Гарри Элайптон
Холодная сталь и сломанная гордость
Штаб-квартира американского филиала академии «Генетика», расположенная на побережье Лонг-Айленда, кардинально отличалась от ветхих каменных замков и душных больничных покоев старой Европы. Здесь царил дух абсолютного технологического превосходства, холодной дисциплины и функционального минимализма. Белоснежные титановые конструкции уходили ввысь, отражая холодные лучи предрассветного солнца, а над полигонами непрерывно гудели силовые генераторы, удерживающие стабильность защитных куполов.
В просторном кабинете жилого сектора высшего командного состава царила тишина, нарушаемая лишь мерным посапыванием младенца в высокотехнологичной колыбели с контролем биометрии.
Маленький Александр спал, сжимая крошечный кулачок. Над его изголовьем мягко мерцал голографический датчик пульса и уровня синхронизации стигмат.
У панорамного окна стоял Гарри.
Тринадцать лет изменили его до неузнаваемости. От забитого, вечно виноватого мальчишки из темного подвала Поттер-мэнора не осталось и следа. Высокий, широкоплечий, с коротко остриженными черными волосами и пронзительными, как лед на вершине ледника, зелеными глазами, он носил строгую форму офицера-ограничителя Международной организации «Шевалье»: черный бронированный китель с серебряными знаками различия и встроенным нейроинтерфейсом на правом запястье. Шрам на лбу почти скрылся за строгой линией бровей, превратившись в малозаметный след давней, глупой сказки, которую он давно вычеркнул из памяти.
Дверь в спальню бесшумно скользнула в паз, и в комнату легкой, кошачьей походкой вошла женщина.
Роксана Элайптон была воплощением смертоносной грации. Ее пышные золотистые волосы небрежными волнами спадали на обнаженные плечи, прикрытые лишь тонкой шелковой сорочкой, а янтарные глаза светились мягким теплом, когда она смотрела на мужа и сына. Однако любой, кто видел ее на поле боя, знал: эта женщина за секунду могла превратиться в кошмар любого порождения Бездны. Пандора S-класса, тридцать две вживленные стигматы, абсолютный первый номер Западного сектора и обладательница жуткого прозвища «Бессмертная», полученного за способность регенерировать даже после расчленения в эпицентре взрыва.
– Снова не спишь, милый? – Роксана подошла со спины, обвила сильными, но нежными руками его шею и прижалась щекой к его широкой спине. – Анализируешь данные вчерашних учений третьего курса?
– Нет, – Гарри чуть заметно улыбнулся и накрыл ее ладонь своей рукой, на тыльной стороне которой слабо пульсировал контур искусственной нервной сети ограничителя. – Вчера вечером система безопасности базы перехватила забавный объект.
– Неужели разведка Нова научилась маскироваться под чаек? – весело фыркнула она, целуя его в висок.
– Хуже. Почтовая сова. Бедная птица едва не сгорела в ионизационном барьере внешнего периметра, пока дежурный офицер ПВО не сбил ее электромагнитной сеткой, решив, что это биологический дрон, – Гарри кивнул на металлический стол.
Там, рядом с терминалом тактической связи, лежал плотный пергаментный конверт, запечатанный темно-красным сургучом с оттиском щита, оленя и двух скрещенных палочек.
Роксана с любопытством подняла бровь, подошла к столу и двумя пальчиками подцепила конверт, словно дохлую крысу.
– Тот самый герб, о котором ты рассказывал? Твоя... «семья»?
– Если их можно так назвать, – хмыкнул Гарри, повернувшись к ней. – Лорд Джеймс Поттер снизошел до того, чтобы черкнуть пару строк своему блудному, никчемному сквибу.
– И что же пишет достопочтенный лорд? – Роксана развернула пергамент и пробежала глазами по строкам, написанным размашистым, высокомерным почерком с золочеными чернилами.
С каждой секундой выражение ее прекрасного лица менялось. Мягкая утренняя сонливость мгновенно испарилась. Глаза опасно сузились, а вокруг ее пальцев воздух начал сгущаться от едва сдерживаемой ауры стигмат. Бумага в ее руке задрожала, покрываясь мелкой сеткой пространственных микротрещин.
– «Мы великодушно прощаем твои юношеские ошибки и возвращаем тебя в лоно дома Поттеров»... – зачитала она вслух ледяным тоном, от которого температура в комнате упала на пару градусов. – «Ты обязан немедленно явиться пред светлые очи главы рода вместе со своим отпрыском. Ребенок должен быть передан на воспитание истинному герою Британии — Годрику Поттеру и его нареченной, дабы кровь рода не угасла... В случае неповиновения твой нелепый магловский союз будет расторгнут магической властью, а ребенок изъят принудительно во имя Высшего Блага»...
Роксана замолчала. В комнате повисла тяжелая, физически ощутимая тишина. Даже младенец в колыбели слегка зашевелился, чувствуя колоссальное давление, исходящее от матери, но Гарри мягко коснулся плеча жены, посылая короткий импульс гармонизирующего ментального поля, и воздух снова стал чистым.
– Значит... – Роксана медленно подняла взгляд, и в ее янтарных глазах вспыхнул золотой хищный блеск. – Какие-то средневековые клоуны в тряпках, бросившие моего мужа в детстве гнить в подвале, решили, что имеют право забрать моего сына? Моего Алекса?
– Они живут в иллюзии, что весь мир крутится вокруг их крошечного острова, Рокси, – спокойно произнес Гарри. – Они победили своего карманного террориста и возомнили себя богами. Для них за пределами их резервации нет ничего, кроме беспомощных маглов, которых можно стереть одним заклинанием памяти.
– Они смеют угрожать мне? Они смеют заявлять, что расторгнут наш брак и отберут моего первенца? – на губах Роксаны расплылась жуткая, абсолютно безумная улыбка, которую панически боялись даже командиры регулярной армии «Шевалье». – О, милый... Скажи мне, что они придут сами. Пожалуйста. Скажи, что они не ограничатся бумажкой.
– Зная Джеймса и старика Дамблдора — они уже готовят визит, – Гарри подошел к терминалу и активировал тактическую карту. – Грипхук прислал конфиденциальное уведомление по резервному каналу гоблинского банка. Министерство выдало Дамблдору специальный трансатлантический портал под предлогом «дипломатической миссии по розыску беглого гражданина». Они планируют приземлиться в частном секторе неподалеку от границы нашей базы через тридцать минут. В составе делегации: сам Альбус, мои достопочтенные родители, крестный Сириус Блэк, Римус Люпин, Избранный Годрик и его верный оруженосец Рональд Уизли.
– Какая прелесть, – раздался от дверей тихий, мелодичный голос.
Гарри и Роксана обернулись. В дверном проеме, грациозно скрестив руки под грудью, стояла девушка невысокого роста с платиновыми волосами, собранными в безупречную прическу. Ее вечная, теплая, почти ангельская улыбка могла ввести в заблуждение любого непосвященного. Но Гарри прекрасно знал, кто стоял перед ним.
Шифон Фэйрчайлд. Президент студенческого совета Западной Генетики, непобедимый монстр, Пятая Пандора мира, женщина, обладающая абсолютным мастерством Воплощенного Оружия и ужасающей мощью техники иллюзорных клонов. Человек, деливший с Гарри не только тяжелейшие испытания на полях сражений с Нова, но и ту глубокую, неразрывную связь, которую Ограничитель разделяет с теми, кого защищает его барьер. Связь, которая уже давно переросла в прочный семейный союз трех сильнейших воинов базы, благословленный самим верховным командованием «Шевалье», закрывавшим глаза на любые формальности ради поддержания боеспособности своих живых легенд.
– Шифон, ты уже проснулась? – мягко спросил Гарри.
– Трудно спать, когда моя дорогая подруга Роксана излучает такое количество жажды крови, что сенсоры базы на нижних уровнях готовятся объявить тревогу по вторжению Нова четвертого типа, – улыбнулась Шифон, подходя ближе и заглядывая в колыбель. Она ласково коснулась щеки маленького Александра. – Значит, гости из туманного Альбиона решили навестить нашего мальчика? Какое трогательное семейное воссоединение.
– Они хотят забрать его, Шифон, – процедила Роксана, сжав кулаки так, что побелели костяшки. – Стереть мне память и забрать ребенка для своего бесплодного Избранного придурка.
Улыбка Шифон не угасла, но ее прищуренные глаза на мгновение сверкнули чистым, бездонным серебром стигмат. Давление в комнате снова подскочило.
– Вот как... – пропела президент студсовета. – Кажется, британское магическое сообщество окончательно потеряло связь с реальностью. Нападать на семью высших офицеров «Шевалье»... Гарри, дорогой, какие будут приказы? Поднять по тревоге дежурное звено Пандор? Развернуть артиллерию?
– Ни в коем случае, – Гарри покачал головой, застегивая манжеты боевого кителя. – Не нужно пугать курсантов. Это сугубо личный вопрос. Мы встретим их на закрытом посадочном секторе номер четыре. Силовые щиты базы отсекут лишние глаза. Мы дадим им то, за чем они пришли. Урок. Настоящий урок того, как устроен реальный мир.
– Надеюсь, мне позволят поучаствовать в учебном процессе? – оскалилась Роксана, и за ее спиной в воздухе на долю секунды соткались призрачные контуры лезвий ее парных клинков Воплощенного Оружия.
– Я думаю, Рокси, – Гарри надел офицерскую фуражку и холодно усмехнулся, – ты имеешь полное право лично проверить квалификацию британских спасителей.
***
Посадочная площадка сектора номер четыре представляла собой изолированную платформу из армированного бетона размером с футбольное поле, окруженную тридцатиметровыми стенами с автоматическими турелями импульсных пушек. Сверху сектор накрывал полупрозрачный купол барьера, глушивший любые электромагнитные и гравитационные колебания.
Воздух в центре площадки внезапно скрутило вихрем. Раздался громкий хлопок, пахнуло озоном и жженой серой, и из вспышки пространственного перемещения вывалилась группа из семи человек.
Джеймс Поттер первым ступил на бетон, поправляя роскошную алую мантию с золотыми позументами. На его поясе висела кобура из драконьей кожи, а на лице сияло выражение абсолютной надменности триумфатора.
Рядом с ним тяжело оперся на трость Годрик. Он выглядел бледным после комы, но в его глазах горела алчная спесь. За его спиной топтался Рон Уизли, раздувшийся от чувства собственной важности, облаченный в тяжелый аврорский плащ. Сириус Блэк весело крутил в пальцах палочку, с насмешкой оглядывая серые стены:
– Мерлин великий, ну и дыра! Ни одного павлина, ни нормального сада. Одни магловские железяки. Гарри здесь совсем опустился.
– Спокойнее, мальчики, – наставительно произнес Альбус Дамблдор, выступая вперед.
Его серебристая мантия с вышитыми полумесяцами колыхалась на ветру, в руках он сжимал легендарную Бузинную палочку.
– Помните: Гарри озлоблен. Он провел годы среди маглов, лишенный магии и света. Мы должны проявить терпение, мудрость и твердость. Ребенок должен вернуться в Англию ради общего блага. Если потребуется легкое заклятие повиновения — я возьму грех на себя.
– Да плевать на его обиды, Альбус! – рявкнул Джеймс. – Он мой сын! Моя кровь! Его отпрыск принадлежит роду Поттер! Скажет хоть слово против — влеплю «Империус», заберу мальчишку, а самого отправлю на рудники лечить нервы!
Лили Поттер, стоявшая рядом с Римусом, нервно кусала губы:
– Джеймс, пожалуйста... Давай сначала просто поговорим. Он ведь наш сын...
– Он отрекся от нас, Лили! – огрызнулся Годрик, скривив тонкие губы. – Он струсил на Турнире, сбежал, бросил нас в войне! Он обязан отдать своего выродка мне! Я спас этот чертов мир, я заслужил продолжение рода!
– Прекратить базар, – раздался спокойный, гулкий голос, усиленный акустикой полигона.
Волшебники синхронно вскинули головы.
Из противоположного шлюза, отделявшего сектор от главного командного центра, неторопливо вышли трое.
В центре шел Гарри. Шаг уверенный, тяжелый, чеканный. На бедре покоился кобура с плазменным генератором разгона поля, взгляд прямой и абсолютно мертвый.
Слева от него шла Роксана. На ней была облегающая боевая форма Пандоры — черный латексный комбинезон с открытыми плечами и бедрами, подчеркивающий ее атлетическую, совершенную фигуру. На ее запястьях и щиколотках мягко мерцали контроллеры стигмат.
Справа, заложив руки за спину и мягко улыбаясь, вышагивала Шифон Фэйрчайлд в парадной форме академии.
Маги замерли. Джеймс моргнул, словно не веря своим глазам, затем презрительно осклабился:
– Ну надо же! Поглядите на него! Нацепил магловскую форму, обвешался железками и думает, что стал важной птицей! Гарри! А ну живо подошел к отцу и упал на колени!
Гарри остановился в двадцати метрах от них. Роксана и Шифон встали чуть позади, оценивающе сканируя гостей, словно группу дефектных подопытных манекенов.
– Ты ошибся адресом, Джеймс, – спокойно произнес Гарри. Его голос звучал ровно, без малейшей дрожи или эмоций. – Ты вторгся на территорию закрытого военного объекта суверенной международной организации «Шевалье». У вас есть ровно шестьдесят секунд, чтобы активировать свой незаконный портключ и убраться обратно в свою помойку. В противном случае вы будете ликвидированы как потенциальные террористы.
– Что-о-о?! – взревел Сириус, шагнув вперед и вскидывая палочку. – Щенок! Ты как с отцом разговариваешь?! Совсем берега попутал среди безродного скота?! Ты хоть знаешь, кто перед тобой?! Перед тобой Победитель Тёмного Лорда! Твой брат!
– Мой брат — бесплодный калека, чье единственное достижение — это то, что он выжил исключительно благодаря чужим жертвам, – холодно отрезал Гарри.
– Ах ты, грязный сквиб! – взвизгнул Рон Уизли, выхватывая палочку. – Я тебя еще в восемь лет должен был придушить! Ты отобрал у Избранного законного наследника! Где ребенок, мразь?! Живо отдай его Годрику, пока я тебе кишки не выпустил!
– Мальчик мой... – Дамблдор поднял руку, призывая рыжего к спокойствию, и сделал шаг вперед, одаривая Гарри взглядом величайшей вселенской скорби. – Гарри. Твое сердце полно тьмы и зависти. Мы понимаем твою боль. Ты был лишен магии, ты слаб, ты не смог стать героем, как твой брат. Но кровь не обманешь. Твой сын рожден волшебником. Оставить его здесь, среди машин и бессильных людей — преступление перед самой Магией. Отдай дитя нам. Твоя... сожительница, – он пренебрежительно скользнул взглядом по Роксане, – молода, она родит тебе других детей для твоей простой жизни. А первенец должен стать новым светом Британии. Не заставляй нас применять силу. Против высшей магии твои игрушки бессильны.
Роксана тихо, утробно рассмеялась. Этот смех заставил Римуса Люпина инстинктивно попятиться — его внутренний волк внезапно заскулил, забившись в самый дальний угол подсознания от смертельного, первобытного ужаса.
– «Сожительница»? – переспросила Роксана, медленно делая шаг вперед. Ее золотистые волосы шевельнулись, хотя ветра на площадке не было. – «Среди бессильных людей»?
– Рокси, милая, – мягко позвала Шифон, не переставая улыбаться. – Позволь мне помочь. Кажется, эти господа искренне верят, что палочки из дерева делают их хозяевами мира.
– Нет, Шифон, – оскалилась Роксана, и ее глаза вспыхнули яростным золотом. – Эти клоуны оскорбили моего мужа. Они угрожали забрать моего ребенка. Они — мои.
– Довольно пустых слов! – взревел Джеймс Поттер, вскидывая палочку и направляя ее в грудь Гарри. – «Империо»! На колени, щенок!
– «Петрификус Тоталус»! – одновременно с ним выкрикнул Годрик, метя в Роксану.
– «Круцио»! – заржал Сириус, целясь в Шифон.
Три луча заклинаний — ядовито-желтый, ослепительно-белый и кроваво-красный — сорвались с кончиков палочек и устремились через площадку.
Гарри даже не шелохнулся. Он лишь плавно поднял правую руку, пальцы сложились в сложный жест активации, а на его предплечье вспыхнул ослепительный лазурный контур интерфейса Ограничителя.
– Поле «Замораживания» (Freezing), – произнес он негромко. – Развернуть на сто восемьдесят градусов. Плотность — максимальная.
Пространство полигона взорвалось бесшумным ударом колоссальной гравитационной волны.
Воздух мгновенно сгустился, превратившись в монолитный, светящийся голубым светом кристалл. Заклинания магов, пролетев всего пару метров, затормозили, словно врезались в толщу жидкого азота, задрожали и с сухим треском осыпались на бетон искрами мертвого света.
А в следующий миг тяжесть целой планеты обрушилась на семерых волшебников.
– Ч-что... за... – прохрипел Джеймс, падая на колени. Его магия внутри ядра застыла, каналы словно залили жидким свинцом. Он не мог сделать вдох. Его легкие сжало тисками.
Сириус рухнул лицом в бетон, ломая нос. Годрик закричал от невыносимого давления на живот, где еще не зажили швы от проклятия Волан-де-Морта, и свалился рядом, судорожно царапая пальцами пол. Рон Уизли мгновенно обмочился от дикого давления на внутренние органы и забился в припадке паники.
Дамблдор, побледневший как смерть, попытался воззвать к Бузинной палочке, но артефакт в его руке истошно завибрировал и затих — фундаментальные законы пространства, искривленные Ограничителем, просто не позволяли магии сформировать структуру заклятия.
– Это... невозможно... – просипел Дамблдор, из его носа хлынула тонкая струйка крови. – Где... палочка?! Это темная магия!..
– Это физика, старик, – раздался ледяной голос Гарри. Он медленно опустил руку, удерживая поле в стабильном статическом захвате. – Контроль пространства. Сила, созданная, чтобы останавливать чудовищ, пожирающих континенты. А теперь... моя жена преподаст вам урок хороших манер.
– Начнем, пожалуй! – радостно взвизгнула Роксана.
В воздухе сверкнула ослепительная вспышка света стигмат. На ее предплечьях мгновенно материализовались ее легендарные Воплощенные Клинки — массивные, полутораметровые изогнутые мечи из гиперплотного композита, вибрирующие на сверхзвуковой частоте.
– Первый! – раздался ее звонкий голос.
«Ускоренный шаг» (Accel Turn).
Для магов она просто исчезла. Пространство схлопнулось с хлопком преодоления звукового барьера.
В следующую долю секунды Рон Уизли издал поросячий визг.
Роксана материализовалась прямо перед ним. Ее ладонь в боевой перчатке молниеносно сомкнулась на его толстой шее, поднимая стокилограммового парня в воздух, как тряпичную куклу.
– Ты хотел выпустить кишки моему мужу, рыжий боров? – ласково прошептала она ему на ухо.
Уизли судорожно попытался ткнуть палочкой ей в глаз, но Роксана лишь усмехнулась. Другой рукой она перехватила его запястье и с мерзким, сухим хрустом вывернула его под углом в девяносто градусов.
Рон взвыл на ультразвуке. Его палочка выскользнула из сломанных пальцев.
– Оружие нужно держать крепко, свинка, – Роксана поймала его палочку на лету, с силой сорвала с него форменные штаны вместе с нижним бельем, нагнула рыдающего парня через колено и с чудовищной силой вбила его собственную волшебную палочку из ивы с волосом единорога прямо в его обнаженный зад по самую рукоять.
Рон закатил глаза и рухнул на бетон без сознания, пуская пену изо рта.
– Рональд! – в ужасе вскрикнула Лили, прижатая к полу полем Гарри. – Прекратите! Чудовище! Что вы делаете?!
– Следующий! – не обращая внимания на вопли, Роксана крутанулась на каблуке.
Сириус Блэк попытался перекатиться и вскинуть палочку левой рукой, но гравитационный щит Гарри намертво прижал его плечо к полу.
– «Бродяга»? – насмешливо склонила голову Роксана, нависая над ним. – Тот самый дружок папочки, который оттаскивал восьмилетнего Гарри, чтобы отец мог его избить?
– Пошла... на хрен, магловская шлю... – начал было Сириус.
Удар боевого ботинка Роксаны пришелся точно в челюсть. Раздался треск ломающихся зубов, голова Блэка мотнулась, брызнула кровь. Палочка вылетела из его ослабевших пальцев.
– Грубиян, – цокнула языком Пандора.
Она подцепила палочку из черного дерева носком ботинка, поймала в воздухе, перевернула Сириуса на живот и, наступив тяжелым ботинком ему на поясницу, с садистским удовольствием вогнала одиннадцатидюймовую деревяшку в филейную часть лорда Блэка. Сириус захрипел, выгнулся дугой и забился в конвульсиях от шока и абсолютного, первобытного унижения.
– Сириус! – заорал Джеймс. Глаза лорда Поттера налились кровью. – Гарри! Останови эту тварь! Я твой отец! Я глава твоего рода! Ты сгнишь в Азкабане за нападение на лордов!
Гарри даже бровью не повел. Он лишь слегка усилил давление поля вокруг отца, отчего Джеймс уткнулся носом в собственные колени.
– Семья? – Гарри медленно подошел к нему. Его тяжелые армейские ботинки гулко стучали по бетону. – Ты вспомнил, что ты мой отец, только когда твой драгоценный Избранный оказался бесполезным евнухом. Тринадцать лет, Джеймс. Тринадцать лет я был для вас призраком, мусором под ногами. Вы не дали мне ничего, кроме ненависти и подвала. А теперь ты смеешь приходить в мой дом и требовать моего сына?
– Он... он должен спасти наш род! – прохрипел Годрик, лежащий рядом. Слезы и слюни текли по его подбородку. – Гарри, брат... пожалуйста... Я же Избранный... Я спас мир... Джинни уйдет от меня, если не будет наследника! Ты обязан! Ты всегда был никем, отдай хотя бы ребенка!
Роксана оказалась рядом с Годриком быстрее молнии.
Ее клинок просвистел в миллиметре от его носа, срезав прядь волос, а затем плоская сторона тяжелого лезвия с размаху опустилась на щеку «героя». Звук удара напоминал взрыв петарды. Годрика перевернуло в воздухе, и он рухнул обратно, выплевывая осколки коренных зубов.
– Ты не Избранный, – прошипела Роксана, наступая ему на грудь так, что захрустели ребра. – Ты избалованная, мерзкая гиена, привыкшая жрать то, что добыли другие. Мой муж каждый день рискует жизнью, удерживая барьеры против тварей, рядом с которыми твой безносый клоун показался бы комнатным хомяком. И ты думал, что заберешь нашего сына?!
Она наклонилась, вырвала из его ослабевших пальцев палочку из красного дерева с пером феникса, которую так бережно подбирал для него Дамблдор, и с широкой, жестокой улыбкой всадила ее туда же, куда отправились палочки Уизли и Блэка.
Годрик взвыл голосом раненого поросенка и затих, содрогаясь в рыданиях от невыносимой боли и несмываемого позора.
– Довольно! – раздался старческий, но полный ярости крик.
Альбус Дамблдор, собрав остатки своих сил и выжимая резервы магического ядра до предела, сумел активировать защитный перстень феникса. Золотистая вспышка на долю секунды ослабила поле замораживания вокруг него. Старик вскинул Бузинную палочку, целясь прямо в Гарри:
– «Авада Ке...»
Он не успел договорить.
«Мираж» (Tempest Turn).
Шифон Фэйрчайлд, до этого момента безучастно наблюдавшая за расправой, сделала полшага.
В воздухе возникли четыре абсолютно идентичных остаточных изображения президента студсовета. Каждая из иллюзий двигалась с невероятной скоростью, и Дамблдор просто физически не мог понять, куда целиться.
Прежде чем его палец успел дрогнуть, настоящая Шифон уже стояла вплотную к нему. Ее милая, добрая улыбка не изменилась ни на йоту.
– Нехорошо целиться в мужа моей подруги, господин директор, – мягко прошептала она.
Короткий тычок двумя пальцами, напитанными энергией стигмат, пришелся точно в солнечное сплетение великого светлого мага.
Ударная волна прошла сквозь тело Дамблдора, разрушая защитные барьеры мантии, словно сухую солому. Воздух с хрипом вырвался из его легких, в глазах потемнело. Бузинная палочка — непобедимый реликт смерти — выскользнула из его онемевших пальцев.
Шифон ловко поймала легендарный артефакт за кончик, покрутила его, словно дирижерскую палочку, и с легким вздохом передала подошедшей Роксане:
– Кажется, этот сувенир предназначался тебе, Рокси.
– О, благодарю, дорогая! – просияла Роксана.
Дамблдор, стоя на коленях и хватаясь за грудь, с неописуемым ужасом поднял выцветшие глаза на блондинку. Впервые за сто пятьдесят лет жизни Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор осознал, что перед ним стоят существа совершенно иного порядка. Существа, чья сила не зависела от магических формул и палочек, существа, выкованные в горниле войны на уничтожение.
– Мисс... мисс Элайптон... – задыхаясь, прошептал директор. – Вы... вы не понимаете... Баланс Света...
– Я прекрасно понимаю баланс, дедуля, – оскалилась Роксана.
Она схватила верховного чародея Визенгамота за шиворот его великолепной мантии, рывком вздернула на ноги, крутанула вокруг оси и пинком заставила согнуться пополам.
– Вы хотели проучить моего мужа? Вы хотели забрать моего сына? Вы считали нас беспомощными маглами?!
Хруст шелковой мантии слился со звуком сухого вхождения полированного дерева Бузинной палочки в самое сокровенное место лидера Ордена Феникса.
Дамблдор издал приглушенный, абсолютно нечеловеческий звук, похожий на стон сдувающейся волынки, его глаза за стеклами очков-половинок полезли на лоб, и величайший чародей столетия мешком осел на бетон рядом со своими поверженными соратниками.
На площадке оставались лишь Джеймс, Лили и Римус.
Люпин благоразумно опустил палочку на пол, поднял руки вверх и медленно опустился на колени, не делая ни единого резкого движения. Его волчье чутье прямо орало, что любая агрессия закончится мгновенной смертью.
Лили рыдала, закрыв лицо руками. Она смотрела на своего первенца — на чужого, стального, страшного офицера, в чьих глазах не было ни капли тепла к ней.
– Гарри... – всхлипнула она. – Сынок... Что же мы наделали...
– Вы сделали свой выбор тринадцать лет назад, Лили, – холодно произнес Гарри, глядя на нее сверху вниз. – Не нужно слез. Они никого здесь не тронут.
Он перевел взгляд на отца.
Джеймс Поттер сидел на коленях, глядя на лежащего рядом Годрика с торчащей из задницы палочкой, на стонущего Сириуса, на потерявшего сознание Рона и на распластанного Дамблдора. Вся его спесь, вся родовая гордость, все величие древнего рода Поттеров рассыпались в прах здесь, на этом сером, холодном бетоне.
– Ты... – выдавил Джеймс, и в его голосе слышался неподдельный, сводящий с ума ужас. – Ты... монстр...
– Нет, Джеймс, – Гарри шагнул к нему, вытащил из кобуры на поясе отца его собственную палочку из красного дерева и с сухим щелчком переломил ее пополам голыми пальцами. Обломки упали на колени лорда Поттера. – Я не монстр. Я офицер организации, защищающей человечество. А вы — всего лишь кучка жалких, ослепших от собственной безнаказанности паразитов.
Гарри повернулся к терминалу на стене и нажал клавишу связи:
– Дежурная смена. Готовьте депортационный шлюз. У нас здесь группа нарушителей без документов.
– Принято, сэр, – отозвался металлический голос оператора.
Гарри снова посмотрел на поверженных гостей.
– Вы заберете свои сломанные игрушки, – его голос хлестал, как ледяной ветер. – Вы заберете своего бесплодного Избранного. И вы вернетесь в свою Англию. Если хоть один из вас, или кто-то из ваших прихвостней из так называемого «Ордена», посмеет приблизиться к моей семье, к моей жене или к моему сыну ближе, чем на тысячу миль...
Он сделал паузу. Роксана подошла к нему сзади, положив подбородок ему на плечо и сверкая хищными янтарными глазами. Шифон мягко улыбнулась, сложив пальцы пистолетиком.
– ...я не стану вызывать авроров, – продолжил Гарри леденящим шепотом. – Я просто подпишу ордер на развертывание ударного крыла Пандор Западного сектора. И мы сотрем ваше Министерство, ваш Косой переулок и ваш Хогвартс в радиоактивную пыль за сорок минут. Без палочек. Без магии. Просто технологиями и чистой силой. Вы меня поняли, лорд Поттер?
Джеймс судорожно, мелко закивал, не смея поднять глаз.
– Вон, – коротко бросил Гарри.
Он отключил поле «Замораживания».
Римус Люпин, не теряя ни секунды, бросился собирать тела. Скуля от страха и стыда, ободранные, окровавленные герои магического мира кое-как активировали резервный аварийный портключ, в панике покидая неприветливые берега Нового Света.
Вспышка магии рассеялась. Площадка снова опустела, оставив лишь несколько капель крови на бетоне, которые тут же принялись смывать автоматические дезинфекционные роботы.
– Ох, милый... – Роксана сладко потянулась, убирая Воплощенные Клинки в подпространство, и обвила шею мужа руками. – Это было так освежающе. Давно я так не веселилась со времен последних учений на полигоне в Неваде.
– Ты слишком жестока к старикам, Рокси, – с легким смешком заметила Шифон, поправляя воротничок парадного кителя. – Впрочем... Бузинная палочка действительно смотрелась на удивление гармонично в этом... новом положении.
– Он заслужил каждый дюйм, – хмыкнул Гарри, обнимая жену за талию. Напряжение наконец отпустило его плечи. – Спасибо, девочки.
– Всегда к твоим услугам, командир, – Роксана нежно поцеловала его в губы. – А теперь... пойдем в дом. Наш маленький Александр, наверное, уже проголодался. И у меня есть подозрение, что ему понадобятся еще братья и сестры. Чтобы ни у одного британского дурака больше никогда не возникло сомнений в том, чья это семья.
– Полностью поддерживаю эту инициативу, – лукаво прищурилась Шифон, беря Гарри под вторую руку.
Они развернулись и неторопливо пошли обратно вглубь базы, оставляя за спиной тени прошлого, которое отныне не имело над ними никакой власти.