Шиноби
Искры на кончиках пальцев
Первые лучи холодного утреннего солнца пробились сквозь автоматические жалюзи пентхауса, расчертив темный сатин постели косыми золотистыми полосами.
Юки распахнул глаза мгновенно, без зевоты и сонной вялости, как и подобало шиноби, привыкшему просыпаться от малейшего шороха. Его рука рефлекторно скользнула под подушку в поисках куная, но пальцы нащупали лишь гладкую ткань наволочки.
В ту же секунду тело среагировало: парень бесшумно перекатился на край кровати, пружинисто вскочил на ноги и замер в низкой боевой стойке.
Никакого запаха гари. Никакого грохота дзюцу Десятихвостого. Ни криков раненых.
Вместо этого — абсолютная, глубокая тишина, нарушаемая лишь едва слышным гулом системы климат-контроля и приглушенным рокотом далекого города где-то далеко внизу.
– Проснулся, – раздался спокойный, низкий голос.
Юки резко повернул голову.
В глубоком кожаном кресле у панорамного окна сидел Сон Джинву. Монарх уже сменил вчерашнюю одежду на простую черную водолазку с высоким воротом и темные брюки, идеально подчеркивавшие его широкие плечи и мощную стать. В руке он держал чашку с дымящимся черным кофе. Его серые глаза, похожие на грозовое небо перед ударом молнии, изучали юношу с нескрываемым, тяжелым вниманием.
Возле кресла бесшумной статуей застыл Игрит, сложив ладони в латных рукавицах на эфесе меча.
Юки медленно выпрямился, разжимая кулаки. Его радужки, еще секунду назад готовые вспыхнуть алым узором Мангекё, остались глубокого небесно-голубого цвета. Сон полностью восстановил его резервы: кровь Окумура бурлила в жилах мощным, чистым потоком, залечив каждую микротравму от пространственного перехода. Мышцы налились силой, а в кончиках пальцев привычно и весело покалывало статическое электричество.
– Ты сидел здесь всю ночь? – спросил Юки, с легким прищуром глядя на мужчину.
– Не всю, – Джинву сделал неторопливый глоток кофе, не отводя от него взгляда. – Мне не требуется много сна. А вот тебе он был необходим. Ты потратил слишком много сил на ту иллюзию.
Юки хмыкнул, проведя ладонью по своим растрепанным черным волосам. Вчерашняя футболка Джинву сползла с его плеча, полностью обнажая рельефную ключицу и начало витиеватой татуировки. Он подошел к панорамному окну, вставая в паре шагов от кресла Монарха, и посмотрел вниз.
Картина, открывшаяся его взору, заставила молодого Учиху на мгновение затаить дыхание.
Внизу расстилался Сеул. Бесконечное море циклопических башен из стекла и бетона, переливающихся в утренней дымке. Многоуровневые эстакады, по которым нескончаемым потоком двигались металлические повозки всех цветов и форм, рекламные голографические экраны размером с тренировочный полигон, мосты через широкую реку. Ничего похожего не было даже в Стране Железа или скрытых деревнях. Это был мир, не знавший разрушительных чакра-бомб, но выстроивший собственную, ошеломляющую мощь.
– Это потрясающе, – вырвалось у Юки прежде, чем он успел прикусить язык.
– Это просто город, – отозвался Джинву, поднимаясь на ноги.
Он подошел вплотную к парню. Разница в десять сантиметров роста заставила Юки снова слегка приподнять подбородок. Монарх стоял так близко, что Юки почувствовал исходивший от него горьковатый аромат кофе и терпкий, ледяной запах чистой маны, от которого по коже бежали мурашки.
– Для тебя это чужой мир, – тихо продолжил Джинву, глядя прямо в лазурные глаза подростка. – Но скоро он станет твоим домом.
– Я шиноби, Джинву. Мой дом там, где идет война.
– Той войны больше нет для тебя, – в голосе правителя теней прозвучала сталь, не терпящая возражений. – Я не собираюсь отпускать тебя обратно в мясорубку. Смирись с этим.
– Думаешь, сможешь удержать меня силой? – Юки дерзко вскинул бровь, и вокруг его пальцев с сухим треском заплясали крошечные синие разряды молнии.
Джинву не отшатнулся. Напротив, он медленно протянул руку и накрыл ладонь Юки своей широкой теплой ладонью, зажимая искры в кулак.
Электрический разряд ударил в кожу Монарха, но Джинву даже бровью не повел. Его тело, закаленное сотнями битв в подземельях и превзошедшее пределы смертных, легко поглотило стихию. Зато физический контакт отозвался в обоих чем-то совершенно иным.
Жар ладони Юки прошил Джинву до самого основания позвоночника. В серых глазах мужчины на долю секунды полыхнул голодный, фиолетовый огонь. Пальцы Монарха сжались крепче, поглаживая тыльную сторону запястья юноши, нащупывая бешеный ритм его пульса.
– Я могу удержать тебя силой, Юки, – шепнул Джинву, наклоняясь к самому его уху, так что горячее дыхание обожгло висок Учихи. – Но я предпочту, чтобы ты остался со мной сам. Добровольно.
Юки сглотнул. Воздух в комнате внезапно стал слишком густым. Этот взрослый, пугающе красивый мужчина действовал на него так, как не действовал ни один соперник. От него исходила такая концентрация абсолютной, несокрушимой власти, что внутри все сжималось в тугой, сладкий узел. Но гордость клана не позволяла отступить.
– Слишком много самоуверенности для ходячего мертвеца, – Юки резко выдернул руку, хотя его щеки едва заметно порозовели.
Джинву лишь тонко, многообещающе усмехнулся.
– Идем. Твои вещи доставили еще ночью.
В гардеробной спальни стояло несколько больших черных коробок с тиснеными золотыми логотипами. Джинву жестом указал на них:
– Открывай. Твоя боевая майка пришла в негодность. Здесь то, что тебе понадобится для выхода в город.
Юки с любопытством открыл первую коробку. Сверху лежала темно-синяя шелковая рубашка свободного кроя. Ткань на ощупь была прохладной, невероятно мягкой и плотной. Рядом лежали черные зауженные брюки из прочного эластичного материала, плотное худи глубокого графитового цвета и тяжелые армейские ботинки из матовой кожи с мягкой, пружинящей подошвой.
– Ты купил все это за пару часов? – юноша поднял бровь, оценивая качество. – В моем мире такую ткань могли позволить себе разве что даймё.
– Здесь деньги решают многие вопросы, – ответил Джинву, прислонившись плечом к дверному косяку и скрестив руки на груди. – Примеряй. Я должен убедиться, что угадал с размером.
Юки не стал смущаться. Годы в полевых лагерях шиноби приучили его относиться к наготе чисто утилитарно. Одним плавным движением он стянул через голову широкую футболку Джинву и бросил ее на пуф.
Взгляд Теневого монарха потемнел.
При дневном свете тело шестнадцатилетнего Учихи выглядело шедевром древних скульпторов. Безупречно очерченные грудные мышцы, глубокие линии косых мышц живота, узкая талия и широкие, гибкие плечи. Черная татуировка, начинавшаяся от запястья левой руки, обвивала мускулистое предплечье, поднималась к плечу и хищными, остроконечными языками захватывала левую сторону груди, огибая сосок и уходя к ключице.
Джинву сжал челюсти так, что на скулах заходили желваки. Каждая клеточка его естества кричала о том, чтобы подойти, прижать этого мальчишку спиной к зеркальной стене гардеробной, провести языком по этой черной вязи на его коже и почувствовать, как горячее, натренированное тело дрожит в его руках.
Ча Хэ Ин никогда не вызывала в нем ничего, кроме вежливой отстраненности. Она была женственной, мягкой, хрупкой. Но в Юки не было хрупкости. В нем была первозданная, дикая сила воина, сочетающаяся с юношеской упругостью и дерзкой грацией. Именно этого жаждала звериная суть Монарха.
Юки натянул темно-синюю шелковую рубашку, оставив верхние пуговицы расстегнутыми, из-за чего край татуировки оставался на виду. Брюки сели идеально, подчеркивая длинные, сильные ноги. Зашнуровав ботинки, парень встал перед зеркалом во весь рост.
Он выглядел потрясающе. Сочетание благородной ткани, опасной пластики хищника и резких черт лица создавало образ, от которого невозможно было отвести взгляд.
– Неплохо, – признал Юки, повертев шеей. – Движения не сковывает. Если придется драться, ткань не порвется на швах.
– Драться тебе не придется, – Джинву подошел сзади, его отражение нависло над Юки в зеркале.
Он протянул парню небольшую плоскую коробочку из матового титана.
– Возьми. Это средство связи.
Юки открыл крышку, доставая увесистый черный прямоугольник со стеклянным экраном.
– Это… техника? Как свиток связи?
– Лучше, – Джинву встал вплотную за его спиной, положив ладонь на плечо парня. Его пальцы слегка сжали крепкую мышцу. – Сенсорный экран. Реагирует на прикосновение. В него внесен мой номер. Если ты потеряешься, если тебе что-то понадобится, или кто-то посмеет косо на тебя посмотреть — ты просто нажимаешь сюда.
Джинву накрыл палец Юки своим, направляя его к экрану. Смартфон тихо пискнул, оживая мягким свечением.
Юки нахмурился, с профессиональным интересом шиноби изучая устройство.
– Без чакры? Чистая механика и электричество?
– Именно. Позже я научу тебя им пользоваться. А сейчас — на кухню. Тебе нужно нормально поесть.
Завтрак прошел в более спокойной обстановке, хотя напряжение между ними не исчезло, а лишь трансформировалось в густое, тягучее ожидание. Джинву приготовил традиционный корейский завтрак: тушеную говядину с пряностями, суп из морепродуктов, омлет и свежие фрукты. Юки ел с аппетитом здорового, растущего подростка, тратящего колоссальное количество калорий.
В разгар трапезы в прихожей раздался мелодичный звонок.
Юки моментально напрягся, его ладонь дернулась к бедру, где обычно висел подсумок с оружием.
– Сиди, – бросил Джинву, поднимаясь из-за стола. – Это ко мне.
Спустя минуту Монарх вернулся, держа в руках плотную кожаную папку. Он бросил ее на стол перед Юки.
– Твоя новая жизнь.
Юки отложил палочки и открыл папку. Внутри лежала биометрическая пластиковая карта с его фотографией — снимок был сделан ночью, пока он спал, но выглядел абсолютно официально. Рядом лежал синий паспорт Республики Корея, свидетельство о гражданстве и матовая черная кредитная карта с тиснением «Ahjin Guild».
– Учиха Юки, – прочитал парень вслух на корейском, который благодаря системе понимал идеально. – Возраст: шестнадцать лет. Статус: под личной опекой главы гильдии «Ахин» Сон Джинву. Ранг охотника: не присвоен.
– Если мы покажем твои истинные способности Ассоциации, тебя затаскают по тестам, – пояснил Джинву, садясь напротив. – Правительство попытается взять тебя под контроль, американские и китайские гильдии начнут охоту за твоей кровью. Мне это не нужно. Пока ты числишься гражданским лицом под моей защитой, никто в мире не посмеет задать тебе лишний вопрос. Карта безлимитная. Покупай все, что захочешь.
Юки посмотрел на черную карту, затем перевел взгляд на мужчину. В его лазурных глазах блеснула смесь благодарности и настороженности.
– Ты тратишь на меня слишком много ресурсов, Сон Джинву. У нас в клане говорили: бесплатной бывает только смерть. Чего ты хочешь взамен?
Джинву подался вперед, положив локти на стол и сцепив пальцы в замок. Его грозовые глаза впились в лицо подростка.
– Я уже говорил тебе. Мне не нужны твои техники, твоя верность или твоя служба. У меня есть армия из сотен тысяч бессмертных солдат, готовых умереть по моему щелчку. Мне нужен ты. Твой огонь. Твоя дерзость. Твое присутствие рядом со мной.
– Ты хочешь сделать меня своей собственностью? – Юки опасно прищурился.
– Собственностью? Нет, – в голосе Монарха прозвучала глухая, первобытная страсть. – Собственность можно сломать или выбросить. Я хочу равного. Того, кто сможет стоять со мной плечом к плечу и не сгорит в пламени моей тьмы. Но если ты сомневаешься в моей силе…
Джинву медленно поднялся.
– Мы можем проверить, насколько хорошо твои техники работают против моих теней.
В глазах Юки вспыхнул азартный, боевой огонек.
– Наконец-то дельное предложение, теневой здоровяк. Я как раз хотел узнать, насколько крепок твой хваленый зад.
***
Подземный тренировочный комплекс гильдии «Ахин» был построен по последнему слову техники: стены из сверхпрочного сплава, усиленные руническими барьерами, способными выдержать прямое попадание магии S-ранга, огромная площадь размером с два футбольных поля и полное отсутствие лишних глаз.
Джинву закрыл за ними тяжелые шлюзовые двери. Освещение на арене вспыхнуло ярким белым светом.
Они встали друг напротив друга на расстоянии пятидесяти метров.
Юки сбросил шелковую рубашку, оставшись в одних черных штанах и ботинках. Его обнаженный торс блестел в свете прожекторов, татуировка словно ожила, наливаясь темной энергией.
Воздух вокруг парня задрожал.
В его глазницах лазурь мгновенно сменилась кроваво-алым сиянием. Три изогнутых лезвия Вечного Мангекё начали стремительно вращаться, считывая малейшие колебания пространства.
– Не сдерживайся, Джинву! – крикнул Юки, и его голос исказился от бушующей внутри силы.
Он сложил пальцы в быструю, неуловимую печать.
– Стихия Огня: Великое Огненное Уничтожение!
Из его рта вырвался не просто поток пламени — на арену обрушилось настоящее цунами из раскаленной добела лавы и огня, заполнившее пространство от стены до стены. Жар был настолько чудовищным, что рунические барьеры на стенах затрещали и замерцали багровым светом.
Джинву даже не сдвинулся с места.
– «Власть правителя».
Невидимая гравитационная волна колоссальной мощи ударила навстречу пламени, раскалывая огненный вал пополам, словно нос ледокола режет волны. Огонь с ревом разбился о невидимый щит, уходя в стороны и плавя металл стен.
Сквозь бушующее пламя, быстрее звука, пронеслась синяя молния.
Юки не использовал кунаи — он сам был снарядом. В его правой ладони с оглушительным ревом пели тысячи птиц, сплетаясь в идеальную, смертоносную сферу.
– Расенган Молнии! – прорычал юноша, падая на Монарха сверху.
Джинву вскинул руку, покрытую плотным слоем темной маны, встречая удар в лоб.
Столкновение сотрясло весь подземный комплекс. Ударная волна разметала остатки огня, бетон под ногами Джинву просел на полметра, паутиной трещин разбегаясь по арене. Электрические разряды Юки вгрызались в темную броню Монарха, ослепляя белыми вспышками.
– Быстро, – с искренним восхищением произнес Джинву, глядя в горящие алые глаза подростка прямо сквозь бурю энергий. – Но недостаточно тяжело!
Монарх сжал ладонь, рассеивая Расенган голой силой, и свободной рукой перехватил Юки за запястье, дергая его на себя.
Юки оскалился. Он ждал этого.
– Летящий Бог Грома!
Его тело растворилось в золотистой вспышке. За долю секунды до захвата он оставил крошечную метку чакры на рукаве водолазки Джинву.
Возникнув прямо за спиной Монарха, Юки выбросил ногу в сокрушительном круговом ударе, целясь в шею. Скорость была абсолютной.
Но Джинву был Богом Смерти. Его восприятие времени выходило за рамки физических законов.
Теневой монарх не стал уклоняться. Он просто сместил корпус, пропуская удар мимо, и всем телом врезался в Юки, сбивая его с траектории.
Прежде чем парень успел активировать Сусаноо, сильные руки Джинву обхватили его поперек торса. Мужчина развернулся на пятках и с контролируемой, но сокрушительной силой впечатал юного шиноби спиной в мягкое прорезиненное покрытие арены, накрывая его сверху своим мощным телом.
Глухой удар выбил воздух из легких Юки.
– Попался, – выдохнул Джинву.
Он зафиксировал руки парня над его головой, сжимая оба тонких, но стальных запястья одной своей широкой ладонью. Его колени плотно зажали мускулистые бедра Юки, полностью обездвиживая его нижнюю часть тела.
Юки тяжело, прерывисто дышал. Его обнаженная грудь ходила ходуном, упираясь прямо в грудь Джинву. Капли пота блестели на его ключицах и татуировке. Алый узор Мангекё бешено кружился, силясь поймать взгляд Монарха в гендзюцу, но Джинву лишь насмешливо смотрел на него сверху вниз, защищенный абсолютным ментальным щитом своей бессмертной души.
– Отпусти, ублюдок… – прошипел Юки, яростно дернувшись. Но вес и сила Джинву были несокрушимы.
– Не отпущу, – прошептал Джинву.
Его свободная рука медленно опустилась на горячую шею Юки, пальцы нащупали бешеный пульс на сонной артерии, а затем скользнули вниз — по ключице, оглаживая рельефную мышцу груди, повторяя изгибы темной татуировки.
Юки вздрогнул от этого прикосновения. По его телу прокатилась волна сладкой, парализующей дрожи, совершенно не похожей на боевой шок. Алые глаза дрогнули, и сквозь них снова пробилась небесная, растерянная лазурь.
– Ты дрался великолепно, – тихо произнес Джинву, наклоняясь так низко, что их губы разделяли жалкие миллиметры. – Твоя скорость, твои техники… Ты действительно равен богам, Юки.
Джинву прижался к нему еще плотнее. Юки сквозь ткань штанов отчетливо почувствовал каменную, пульсирующую твердость между ног мужчины. Глаза юноши расширились от шока и внезапного, пьянящего осознания.
– Джинву… ты…
– Я хочу тебя, – без тени стыда или сомнения произнес Теневой монарх, глядя прямо в лазурные омуты. – С той самой секунды, как ты упал в моем мире. И больше я не намерен притворяться.
Юки замер. Его дыхание перехватило. Вся его ярость, вся гордость клана Учиха внезапно разбились о стену этой первобытной, сокрушительной искренности. Никто и никогда не смотрел на него так. Не как на оружие, не как на последнего потомка двух проклятых родов, а как на самое желанное сокровище во вселенной.
– Ты… безумец, – выдохнул Юки, но в его голосе больше не было злости.
Пальцы парня, зажатые в хватке Монарха, медленно разжались, отвечая на давление.
Джинву медленно, словно давая ему последний шанс оттолкнуть его, коснулся губами горячей, влажной от пота щеки юноши, спускаясь поцелуями к уголку его приоткрытого рта.
И Юки не отвернулся.