Мана сбросила боевой шлем, позволяя ветру трепать ее темно-синие волосы. На ее щеке темнела тонкая полоска сажи, но в карих глазах сияло такое безграничное, пьянящее торжество, что у Гарри на мгновение перехватило дыхание.
– Мы сделали их, Поттер, – хрипло, но с непередаваемой гордостью прошептала она, толкнув его бедром. – Мы раскатали элитный отряд твоей драгоценной семейки и показали средний палец лично Айзеку Уэсткотту.
Гарри посмотрел на нее. Медленно поднял руку, коснулся пальцами ее испачканной щеки, осторожно стирая след копоти:
– Не «мы их сделали», Мана. Мы защитили свой дом.
– Это одно и то же, зануда, – она слабо усмехнулась, перехватила его ладонь и крепко, до хруста переплела свои пальцы с его. Ее рука была горячей, сильной и абсолютно живой. – Как твое ядро? Не горит?
– Стабильно, – ответил Гарри. – Никакой боли. Только… странное ощущение.
– Какое?
– Словно я наконец-то проснулся, – тихо признался он, глядя на солнце, садящееся за горизонт залива