← Назад к обзору

шуваловы

Границы дозволенного

Утреннее солнце заливало просторную кухню-гостиную особняка Шуваловых, отражаясь от полированных столешниц и панорамных окон. В доме пахло свежесваренным кофе и домашними блинчиками — Вера, несмотря на плотный график в клинике, всегда старалась накормить семью завтраком перед уездом.

Максим, поправляя манжеты дорогой рубашки, внимательно наблюдал за тем, как Демид лениво ковыряет вилкой в тарелке, не выпуская из рук телефон.

– Демид, убери гаджет, – спокойно, но с той самой стальной ноткой в голосе произнёс отец. – Мы с мамой уезжаем на конференцию в Питер на три дня. Надеюсь, мне не придётся выслушивать жалобы от Тимура по возвращении?

Демид нехотя положил айфон на стол и вздохнул.

– Да ладно, пап, всё будет нормально. Чего сразу жалобы?

– Того самого, – Максим подошёл к сыну и слегка сжал его плечо. – Я вчера видел твои оценки по математике. Ещё одна двойка, и телефон перекочует в мой сейф на месяц. А Тимур проследит, чтобы ты не просто дома сидел, а зубрил формулы. Понял?

– Понял, – буркнул Демид, бросив взгляд на Славу, который в это время невозмутимо уплетал завтрак.

Слава, как обычно, выглядел максимально расслабленно. Его спортивный костюм от известного бренда сидел идеально, а в глазах плясали чертики. Он знал, что родители уезжают, и это всегда было временем «особого режима». С одной стороны — свобода от прямого надзора отца, с другой — Тимур, который в вопросах дисциплины иногда был даже жестче Максима.

– Тимур и Амина приедут через час, – Вера подошла к детям, поцеловав маленькую Еву в макушку. – Ева, солнышко, слушайся Амину, хорошо? Она привезёт тебе ту куклу, которую обещала.

Двухлетняя малышка радостно закивала, размазывая джем по щекам.

– Вика, – Вера повернулась к тринадцатилетней дочери, которая сосредоточенно переписывалась с кем-то в мессенджере. – К тебе это тоже относится. Чтобы в десять вечера была в постели. И никакой нецензурной лексики, я всё слышу.

– Мам, ну я же не специально, вырывается иногда, – Вика улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой, надеясь смягчить мать.

– Если «вырвется» при Тимуре, будешь стоять в углу и учить стихи классиков, – отрезал Максим, целуя жену. – Всё, нам пора. Машина ждёт.

Как только входная дверь захлопнулась, в доме на мгновение воцарилась тишина, которую тут же прервал громкий свист Славы.

– Ну что, мелюзга, – Слава потянулся, – власть переменилась.

– Не радуйся, Слав, – Вика хитро прищурилась. – Тимур уже на подъезде. Я видела его сторис, он в очень «воспитательном» настроении сегодня.

Спустя пятнадцать минут у ворот взревел мотор внедорожника Тимура, а следом припарковалась аккуратная машина Амины. Старшие вошли в дом по-хозяйски. Тимур, высокий и широкоплечий, сразу заполнил собой пространство. Амина, как всегда стильная, с безупречным макияжем, сразу подхватила Еву на руки.

– Так, банда, строимся, – скомандовал Тимур, бросая ключи на столик в прихожей. – Слава, Демид, живо в гостиную.

Братья нехотя поднялись с мест. Они знали: с Тимуром спорить бесполезно.

– Родители дали четкие инструкции, – Тимур обвёл младших строгим взглядом. – Демид, у тебя хвосты по учёбе. Пока не сделаешь всё, что задали на понедельник, никакого компьютера. Амина, займись Евой, а потом проверь гардероб Вики. Мама сказала, она опять купила что-то слишком вызывающее.

– Эй! – возмутилась Вика. – Это мой стиль!

– Твой стиль обсудим позже, – отрезала Амина, улыбаясь, но тон не оставлял сомнений в её авторитете. – А пока марш в комнату, приберись там. У тебя в шкафу черт ногу сломит.

Первый день прошёл относительно спокойно. Тимур помог Демиду разобраться с логарифмами, хотя парню пришлось выслушать пару лекций о лени и получить легкий подзатыльник за попытку подсмотреть ответ в интернете. Амина устроила Вике настоящий «день красоты», они вместе выбирали наряды, секретничали и ели заказанную пиццу, пока Ева спала.

Однако к вечеру второго дня обстановка накалилась.

Слава, решив, что Тимур слишком увлечен просмотром футбола, решил «прошмыгнуть» к друзьям. Он уже почти вышел через заднюю дверь, когда голос старшего брата остановил его:

– И куда это мы намылились?

Слава замер, медленно оборачиваясь.

– Да я на пятнадцать минут, Тим. Пацаны на площадке, мяч покидаем.

– Запах сигарет я учуял ещё утром, когда ты из душа вышел, – Тимур медленно поднялся с дивана и подошел к брату. – Отец предупреждал? Предупреждал. Я предупреждал?

– Да ладно тебе, всего одну выкурил, – Слава попытался включить своё обаяние.

– Телефон на стол, – коротко бросил Тимур. – И в свою комнату. До завтрашнего утра ты под домашним арестом.

– Ты не можешь меня запереть! – вспыхнул Слава. – Ты мне не отец!

– Я сейчас заменяю отца, – голос Тимура стал тише и опаснее. – Хочешь дождаться Максима и получить ремня от него? Или мы решим это сейчас? Если продолжишь дерзить, я добавлю к наказанию ещё и отсутствие тренировок на неделю. Выбирай.

Слава стиснул зубы. Он знал, что Тимур не шутит. Злой и раздраженный, он швырнул телефон на диван и промаршировал вверх по лестнице, громко хлопнув дверью.

Тимур вздохнул и потер переносицу. Быть старшим было непросто.

В это время в детской разгорелся другой конфликт. Демид, решив, что раз Слава бунтует, то и ему можно, начал откровенно хамить Амине.

– Да отстань ты со своей кашей! – крикнул он, когда сестра позвала его ужинать. – Сама её ешь, курица!

В комнате повисла тяжелая тишина. Вика, сидевшая рядом на ковре, округлила глаза.

– Ой, Дема, зря ты это сказал... – прошептала она.

Амина медленно поставила тарелку на стол. Её лицо не выражало гнева, скорее холодную решимость.

– Что ты сказал, Демид? Повтори-ка.

– Что слышала! – огрызнулся мальчик, хотя в глазах уже мелькнул страх.

– Тимур! – не повышая голоса, позвала Амина.

Старший брат появился в дверях мгновенно.

– Что тут происходит?

– Наш младший брат решил, что может оскорблять старших, – спокойно пояснила Амина. – Использовал нецензурные сравнения в мой адрес.

Тимур перевел взгляд на Демида. Тот сжался в кресле.

– В угол, – коротко приказал Тимур. – Сейчас же.

– Но я...

– В угол! – рявкнул Тимур так, что даже Вика вздрогнула. – Носом к стене. И будешь стоять там, пока не осознаешь, как нужно разговаривать с сестрой. Амина, забери у него планшет.

Демид, всхлипывая, поплелся в угол гостиной. Дисциплина в доме Шуваловых была незыблемой.

Через час, когда страсти немного улеглись, Тимур зашел в комнату к Славе. Тот лежал на кровати, уставившись в потолок.

– Остыл? – спросил Тимур, присаживаясь на край.

– Угу, – буркнул Слава. – Слушай, Тим... извини. Перегнул.

Тимур усмехнулся и протянул брату руку.

– Ладно, проехали. Но курить бросай, Слав. Ты же спортсмен. Отец реально разозлится, если узнает, что это вошло в привычку. Я пока ему не скажу, но это в последний раз. Понял?

Слава кивнул, чувствуя облегчение. Тимур всегда умел найти баланс между строгостью и пониманием.

– Ладно, пошли вниз, – Тимур хлопнул его по плечу. – Там Амина заказала бургеры и картошку фри, пока Демид искупает вину в углу. Только Вике не говори, что мы добрые, а то она совсем на шею сядет.

Спустившись, они увидели забавную картину: Вика сидела на полу рядом с Демидом, который всё ещё стоял в углу, и вполголоса читала ему мораль.

– ...и понимаешь, Дема, если ты будешь так материться, у тебя мозг высохнет, – вещала тринадцатилетняя девочка с видом умудренного опытом профессора. – Папа говорит, что мат — это признак слабоумия. Ты же не хочешь быть слабоумным? И Амину обижать нельзя, она нам завтра обещала в аквапарк билеты купить. Ты своими словами всё испортил!

Демид шмыгнул носом.

– Я извинюсь...

– Вот именно, – Вика заметила вошедших братьев и тут же приняла независимый вид, уткнувшись в телефон.

– Так, воспитательница, – Тимур улыбнулся, – хватит лекций. Демид, иди сюда.

Мальчик подошел к старшему брату.

– Прости, Амина. Прости, Тим. Я больше не буду, честно.

– Хорошо, – Амина подошла и обняла братишку. – Извинения приняты. Но завтра за завтраком расскажешь мне стихотворение, которое задавали по литературе. Без запинки.

– Договорились! – радостно воскликнул Демид.

Вечер закончился в теплой семейной атмосфере. Все четверо старших детей (не считая спящей Евы) устроились в домашнем кинотеатре с огромными порциями фастфуда, который родители обычно запрещали. Они смотрели какую-то комедию, смеялись и подкалывали друг друга.

Несмотря на строгие правила, углы и наказания, в этом доме всегда знали главное: они — одна команда.

Утром третьего дня, когда Максим и Вера вернулись домой, их встретил идеальный порядок. Ева играла с Аминой, Демид усердно писал что-то в тетради, а Слава и Тимур обсуждали детали предстоящего футбольного матча.

Максим прошел в гостиную, внимательно осматривая детей. Его опытный взгляд бизнесмена и отца сразу искал подвох.

– Ну, Тимур, докладывай, – Максим пожал руку старшему сыну. – Как всё прошло?

Тимур переглянулся со Славой. Тот едва заметно кивнул.

– Всё отлично, пап. Немного подтянули математику, погуляли. Были небольшие... шероховатости, но мы во всём разобрались.

Максим довольно кивнул.

– Хорошо. Раз так, – он достал из кармана пачку билетов, – Амина сказала, вы хотели на концерт в следующие выходные? Вот, взял на всех. Даже для Евы и няни нашли вариант.

Радостный крик детей заполнил особняк.

– Но помните, – Максим поднял палец вверх, возвращая серьезный тон, – это аванс за ваше хорошее поведение. Если узнаю, что кто-то из вас отлынивал от правил, билеты аннулируются. Слава, это тебя касается в первую очередь.

Слава широко улыбнулся, обнимая отца за плечи.

– Всё под контролем, пап. Мы же Шуваловы.

Вера, наблюдавшая за этой сценой с улыбкой, подошла к мужу.

– Знаешь, Макс, мне кажется, наши старшие справляются даже лучше нас.

– Конечно, – хмыкнул Максим, притягивая жену к себе. – У них был хороший пример.

В доме Шуваловых снова воцарился уют, сдобренный ароматом дорогого парфюма, детским смехом и невидимой, но крепкой нитью дисциплины, которая и делала их семью по-настоящему счастливой.