Наследие
Пепел разлуки и холодный блеск стали
Ветер в Стране Травы всегда пах гнилью и старым камнем. Юки Окумура стоял на краю обрыва, глядя вниз, на массивные каменные плиты, скрывающие вход в одно из многочисленных убежищ Орочимару. За два года он изменился. Рост в сто семьдесят пять сантиметров, более широкие плечи, скрытые под черным плащом с высоким воротником, и всё те же взъерошенные волосы, которые теперь слегка прикрывали протектор Конохи. Его небесно-голубые глаза сканировали местность, но внутри него бушевало пламя, которое он так тщательно учился контролировать.
– Мы близко, – негромко произнес он, и его голос, ставший глубже и увереннее, разрезал тишину. – Я чувствую её чакру. Она холодная, как лед, но в ней всё еще теплится тот огонь, который я знаю.
Рядом с ним стояла Наруко. Она тоже повзрослела: черты лица стали мягче, а взгляд — решительнее. Оранжевый костюм сменился на более практичную одежду, но её энергия всё так же била ключом, хотя сейчас она была необычайно сосредоточена.
– Сумико... – прошептала Наруко, сжимая кулаки. – В этот раз мы её точно вернем, Юки. Я не позволю этой змее Орочимару удерживать её больше ни секунды.
Сакура и капитан Ямато стояли чуть позади. Сакура, ставшая одной из лучших учениц Пятой Хокаге, поправила перчатки, её лицо выражало смесь боли и решимости. Она знала, что этот день изменит всё.
– Юки, – Ямато обратился к парню, – ты лучше всех знаешь её стиль боя. Если она решит сопротивляться, нам придется действовать жестко. Ты готов к этому?
Юки лишь слегка прищурился. Его Шаринган был деактивирован, но он чувствовал, как Вечный Мангекё пульсирует под веками, готовый пробудиться в любой момент.
– Она не будет сопротивляться просто так, – ответил Юки. – Она играет роль. И я намерен довести эту пьесу до финала.
Взрыв сотряс землю. Юки первым сорвался с места, превратившись в синюю вспышку. Его техника перемещения, доведенная до совершенства, позволяла ему преодолевать расстояния быстрее, чем глаз успевал моргнуть.
Когда пыль осела в главном зале убежища, они увидели её. Сумико Учиха стояла на возвышении, облаченная в светлое кимоно с гербом клана на спине. Её волосы стали длиннее, а взгляд — еще более отстраненным и высокомерным. Она смотрела на них сверху вниз, и на мгновение её глаза встретились с глазами Юки.
В этот краткий миг для них двоих мир перестал существовать. Юки видел всё: её боль, её решимость, её тайный план. Он знал правду об Итачи, которую сам же и помог ей осознать два года назад. Уход Сумико к Орочимару не был предательством — это был стратегический ход. В Конохе за ней постоянно следили старейшины и Данзо, не давая ей стать достаточно сильной, чтобы бросить вызов брату и восстановить справедливость. Здесь же, в логове змеи, она получила доступ к запретным знаниям и силе, которую не могла обрести в деревне.
– Вы всё-таки пришли, – её голос прозвучал холодно, эхом отражаясь от стен. – Как назойливо. Я же просила не искать меня.
– Сумико! – выкрикнула Наруко, делая шаг вперед. – Хватит этой чепухи! Орочимару просто хочет использовать твое тело! Пойдем домой, мы всё исправим!
Сумико медленно обнажила Кусанаги. Клинок зловеще блеснул в полумраке.
– Мой дом — там, где моя цель, – отрезала она. – А моя цель — смерть Итачи. Коноха слишком слаба, чтобы помочь мне в этом.
Юки медленно вышел вперед, жестом остановив Наруко. Он смотрел на возлюбленную, и в его глазах медленно проступал трехтомоэрный узор.
– Ты всё еще плохо врешь, Сумико, – тихо сказал он, так, чтобы слышала только она. – Твоя жажда мести пахнет не ненавистью, а отчаянием. Ты думаешь, что одна сможешь нести это бремя?
Сумико на мгновение дрогнула, её пальцы крепче сжали рукоять меча. Внутри неё всё кричало от радости при виде Юки. Он стал еще красивее, еще сильнее. Его присутствие окутывало её теплом, которого ей так не хватало в холодных стенах убежища. Ей хотелось бросить меч, подбежать к нему и просто обнять, забыв о миссии, об Итачи, о проклятии их крови. Но она не могла. Слишком многое было поставлено на карту.
– Ты ничего не знаешь о моем бремени, Юки Окумура, – она сорвалась с места, атакуя его с невероятной скоростью.
Клинки столкнулись. Юки заблокировал её удар простым кунаем, напитанным чакрой молнии. Искры посыпались на пол.
– Я знаю о нем больше, чем кто-либо другой, – прошептал он, глядя ей в глаза. – Мы ведь договорились, помнишь? Я — твой меч, а ты — моё пламя.
– Те времена прошли, – Сумико оттолкнула его и сложила печати. – Стихия Огня: Великий Огненный Шар!
Огромный сгусток пламени понесся на команду. Ямато мгновенно воздвиг деревянную стену, но жар был такой силы, что дерево начало обугливаться.
– Сакура, Наруко, назад! – скомандовал Юки. – Я сам разберусь.
Он активировал свой собственный огонь.
– Стихия Огня: Великое Огненное Уничтожение!
Две волны пламени столкнулись в центре зала, создавая огненный вихрь. В этом хаосе Юки снова использовал Хирайшин. Он появился прямо за спиной Сумико, но она была готова. Её Шаринган предсказал движение, и она развернулась, пытаясь нанести удар ногой.
Юки перехватил её ногу и притянул к себе. На долю секунды они оказались в интимной близости, скрытые от остальных стеной дыма и искр.
– Сумико, остановись, – его голос был полон нежности, которую он не мог скрыть. – Пятая Хокаге начинает понимать. Она знает, что ты не предательница. Тебе не нужно больше играть роль мстительницы-одиночки.
– Еще рано, Юки, – она ответила так же тихо, её дыхание коснулось его щеки. – Орочимару следит. Кабуто где-то рядом. Если я сейчас уйду, всё, чего я добилась, пойдет прахом. Я должна найти Итачи. Я должна услышать правду от него самого.
– Тогда позволь мне пойти с тобой, – Юки сжал её руку. – Я не оставлю тебя здесь одну.
– Нет, – она с силой оттолкнула его, и в её глазах на мгновение вспыхнул Мангекё. – Ты нужен Конохе. Ты нужен Наруко. Она не выживет без твоего присмотра.
Сумико взлетела на верхний выступ, где из тени появился Орочимару. Змеиный Саннин облизнул губы, глядя на Юки с нескрываемым вожделением.
– Какая встреча, Юки-кун, – прошипел Орочимару. – Твои глаза... они стали еще прекраснее. Вечный свет Окумура. Как жаль, что ты выбрал Лист вместо истинного величия.
Юки поднял голову, и его аура внезапно стала тяжелой, почти осязаемой. Темно-синие ребра Сусано начали материализоваться вокруг него, защищая команду от давления чакры Саннина.
– Орочимару, – голос Юки звучал как раскат грома. – Если ты тронешь её хоть пальцем, я сожгу это место до основания. И никакой Эдо Тенсей тебя не спасет.
Орочимару рассмеялся, но в его глазах промелькнула тень опасения. Он знал, на что способен наследник Окумура.
– Сумико-тян, нам пора, – сказал Саннин, отступая в темноту. – У нас еще много работы.
Сумико в последний раз посмотрела на Юки. В этом взгляде была вся её любовь, вся её боль и негласное обещание.
– Мы еще встретимся, Юки, – произнесла она, прежде чем исчезнуть в облаке дыма вместе с Орочимару и Кабуто.
Зал погрузился в тишину. Наруко подбежала к краю выступа, выкрикивая имя подруги, но ответом ей было лишь эхо. Сакура опустила голову, сжимая кулаки так, что костяшки побелели.
Юки стоял неподвижно. Его Сусано медленно растаяло, а глаза вернулись к своему небесно-голубому цвету. Он чувствовал пустоту там, где только что была чакра Сумико, но в его сердце не было отчаяния. Была лишь холодная, расчетливая решимость.
– Юки... – Наруко подошла к нему, её голос дрожал. – Она... она действительно нас ненавидит?
Юки повернулся к ней и положил руку на плечо.
– Нет, Наруко. Она любит нас больше, чем саму себя. Именно поэтому она ушла.
– О чем ты? – Сакура подняла заплаканные глаза.
– Сумико ведет свою игру, – ответил Юки, глядя на разрушенный потолок убежища. – Она хочет выманить Итачи и очистить имя своего клана. Она взяла на себя всю тьму, чтобы мы могли оставаться на свету.
Ямато подошел к ним, убирая свитки.
– Нам нужно возвращаться и доложить Пятой. Юки, ты уверен в том, что говоришь? Это серьезное обвинение в адрес старейшин и самого Итачи.
– Я уверен, – Юки посмотрел на капитана. – Мои глаза не лгут. И я обещаю вам: придет день, когда мы все снова будем одной командой. Но до этого момента мы должны стать еще сильнее.
На обратном пути в Коноху Юки шел чуть позади остальных. Он вспоминал тепло руки Сумико и блеск её глаз. Два года разлуки только укрепили его чувства. Он понимал, что путь, который она выбрала, тернист и опасен, но он также знал, что он — единственный, кто сможет вытащить её из этой тьмы, когда придет время.
«Подожди еще немного, Сумико», — думал он, глядя на заходящее солнце. — «Я изучу все свитки моего клана, я овладею силой, о которой Мадара мог только мечтать. И когда ты найдешь своего брата, я буду рядом. Не как тень, а как твой свет».
В его подсознании темно-синий гигант Сусано на мгновение открыл глаза, и в его руках вспыхнул меч из чистого синего пламени — символ его решимости и его любви.
Экзамены на чунина были лишь началом. Встреча в логове Орочимару стала подтверждением их связи. Грядет буря, которая перевернет весь мир шиноби, и в центре этой бури будут стоять они — наследники проклятых и великих кланов, решившие написать свою собственную историю.
– Эй, Юки! Не отставай! – крикнула Наруко, оборачиваясь.
– Иду, – отозвался он, ускоряя шаг.
Впереди была Коноха, полная интриг и тайн, но Юки Окумура больше не боялся теней. Ведь он сам был хозяином самой глубокой тени и самого яркого пламени. И пока в его сердце жила надежда на возвращение Сумико, ни один враг во вселенной не мог его остановить.