← Назад к обзору

Щастье

Тень за спиной Монарха

– Отец, ты уверен, что нам нужно проверять именно этот сектор? – я старался придать своему голосу максимум деловитости, хотя внутри всё сжималось от предвкушения.

Сон Джинву, Теневой Монарх и по совместительству мой отец, остановился посреди пустого коридора штаб-квартиры Ассоциации охотников. Его рост в сто девяносто сантиметров всегда заставлял окружающих чувствовать себя крошечными, а серые глаза, похожие на грозовое небо, казалось, видели человека насквозь.

– Сухо, мы проверяем этот сектор уже третий раз за последние сорок минут, – он повернулся ко мне, приподняв бровь. – Если ты пытаешься найти здесь скрытые врата ранга S, то спешу тебя разочаровать: даже мои тени здесь ничего не обнаружили.

Я сглотнул. Быть сыном самого сильного человека на планете — это не только привилегия, но и постоянная игра в «попробуй обмани телепата». Хотя отец не читал мысли в прямом смысле слова, его интуиция была за гранью человеческого понимания.

– Просто... председатель Го Ган Хи упоминал о странных колебаниях маны в подвальных помещениях, – соврал я, глядя куда-то в сторону его плеча. – Я подумал, что нам, как представителям семьи Сон, стоит проявить бдительность.

Отец посмотрел на наручные часы. Дорогие, строгие, подарок мамы на их десятилетие свадьбы.

– Половина шестого, – констатировал он. – Сухо, обычно в это время ты уже мчишься домой, чтобы успеть на тренировку с Игритом или поиграть с Миджун. Почему сегодня ты так жаждешь исследовать пустые бетонные стены Ассоциации?

– Просто тяга к знаниям, пап! – я выдавил улыбку. – И вообще, когда еще мне выпадет шанс провести столько времени с «Великим Теневым Монархом» без присмотра мамы?

Отец усмехнулся. Эта редкая, теплая улыбка всегда делала его лицо моложе, стирая суровость 10-го S-ранга.

– Ладно, «исследователь». Давай проверим еще и архив, раз уж мы здесь. Но в шесть мы уходим. Твоя мать не любит, когда ужин остывает.

Я мысленно выдохнул. «В шесть мы уходим» — это идеально. Дома уже вовсю кипела работа. Утром мама буквально выставила нас за порог, шепнув мне на ухо: «Задержи его как можно дольше, Сухо. Праздник должен быть идеальным».

Мама, Окумура Юми, была единственным человеком, перед которым Теневой Монарх капитулировал без боя. Она решила устроить масштабный праздник в честь отца — не как героя нации, а как главы семьи, мужа и отца. Мина, Юки и даже маленькая Миджун были мобилизованы на подготовку.

Пока мы с отцом медленно брели по архиву, я представлял, что сейчас происходит дома.

Наверняка Мина, наша старшая сестра, сейчас руководит расстановкой украшений. Несмотря на свои восемнадцать, она сохранила ту искреннюю нежность к отцу, которая появилась у неё еще в детстве. Она всегда была его любимицей, его «первым чудом», и я знал, что она лично готовит для него какой-то особенный подарок — скорее всего, картину, ведь её талант художника признавали даже в Ассоциации искусств.

Юки, мой брат-близнец с небесно-голубыми глазами, скорее всего, воюет с кухонной техникой под строгим надзором мамы. Юки всегда тянулся к готовке, утверждая, что создание идеального соуса — это такая же точная наука, как расчет траектории магического удара.

А Миджун... нашей пятилетней сестренке наверняка поручили самое ответственное задание: не путаться под ногами и надувать шарики. Хотя, зная её пробуждающуюся ману, шарики, скорее всего, уже летают под потолком сами по себе, светясь фиолетовым светом.

– Сухо, ты снова витаешь в облаках, – голос отца выдернул меня из мыслей. – Мы в архиве секретных материалов, а ты улыбаешься так, будто выиграл в лотерею.

– А? Нет, я просто... вспомнил одну шутку Юки, – быстро нашелся я.

– Понятно. Пойдем, здесь всё чисто.

Мы вышли из здания Ассоциации. Вечерний Сеул встречал нас шумом машин и неоновыми огнями. Отец вдохнул прохладный воздух, и его плечи немного расслабились.

– Знаешь, Сухо, иногда мне кажется, что вы с братом слишком быстро растете, – вдруг сказал он, когда мы садились в машину. – Еще вчера я менял вам пеленки, пока мама отдыхала, а сегодня вы уже спорите со мной о тактике зачистки подземелий.

– Это естественный процесс, пап. Скоро мы станем сильнее тебя, – поддразнил я его.

– Мечтай, – коротко бросил он, но в его серых глазах промелькнула гордость.

Дорога до дома обычно занимала минут двадцать, но я молил всех богов и даже систему Теневого Монарха, чтобы пробки сегодня были побольше.

– Пап, а давай заедем за пончиками? Малышка Миджун их обожает, – предложил я, видя, что мы едем слишком быстро.

– Сухо, у нас дома полный холодильник еды, – отец подозрительно прищурился. – Ты ведешь себя странно весь день. Сначала Ассоциация, теперь пончики. Ты что-то натворил в школе? Или Юки снова пытался вызвать теневого питомца в спортзале?

– Нет! Ничего такого! Просто... захотелось сладкого.

– Мы едем домой, – отрезал отец, поворачивая руль. – У меня странное предчувствие. Слишком тихо в эфире. Мои тени дома ведут себя подозрительно молчаливо.

Я похолодел. Отец всегда чувствовал своих подчиненных. Если Игрит или Бер проговорились через ментальную связь...

– Может, они просто спят? – ляпнул я.

– Тени не спят, Сухо.

Когда наш внедорожник заехал во двор особняка, сердце у меня забилось как сумасшедшее. Окна дома были темными, что было совсем нетипично для вечера выходного дня.

Отец заглушил мотор. Его лицо мгновенно стало сосредоточенным, мана вокруг него начала едва заметно вибрировать.

– Оставайся в машине, – приказал он тоном, не терпящим возражений.

– Пап, подожди!

Но он уже вышел. Я выскочил следом, стараясь не отставать. Отец медленно подошел к массивной входной двери. Он не чувствовал угрозы — его мана не была агрессивной, скорее, он был в полном недоумении.

Он толкнул дверь. В прихожей было тихо и темно.

– Юми? Мина? – позвал он, делая шаг внутрь.

В ту же секунду вспыхнул свет. Яркие огни залили гостиную, и сотни разноцветных конфетти посыпались с потолка.

– СЮРПРИЗ! – оглушительный крик четырех голосов заставил даже великого Монарха на мгновение отпрянуть.

– Папочка! – Миджун первая бросилась к нему, обхватывая его ноги своими крошечными ручками.

Отец застыл. Его серые глаза, обычно холодные и расчетливые, сейчас широко распахнулись от изумления. Он смотрел на гостиную, которая была преображена до неузнаваемости. Повсюду висели плакаты, нарисованные Миной: «Нашему самому сильному папе», «Лучшему мужу в мире». Юки стоял у стола, накрытого так, будто мы ждали делегацию из другого мира, а в центре возвышался огромный торт с фигуркой отца и всех нас.

Мама вышла вперед. На ней было то самое платье, которое отец подарил ей на годовщину — небесно-голубое, под цвет её глаз. Она улыбалась той самой улыбкой, которая когда-то растопила лед в сердце Теневого Монарха.

– С праздником, Джинву, – тихо сказала она, подходя к нему. – Мы решили, что тебе слишком редко говорят «спасибо» просто за то, что ты у нас есть. Не за спасение мира, а за то, что ты возвращаешься домой каждый вечер.

Отец медленно перевел взгляд с мамы на нас — Мину, Юки и меня. Я стоял у двери, довольно ухмыляясь.

– Так вот почему ты таскал меня по подвалам Ассоциации, – произнес он, глядя на меня. – Сговор.

– Виновен по всем статьям, – я поднял руки вверх.

Отец глубоко вздохнул и вдруг рассмеялся. Это был искренний, громкий смех человека, с которого только что сняли огромный груз. Он подхватил Миджун на руки и притянул маму к себе.

– Вы невозможны, – прошептал он, утыкаясь лицом в волосы мамы. – Я ведь действительно подумал, что в подвале Ассоциации завелся мана-паразит.

– Единственный паразит здесь — это твоя привычка работать допоздна, – съязвила Мина, подходя и обнимая их обоих. – Садись за стол, папа. Юки три часа мучил соус, если ты его не попробуешь, он уйдет в добровольное изгнание в мир теней.

– Я всё слышу! – крикнул Юки с кухни, неся горячее блюдо. – И соус идеален!

Мы уселись за стол. Это был странный, но невероятно теплый вечер. Теневой Монарх, человек, чье имя заставляло дрожать королей и монстров, сейчас сидел во главе стола, а на его голове красовался бумажный колпак, который на него нацепила Миджун.

– Папа, а расскажи, как ты встретил маму в парке? – попросила Миджун, уплетая торт. – Мама говорит, ты был очень грустный и мокрый.

– Я был не просто грустный, малышка, – отец посмотрел на маму, и в его взгляде было столько любви, что мне стало даже немного неловко. – Я был потерян. А потом твоя мама решила, что мне обязательно нужен зонт.

– И она спасла тебя от дождя? – Миджун широко открыла глаза.

– Она спасла меня от самого себя, – серьезно ответил отец.

Вечер продолжался. Мы дарили подарки. Мина вручила ему картину: мы все вместе на фоне нашего дома, а за нашими спинами, в легкой дымке, виднелись силуэты Игрита, Бера и Беллиона. Это было символично — наша семья под защитой его теней.

Юки подарил набор редких специй и пообещал готовить ужин всю следующую неделю. А я... я вручил ему старую, отреставрированную фотографию его родителей, которую нашел в архивах.

– Спасибо, Сухо, – отец долго смотрел на фото, и я видел, как его пальцы слегка дрогнули. – Это дорогого стоит.

Ближе к полуночи, когда Миджун уже уснула на диване, а Мина с Юки убирали со стола, отец вышел на балкон. Я последовал за ним.

Ночной воздух был тихим. Сеул мерцал вдали миллионами огней.

– Знаешь, Сухо, – начал он, не оборачиваясь. – Когда я был охотником ранга E, я мечтал только об одном — выжить и заработать денег на лечение матери. Я никогда не думал, что у меня будет... всё это.

Он обвел рукой дом.

– Ты это заслужил, пап.

– Сила Монарха — это одиночество, – продолжал он. – Так мне говорили. Но твоя мать доказала, что это ложь. Сила — это то, что позволяет тебе создать такой мир для тех, кого ты любишь.

Он повернулся ко мне и положил руку на плечо.

– Сегодня ты хорошо справился. Из тебя получится отличный охотник. Но обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Никогда не забывай дорогу домой. Какие бы врата перед тобой ни открылись, помни, что здесь тебя всегда ждут.

– Обещаю, пап.

Из гостиной послышался голос мамы:

– Джинву! Сухо! Хватит стоять на холоде, идите пить чай!

Отец улыбнулся — на этот раз совсем по-домашнему.

– Идем, а то мама решит, что мы снова замышляем что-то секретное.

Мы вошли в дом, где пахло корицей, ванилью и счастьем. И в этот момент я понял: Теневой Монарх может быть правителем смерти, но в этом доме он был просто папой. И это была самая высшая степень, которую он когда-либо достигал.

Когда я ложился спать, я видел, как в саду мелькнула тень Игрита. Верный рыцарь стоял на страже нашего покоя. Но сегодня его помощь не требовалась — тепло этого дома было лучшей защитой от любой тьмы.

Праздник удался. И глядя на спящего отца, который впервые за долгое время выглядел абсолютно умиротворенным, я знал, что мы сделали всё правильно. Ведь даже королям теней иногда нужно просто почувствовать, что их любят не за их силу, а за то, что они просто есть.