Наследник монарха
Отец и Сын: Проклятие исполинской тени
Прошел год. Год, который изменил всё. Если раньше я смотрел на Юки как на ребенка, которого нужно защищать от жестокости этого мира, то теперь я видел в нем равного. Мой сын вырос. Его рост в сто восемьдесят шесть сантиметров, широкие плечи и идеально атлетичное, не перекачанное телосложение делали его похожим на античную статую, если бы античные статуи умели убивать взглядом пурпурных глаз. Его красота стала еще более хищной, а татуировки на руках — те самые абстрактные линии, сдерживающие Бездну, — теперь казались частью его кожи, пульсируя в такт его дыханию.
Мы стояли посреди бескрайней ледяной пустыни внутри Врат S-ранга. Воздух здесь был настолько холодным, что обычный человек превратился бы в ледяную крошку за секунды. Но для нас это было лишь фоном. Вокруг валялись туши ледяных гигантов и разорванные в клочья тени древних монархов льда.
Юки сражался как бог. Его теневые щупальца, иссиня-черные и гибкие, прошивали врагов насквозь, пока он сам, вращая двумя клинками, вырезал сердцевины маны из боссов подземелья. Я наблюдал за ним со стороны, прислонившись к ледяной скале. Моя гордость за него мешалась с легким беспокойством — его сила Бездны росла слишком быстро, порой обгоняя его собственный контроль.
– Папа, это был последний! – выкрикнул Юки, вонзая клинки в землю и тяжело дыша.
Он обернулся ко мне, и на его лице расплылась та самая мальчишеская улыбка, которую он позволял видеть только мне. Несмотря на проколотые уши, татуировки и ауру смерти, в этот момент он снова был моим сыном.
– Хорошая работа, Юки. Твоя скорость увеличилась на...
Договорить я не успел. Пространство вокруг нас внезапно вздрогнуло. Это не было обычное землетрясение. Это был стон самой реальности, которая прогибалась под весом чего-то колоссального.
– ПАПАААААП! – Юки вдруг сорвался с места и в два прыжка преодолел расстояние до меня.
Прежде чем я успел спросить, что случилось, он буквально запрыгнул на меня, обхватив руками за шею и ногами за талию, словно маленький ребенок, испугавшийся грозы. Я пошатнулся от неожиданности — всё-таки восемьдесят с лишним килограммов тренированных мышц, приправленных маной Бездны, — это не шутки.
– Юки? Ты чего? – я попытался отстранить его, но он вцепился в мою куртку мертвой хваткой.
– Я... я нечаянно! – прохрипел он мне в плечо. – Я просто хотел призвать кого-то для разведки, ну, знаешь, маленького ворона или ящерицу... Я не знаю, как это исправить!
Он медленно разжал руки и, не слезая с меня (что выглядело крайне комично, учитывая его рост), указал пальцем куда-то за мою спину.
Я медленно обернулся.
Над ледяными пиками подземелья возвышалось *это*.
Оно было огромным. Нет, слово «огромное» не передавало и десятой доли масштаба. Существо высотой с небоскреб, покрытое черной, как сама Бездна, чешуей, которая поглощала свет. Его спинные гребни пульсировали ядовито-синим пламенем, а хвост одним ленивым движением снес целую горную гряду. Глаза существа, два пылающих пурпурных солнца, смотрели прямо на нас.
Это была Гадзилла. Точнее, её теневая проекция, созданная из чистой энергии Бездны Юки.
– Юки... – я медленно выдохнул, чувствуя, как у меня начинает дергаться глаз. – Ты призвал Короля Монстров?
– Я не хотел! – взвизгнул сын, еще сильнее сжимая объятия. – Я просто подумал о чем-то «большом и надежном», и Бездна... она просто выплюнула это! Папа, она не уходит обратно! Я командую ей «отмена», а она просто стоит и смотрит!
Теневой исполин издал рев. Звук был такой силы, что ледяной купол подземелья пошел трещинами. Тысячи моих теней, включая Игрита и Берита, непроизвольно высунулись из моей тени, замерли в поклоне, а затем так же быстро спрятались обратно. Даже они понимали, что с этой штукой спорить бесполезно.
– Слезай с меня, Юки, – сказал я максимально спокойным голосом. – Ты Монарх Бездны, тебе не подобает висеть на отце в присутствии... этого.
– Нет! Оно на меня смотрит! – Юки уткнулся лбом в мой затылок. – Оно ждет приказа, а я боюсь, что если прикажу ему «гулять», оно разнесет этот мир к чертям!
Я вздохнул и всё-таки силой отцепил сына от себя, поставив его на ноги. Юки выглядел сконфуженным: волосы растрепаны, щеки горят румянцем, а татуировки на руках хаотично мерцают. Он был выше меня на пару сантиметров, но сейчас казался совсем маленьким на фоне своего же призыва.
– Послушай, – я взял его за плечи, заставляя смотреть мне в глаза. – Твоя сила Бездны реагирует на подсознание. Ты почувствовал себя в безопасности рядом со мной, расслабился, и твое воображение сыграло с тобой шутку. Это существо — часть тебя. Оно не причинит тебе вреда.
– Но оно... оно огромное, пап! – Юки снова покосился на Гадзиллу, которая в этот момент решила принюхаться к облакам. – Как мне её спрятать? Она же не влезет в обычную тень!
– В Бездне нет понятия пространства, – напомнил я ему. – Закрой глаза. Перестань видеть в ней монстра. Увидь в ней просто сгусток своей маны. Как те щупальца, которыми ты так ловко управляешь.
Юки глубоко вздохнул, закрыл глаза и вытянул руку в сторону исполина. Его пальцы дрожали.
– Ну же, Юки. Ты — её хозяин. Не она твоя, а ты её.
Я видел, как абстрактные линии на его руках начали светиться ровным, глубоким фиолетовым светом. Воздух вокруг Юки стал плотным, тяжелым. Бездна внутри него начала откликаться на зов воли, а не страха.
Теневая Гадзилла снова взревела, но на этот раз в звуке не было угрозы. Она начала медленно осыпаться черным пеплом, который не падал на землю, а втягивался обратно в тень Юки. Процесс занял несколько минут, в течение которых подземелье погрузилось в абсолютную тишину.
Когда последняя чешуйка растворилась, Юки пошатнулся и едва не упал. Я подхватил его под локоть.
– Уф... – он вытер пот со лба. – Это было... странно. Очень странно.
– Это было впечатляюще, – я не смог сдержать легкой усмешки. – Знаешь, если бы ты призвал её во время битвы с «Сиянием», нам бы не пришлось возиться с барьерами. Ты бы просто наступил на них.
Юки посмотрел на меня, и его пурпурные глаза блеснули озорством.
– Ты правда так думаешь?
– Правда. Но, пожалуйста, давай в следующий раз ограничимся кем-то поменьше. Мое сердце Монарха не железное.
Юки рассмеялся, и этот звук эхом отразился от ледяных стен. Он выпрямился, поправил серьгу в ухе и снова стал тем уверенным в себе парнем, который заставлял врагов дрожать от ужаса.
– Ладно, пап. Пошли отсюда. Дома нас ждет ужин, и я обещаю больше не призывать легендарных кайдзю... по крайней мере, до завтра.
– До завтра? – я приподнял бровь.
– Ну, – Юки хитро прищурился, направляясь к выходу из Врат, – мне всегда было интересно, как выглядит теневой Кинг-Конг. Чисто теоретически.
– Юки!
– Шучу, пап! Шучу!
Мы вышли из Врат, и холод подземелья сменился теплым вечерним воздухом Сеула. Люди вокруг даже не подозревали, что всего в нескольких километрах от них едва не прогулялся Король Монстров.
Я смотрел в спину идущему впереди сыну. Его походка была легкой, уверенной. Он был моим величайшим достижением и моей самой большой загадкой. Год назад мы были на грани уничтожения друг друга, а сегодня... сегодня мы спорим о теневых монстрах.
– Пап, ты идешь? – Юки обернулся, его лицо освещали огни ночного города. – Я проголодался как... ну, ты понял.
– Иду, – ответил я, ускоряя шаг.
Мир мог спать спокойно. Пока у него есть такие защитники, как мы, никакие Врата и никакие Сеятели не пройдут. Главное — чтобы Юки не начал смотреть марафоны старых фильмов о монстрах перед сном. Иначе в следующий раз нам придется объяснять Ассоциации, откуда в центре города взялась теневая Гидора.
– Кстати, – сказал я, догнав его, – татуировка на твоем левом предплечье... она светилась по-другому, когда Гадзилла исчезала.
Юки взглянул на свою руку, проводя пальцами по абстрактным линиям.
– Это Бездна, пап. Она меняется вместе со мной. Она больше не хочет быть просто тенью. Она хочет быть... всем.
– И ты позволишь ей это?
Юки посмотрел на небо, где сквозь смог проглядывали звезды.
– Я позволю ей быть тем, что поможет мне защитить тебя. Всё остальное — неважно.
Я положил руку ему на плечо, чувствуя твердость его мышц и жар его маны. Мы были Монархами. Мы были тенями. Но прежде всего — мы были семьей. И это была единственная сила, которую невозможно было призвать случайно. Её нужно было заслужить.
И, кажется, за этот год мы оба её заслужили.