← Назад к обзору

Необычная судьба

Разлом в сердце реальности

Университет искусств, обычно наполненный звуками скрипок, ритмичными ударами танцевальных кроссовок и гулом голосов, сегодня затих. Но это была не та благостная тишина, которая предшествует вдохновению. Это была тишина перед грозой — тяжелая, липкая, пахнущая озоном и жженой бумагой.

Кан Ёсан первым почувствовал неладное. Он сидел в дальней части библиотеки, пытаясь сосредоточиться на эскизах костюмов, когда его родимые пятнышки у глаз пронзила такая острая боль, что он выронил карандаш.

– Сонхва-хён... – прошептал он, хватаясь за край стола.

Пак Сонхва, сидевший напротив и увлеченно перебиравший детали новой коллекционной фигурки, поднял голову. Его розовые волосы, обычно мягко лежащие на лбу, вдруг начали едва заметно шевелиться, словно от статического электричества.

– Я чувствую, Ёсан-а, – Сонхва побледнел, его серебряный браслет на запястье начал вибрировать, издавая тонкий, почти ультразвуковой звон. – Где остальные?

– Уён в танцевальном зале на цокольном этаже, – отозвался Юнхо, поднимаясь из-за соседнего стеллажа. Его лицо было мертвенно-серым. – Я только что пытался ему позвонить, но связь пропала. Совсем.

В этот момент здание содрогнулось. Это не было землетрясением — пол под ногами не просто дрожал, он словно стал жидким. Стены библиотеки пошли мелкой рябью, а книги на полках начали светиться ядовито-зеленым светом.

– Магия... – выдохнул Ёсан, с трудом поднимаясь на ноги. – Она вернулась. И она... она в ярости.

На другом конце огромного университетского кампуса, в подвальной студии звукозаписи, Ким Хонджун резко сорвал наушники.

– Минги, выключай пульт! Живо! – крикнул он, перекрывая внезапно возникший гул, похожий на рев реактивного двигателя.

Минги, чей блонд ярко выделялся в полумраке студии, в ужасе отпрянул от аппаратуры. Из динамиков вместо музыки посыпались искры, а кабели на полу начали извиваться, как черные змеи.

– Хён, что происходит?! – Минги вжался в стену, его голос сорвался на хрип. – Я боюсь, тут... тут повсюду тени!

– Спокойно! – Хонджун схватил его за плечо, его татуировка на лодыжке горела так сильно, что кожа вокруг покраснела. – Чонхо, Сан, к выходу!

Чхве Чонхо, который до этого момента невозмутимо читал книгу в углу, мгновенно вскочил. Его суровый вид стал еще более жестким, а кулаки сжались до белизны в костяшках. Сан, стоявший у двери, попытался ее открыть, но ручка была раскалена докрасна.

– Заблокировано, – коротко бросил Сан, его лисьи глаза сузились. – Магия запечатывает здание. Хонджун-хён, мы в ловушке.

– Нет, – Хонджун огляделся, его взгляд метался по комнате, пока не остановился на вентиляционном люке. – Мы не в ловушке, мы в эпицентре. Нам нужно найти остальных. Я чувствую Сонхва... он где-то очень далеко, и ему страшно.

– Мы на разных полюсах, – Чонхо подошел к двери и, не обращая внимания на жар, ударил по ней плечом. – Здание искажается. Пространство между нами теперь — не просто коридоры, это лабиринт.

В библиотеке ситуация становилась критической. Воздух стал настолько плотным, что каждый вдох давался с трудом. Юнхо, используя свой рост, пытался разбить окно, но стекло превратилось в непроницаемый слой черного обсидиана.

– Нам нужно спускаться вниз, – Юнхо обхватил Ёсана за плечи, чувствуя, как того бьет крупная дрожь. – Магия идет сверху, с крыши. Если мы останемся здесь, нас просто раздавит давлением.

– А как же Уён? – Сонхва схватил свою сумку, в которой лежали его немногие ценности. – Он один в подвале!

– Мы найдем его, – пообещал Ёсан, его голос звучал глухо. – Я чувствую нить. Она тянется через весь кампус. Но Хонджун и остальные... они тоже где-то там.

Они выбежали в коридор, но то, что они увидели, не имело ничего общего с привычным университетом. Стены медленно плавились, стекая на пол разноцветными потеками. Гравитация работала с перебоями: в некоторых местах обрывки плакатов и забытые кем-то кроссовки медленно парили под потолком.

– Не смотри вниз, хён! – крикнул Юнхо Сонхва, который замер перед провалом в полу, где вместо ступенек зияла бездонная фиолетовая пустота.

– Я... я не могу, – Сонхва зажмурился, его ноги подкосились. Высота всегда была его врагом, но такая высота — магическая, бесконечная — парализовала его волю.

– Сонхва-хён, слушай мой голос! – Ёсан взял его за руку, его ладонь была неожиданно холодной. – Хонджун ждет нас. Ты ведь чувствуешь его? Он злится, он чертовски злится, что не может до тебя добраться. Ты же не хочешь, чтобы он разнес весь подвал в поисках тебя?

Сонхва глубоко вдохнул, сжимая руку Ёсана так сильно, что костяшки побелели.

– Ты прав. Пошли. Мы должны найти их.

Тем временем Хонджун и его компания пробивались сквозь искаженные коридоры подвала. Здесь магия была другой — она не плавила стены, а превращала их в лабиринт из острых, как бритва, кристаллов.

– Минги, не отставай! – Сан практически тащил блондина на себе, так как тот от ужаса едва передвигал ноги. – Чонхо, слева!

Чонхо среагировал мгновенно. Огромный кристалл, выросший прямо из стены, преградил им путь, но младший Чхве, не раздумывая, ударил по нему кулаком. Раздался оглушительный звон, и кристалл рассыпался на тысячи мелких искр.

– Мои руки... – Чонхо посмотрел на свои ладони, которые теперь светились золотистым светом. – Я не просто ломаю их. Я поглощаю эту энергию.

– Используй это, – Хонджун остановился у развилки. – Нам нужно в центральный холл. Там сходятся все потоки. Если Сонхва и ребята вышли из библиотеки, они направятся именно туда.

– А если нет? – Минги поднял голову, его глаза были полны слез. – Если они застряли на верхних этажах? Здание рушится, хён!

– Они не застряли, – Хонджун прикрыл глаза, концентрируясь на покалывании в татуировках. – Юнхо слишком умен, чтобы оставаться наверху. А Ёсан... Ёсан видит этот мир иначе. Они идут к нам.

Путь к центральному холлу превратился в кошмар наяву. Компания Сонхва столкнулась с тем, что пространство начало сжиматься. Коридор, который обычно занимал тридцать секунд ходьбы, растянулся на километры, а затем внезапно сократился до нескольких шагов.

– Уён! – закричал Юнхо, когда они наконец добрались до лестницы, ведущей в танцевальный зал.

Двери зала были вырваны с корнем. Внутри, в центре огромного зеркального помещения, стоял Уён. Он танцевал. Но это был не танец — это была борьба. Вокруг него кружились вихри магической пыли, и он повторял движения, которые они учили в тот вечер в актовом зале.

– Уён-а, остановись! – Сонхва бросился к нему, но его отбросило невидимым щитом.

– Я не могу! – Уён обернулся, его лицо было мокрым от пота, один глаз светился ярче другого. – Если я остановлюсь, вихрь схлопнется и разнесет зал! Я держу его ритмом!

– Мы поможем! – Ёсан встал рядом с Сонхва и Юнхо. – Встаньте в круг, как тогда! Нам не нужны те четверо, чтобы создать баланс, мы можем удержать его сами, пока не дойдем до них!

Они взялись за руки. Трое друзей и один танцующий в центре Уён. Их энергия, светлая и упорядоченная, начала усмирять бушующий вихрь. Постепенно пыль осела, и Уён, обессиленный, упал на руки Юнхо.

– Ты как, шумный? – Юнхо вытер пот с его лба.

– Сан... – прохрипел Уён. – Я чувствовал Сана. Он где-то совсем близко. За той стеной.

Стена, на которую он указывал, была покрыта слоем инея, хотя в помещении было невыносимо жарко.

– Хонджун! – закричал Сонхва, прижимаясь к ледяной поверхности. – Ты слышишь меня?!

С той стороны раздался приглушенный удар, а затем голос, который заставил сердце Сонхва пропустить удар.

– Сонхва? Отойдите от стены! Живо!

Через секунду стена взорвалась. Не осколками камня, а снопом золотых искр. В образовавшемся проломе стоял Чонхо, его рубашка была разорвана на плече, а глаза горели решимостью. За ним показались остальные.

Хонджун буквально вылетел из пролома и в два шага преодолел расстояние до Сонхва, сгребая его в охапку.

– Ты цел? Ты не ранен? – Хонджун лихорадочно осматривал его лицо, игнорируя всё вокруг.

– Я в порядке, Капитан, – Сонхва уткнулся носом в его плечо, вдыхая запах кожи и табака, который теперь казался самым лучшим ароматом в мире. – Ты пришел.

Сан тем временем уже был рядом с Уёном.

– Танцор диско, ты решил устроить шоу без меня? – Сан попытался пошутить, но его голос дрожал. Он осторожно коснулся щеки Уёна. – Больше никогда не уходи так далеко.

– Я просто тренировался, лис, – Уён слабо улыбнулся, хватаясь за его руку. – Знал, что ты придешь на шум.

Минги и Юнхо стояли рядом, не зная, что сказать. Минги всё еще мелко дрожал, и Юнхо, не говоря ни слова, просто обнял его, позволяя блондину спрятать лицо у себя на груди.

– Всё закончилось? – спросил Минги в плечо Юнхо.

– Нет, – Ёсан подошел к Чонхо, который тяжело дышал после разрушения стены. – Это только начало. Магия не уходит. Она просто ждет, что мы будем делать дальше.

Они стояли ввосьмером посреди полуразрушенного танцевального зала. Зеркала вокруг них были покрыты трещинами, и в каждом осколке отражалась их новая реальность. Они больше не были двумя враждующими компаниями. Они были единым организмом, который только что прошел через ад, чтобы воссоединиться.

– Нам нужно выбраться из здания, – Хонджун отстранился от Сонхва, но продолжал держать его за руку. – Пока оно окончательно не трансформировалось во что-то... другое.

– Выход в главном холле перекрыт кристаллами, – сказал Чонхо. – Я могу пробить путь, но мне нужна поддержка. Моей силы не хватит надолго.

– Мы дадим тебе силу, – Ёсан протянул руку. – Все мы.

Они двинулись к выходу. Университет вокруг них продолжал меняться. Коридоры теперь напоминали внутренности какого-то гигантского живого существа: стены пульсировали, а потолок то опускался, то поднимался, словно здание дышало.

Когда они достигли главного холла, перед ними выросла стена из черного обсидиана, преграждающая путь к массивным дубовым дверям выхода.

– Это сердце разлома, – прошептал Ёсан. – Если мы пробьем это, магия схлопнется.

– Тогда сделаем это вместе, – Хонджун встал в центр. – Чонхо, бей. Мы за тобой.

Они встали в ряд, положив руки на плечи друг другу. Юнхо держал Минги, Минги — Уёна, Уён — Сана, Сан — Хонджуна, Хонджун — Сонхва, Сонхва — Ёсана, а Ёсан положил свободную руку на спину Чонхо.

Энергия потекла по их телам, как электрический ток. Это было больно, это было почти невыносимо, но это было правильно. Синий свет Хонджуна смешивался с розовым сиянием Сонхва, фиолетовые искры Сана и Уёна переплетались с золотым блеском Чхве и спокойным белым светом Юнхо и Ёсана.

Чонхо закричал, вкладывая всю общую мощь в один единственный удар.

Раздался звук, похожий на звон разбитого неба. Обсидиановая стена разлетелась в пыль, и в пролом ворвался свежий ночной воздух и свет уличных фонарей.

Они вывалились на траву перед университетом, тяжело дыша и не веря, что всё закончилось. Здание за их спинами на мгновение вспыхнуло всеми цветами радуги, а затем затихло, принимая свой обычный, будничный вид. Только выбитые окна и трещины на фасаде напоминали о том, что произошло.

– Мы... мы живы, – Уён растянулся на траве, глядя на звезды.

– И мы всё еще вместе, – добавил Сан, укладываясь рядом.

Сонхва сидел на земле, прислонившись к Хонджуну. Его розовые волосы были в пыли, но он улыбался.

– Ты знаешь, Хонджун... я всё еще ненавижу горькое. Но эта ночь была самой горькой в моей жизни, и я бы не променял ее ни на что другое.

Хонджун рассмеялся, целуя его в макушку.

– Ты невыносим, Пак Сонхва.

Ёсан и Чонхо стояли чуть поодаль, глядя на свои руки, которые всё еще слабо светились.

– Ты спас нас, Чонхо-я, – тихо сказал Ёсан.

– Мы спасли друг друга, – поправил его младший. – И, кажется, мне придется привыкнуть к тому, что ты постоянно будешь рядом, чтобы напоминать мне об этом.

– Привыкай, – Ёсан взял его за руку, и на этот раз Чонхо не вздрогнул. – У нас впереди еще много «обычных» дней в этом магическом мире.

Город спал, не подозревая, что сегодня ночью восемь парней удержали реальность от распада. Магия снова спряталась — в их смехе, в их усталых глазах и в крепко сжатых ладонях. Они нашли друг друга в хаосе, и теперь никакой разлом не мог их разлучить.