Предсказаная любовь
Шепот старой вишни и искры на льду
Весенний воздух в кампусе был пропитан ароматом цветущих деревьев и предвкушением скорых экзаменов, но для Вонхо мир сузился до одной-единственной точки — хрупкой фигурки Мики, которая теперь всё чаще появлялась рядом с ним. После того откровенного разговора на крыше между ними возникла невидимая, но прочная связь. Вонхо стал для неё своеобразным «щитом» от переизбытка информации, которую нёс её дар, а Мики для него — тихой гаванью, где не нужно было играть роль сильного атлета.
Однако субботний поход в парк аттракционов, на котором так настаивала Сомин, обещал стать настоящим испытанием.
– Ты уверен, что это хорошая идея? – Мики стояла у ворот парка, нервно поправляя рукава своей легкой кофты. Несмотря на теплую погоду, она предпочла закрытую одежду. – Здесь так много людей. Я боюсь, что если кто-то случайно толкнет меня...
Вонхо мягко, но решительно взял её за руку. Он уже знал, что его прикосновение блокирует её видения, создавая вокруг них зону тишины.
– Я рядом, – он улыбнулся, и его глаза превратились в узкие щелочки-полумесяцы. – Просто держись за меня. Если почувствуешь, что «шум» становится слишком громким, просто сожми мою ладонь, и мы уйдем. Обещаю.
– Эй, голубки! Хватит стоять на проходе! – Минхёк, обвешанный сахарной ватой и какими-то светящимися рожками, подлетел к ним, сияя ярче весеннего солнца. – Чжухон уже нашел самый крутой аттракцион, где всех переворачивают вверх тормашками. Идемте скорее!
Мики невольно улыбнулась. Жизнерадостность друзей Вонхо была заразительной. Шону, как всегда, шел чуть позади, следя за тем, чтобы Чангюн не потерялся в толпе, а Кихён и Хёнвон спорили о том, стоит ли тратить деньги на тир, если «всё равно все призы — это дешевые плюшевые медведи».
День пролетел как в тумане из смеха, криков восторга и запаха попкорна. Вонхо практически не отпускал руку Мики. Ему нравилось это ощущение — быть её опорой. Он чувствовал себя сильнее, чем когда-либо на тренировках.
Когда они подошли к огромному колесу обозрения, солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая небо в невероятные фиолетовые и золотистые тона.
– Давайте разделимся, – предложила Сомин, хитро подмигнув остальным. – В кабинку помещается только двое или четверо, если тесно. Мы с Минхёком, Шону и Кихёном пойдем в первую, а вы, ребята, распределяйтесь сами.
Чангюн, Чжухон и Хёнвон быстро заняли вторую кабинку, оставив Вонхо и Мики вдвоем.
Когда их кабинка медленно поплыла вверх, шум парка внизу начал затихать. Мики прильнула к стеклу, восторженно рассматривая огни Сеула, которые зажигались один за другим.
– Это так красиво, – прошептала она. – С высоты всё кажется таким... упорядоченным. Никаких лишних касаний, никаких видений. Просто свет.
Вонхо сел рядом с ней, чувствуя, как кабинка слегка качнулась.
– Мики, – он позвал её, и она обернулась. – Я много думал о том, что ты сказала на крыше. О том, что со мной ты ничего не видишь.
– Это правда, – она кивнула, присаживаясь напротив него. – Это как будто... когда я с тобой, будущее перестает быть сценарием, который я уже прочитала. Оно становится чистым листом. Это пугает, но в то же время это самое прекрасное чувство в мире.
Вонхо накрыл её руку своей.
– Я хочу, чтобы этот лист заполняли мы вместе. Не гадалки, не твои видения, а мы сами.
Мики посмотрела в его глаза, и в этот момент кабинка достигла самой верхней точки. Колесо на мгновение замерло для технической пересменки внизу. Тишина стала абсолютной.
– Вонхо... – Мики запнулась. – Я видела тот момент на мосту. Со снегом. Я знаю, что мы будем вместе. Но я боюсь, что если я буду знать каждый наш шаг, я испорчу всё очарование.
– Тогда не смотри, – он подался вперед, сокращая расстояние между их лицами. – Даже если ты что-то увидишь — не говори мне. Пусть для меня это будет сюрпризом. А я буду стараться удивлять тебя так часто, чтобы твои видения просто не успевали за реальностью.
Мики почувствовала, как по её телу пробежала дрожь, но на этот раз это не был «электрический разряд» её дара. Это было нечто человеческое, теплое и пугающе приятное.
– Я попробую, – прошептала она.
Их губы встретились в первом, робком поцелуе. В этот миг Мики действительно ничего не видела. Никаких вспышек будущего, никаких теней прошлого. Был только вкус мятной жвачки Вонхо, тепло его дыхания и бешеный стук сердца, который, казалось, принадлежал им обоим.
Когда они спустились на землю, друзья уже ждали их с загадочными улыбками.
– Ну что, как вид сверху? – подначил Чангюн, поправляя наушники.
– Потрясающий, – ответил Вонхо, и по его сияющему лицу всем стало ясно, что он имеет в виду вовсе не панораму города.
Однако идиллия была нарушена неожиданным звонком. Вонхо достал телефон и нахмурился.
– Это Мини? – спросил Кихён, заметив, как изменилось выражение лица друга.
– Она просит встретиться, – Вонхо вздохнул, убирая телефон в карман. – Говорит, что совершила ошибку и хочет поговорить.
Атмосфера мгновенно изменилась. Друзья переглянулись. Сомин уже открыла рот, чтобы выдать тираду о том, что «бывшие должны оставаться в прошлом», но Мики вдруг сделала шаг вперед.
Она невольно коснулась рукава Вонхо, и на долю секунды её глаза затуманились.
– Тебе нужно пойти, – тихо сказала она.
Вонхо удивленно посмотрел на неё.
– Что? Мики, я не хочу с ней видеться. Для меня всё кончено.
– Я знаю, – она сжала его ладонь. – Но если ты не пойдешь, эта нить не оборвется. Тебе нужно закрыть эту дверь самому, чтобы она больше не хлопала на ветру.
Вонхо внимательно всмотрелся в её лицо.
– Ты что-то увидела?
Мики покачала головой, хотя в её сознании всё еще стоял образ: Вонхо стоит напротив плачущей Мини, и в его руках нет ничего, кроме вежливого безразличия.
– Я увидела, что ты сильный, – ответила она. – И что ты вернешься ко мне.
– Ладно, – Вонхо кивнул друзьям. – Я быстро. Подождите меня в кафе у выхода.
Он ушел, а компания направилась к выходу из парка. Мики шла молча, погруженная в свои мысли. Она знала, что Мини будет умолять его вернуться, будет использовать их общие воспоминания как оружие. Но она также знала, что сердце Вонхо больше не принадлежит той девушке.
– Ты в порядке? – Шону притормозил, поравнявшись с ней. – Вонхо дурак, если даст ей хоть один шанс. Но он верный. Иногда чересчур.
– Он не вернется к ней, – уверенно ответила Мики. – Я просто... я впервые использовала то, что вижу, чтобы подтолкнуть его к решению. Это правильно?
Шону посмотрел на ночное небо.
– Если это поможет ему освободиться — то да. Знание не всегда проклятие, Мики. Иногда это просто инструмент.
Через сорок минут Вонхо появился в дверях кафе. Он выглядел уставшим, но спокойным. Он подошел прямо к Мики и, не обращая внимания на любопытные взгляды друзей, обнял её, уткнувшись лбом в её плечо.
– Всё кончено? – спросил Минхёк, подавая другу стакан ледяного американо.
– Окончательно, – Вонхо поднял голову. – Я сказал ей, что благодарен за прошлое, но моё настоящее и будущее теперь связаны с другим человеком. Она плакала, но, кажется, поняла.
Он посмотрел на Мики.
– Спасибо, что заставила меня пойти. Ты была права. Мне нужно было это услышать и произнести вслух.
Мики улыбнулась, чувствуя, как тяжесть последних дней окончательно спадает с её плеч.
Неделю спустя в университете начались отборочные соревнования по легкой атлетике. Весь спортивный факультет был на взводе. Вонхо предстояло бежать дистанцию 400 метров — его коронный номер.
Мики сидела на трибунах вместе с Сомин и остальными ребятами. Она была в кепке и солнечных очках, стараясь не привлекать внимания, но её сердце колотилось так, будто это она должна была сейчас выйти на дорожку.
– Смотрите, наш чемпион выходит! – закричал Чжухон, вскакивая с места.
Вонхо вышел на старт. Он выглядел сосредоточенным, его мышцы перекатывались под кожей, когда он делал разминку. Перед тем как встать в колодки, он поднял взгляд на трибуны. Он не знал точно, где сидит Мики, но он посмотрел именно в ту сторону и коротко кивнул.
– Он победит, – прошептала Мики.
– Ну, это мы и так надеемся, – хмыкнула Сомин. – Но соперники в этом году сильные. Смотри, вон тот парень из национального резерва...
– Нет, – Мики улыбнулась, снимая очки. – Я просто знаю.
Прозвучал стартовый выстрел. Вонхо сорвался с места как пуля. Первые сто метров он шел вровень с лидерами, но на повороте начал ускоряться. Его движения были мощными и грациозными одновременно. Мики смотрела на него и видела не просто бегуна. Она видела человека, который преодолел свою боль и нашел новый смысл.
На финишной прямой Вонхо вырвался вперед на целых три метра. Когда он пересек ленту, стадион взорвался криками.
– Да-а-а! – Минхёк и Чжухон начали обниматься, едва не свалившись с трибуны.
Мики стояла, прижав руки к лицу. Она видела, как Вонхо, тяжело дыша, согнулся, упираясь руками в колени, а затем выпрямился и снова посмотрел на них.
Вечером они праздновали победу в маленьком ресторанчике традиционной кухни. Вонхо сидел во главе стола, его золотая медаль лежала рядом с тарелкой.
– Знаешь, – сказал он Мики, когда друзья отвлеклись на очередную порцию жареного мяса. – В середине дистанции, когда легкие начало жечь, я вспомнил твои слова. О том, что ты видела мою победу. И я подумал: «Я не могу подвести её видение».
– Значит, мой дар всё-таки на что-то годен? – подмигнула она.
– Он годен для того, чтобы я чувствовал себя самым удачливым парнем в мире, – Вонхо взял её за руку под столом. – Но знаешь, что самое странное?
– Что?
– Сегодня, когда я стоял на пьедестале, я на секунду представил наше будущее. Без всяких экстрасенсорных штук. Просто представил, как мы гуляем в Киото, когда сакура цветет. И мне не нужно было касаться тебя, чтобы понять — это сбудется.
Мики почувствовала, как тепло разливается по её венам.
– Это называется «мечты», Вонхо. И они сбываются гораздо чаще, чем предсказания гадалок.
Лето приближалось к кампусу, принося с собой жару и новые вызовы. Но для Вонхо и Мики это было время открытий. Они учились доверять друг другу, учились справляться с «шумом» внешнего мира и ценить тишину, которую они создавали вдвоем.
Мики постепенно начала открываться друзьям Вонхо. Она больше не боялась случайных прикосновений Минхёка, когда тот в порыве радости хлопал её по плечу, потому что знала — рядом есть Вонхо, который всегда поможет «заземлиться».
Однажды вечером, когда они гуляли по парку у реки Хан, Мики вдруг остановилась.
– Вонхо, я должна тебе кое-что сказать.
Он обернулся, встревоженный её серьезным тоном.
– Что-то случилось? Ты что-то увидела?
– Нет, – она улыбнулась, и в лунном свете её лицо казалось почти прозрачным. – В том-то и дело. Последние несколько дней я почти ничего не вижу. Даже когда я не касаюсь тебя. Мой дар... он как будто затихает.
Вонхо подошел ближе, заглядывая ей в глаза.
– Это плохо? Ты расстроена?
– Нет, – Мики покачала головой, и пара слезинок скатилась по её щекам. – Я счастлива. Я наконец-то живу в «сегодня». Я не знаю, что будет завтра, и мне... мне это нравится. Я хочу просыпаться и удивляться каждому дню вместе с тобой.
Вонхо обнял её, прижимая к себе так крепко, как только мог.
– Тогда давай пообещаем друг другу, – прошептал он ей в волосы. – Никаких предсказаний. Никаких подглядываний в конец книги. Только мы, здесь и сейчас.
– Обещаю, – ответила она.
Над рекой Хан расцветали первые летние звезды. Будущее больше не было для Мики набором статичных картинок. Оно стало дорогой, которая уходила за горизонт, и впервые в жизни она не хотела знать, что ждет её за следующим поворотом. Ей было достаточно того, что она идет по этой дороге не одна.
А где-то в старом корпусе университета гадалка в тюрбане раскладывала карты для нового клиента, даже не подозревая, что её случайное предсказание стало началом истории, которую не смогла бы предвидеть ни одна колода Таро. Истории о том, как атлет с разбитым сердцем и девушка, видевшая будущее, нашли друг друга в хаосе настоящего и создали свою собственную судьбу — без магии, но с огромной любовью.
– Пойдем? – Вонхо отстранился, протягивая ей руку. – Ребята ждут нас в караоке. Чжухон обещал спеть твою любимую японскую песню.
– О боже, это будет катастрофа, – засмеялась Мики, вкладывая свою ладонь в его.
– Зато какая веселая катастрофа!
Они пошли прочь от берега, их тени переплетались на асфальте, а впереди была целая жизнь — непредсказуемая, яркая и абсолютно прекрасная в своей неизвестности. И Мики знала, что даже если её дар когда-нибудь вернется, он больше никогда не сможет напугать её. Ведь теперь она знала главную истину: будущее создается не видениями, а теплом рук тех, кто идет рядом с тобой.