← Назад к обзору

Дракон

Рокот небесных горнов

Утренний свет над Горой Цветов и Плодов пробивался сквозь тончайшие шелковые занавеси, окрашивая спальню в мягкие персиковые и медовые тона.

Я проснулся первым. Ощущение собственного тела было невероятным: сила циркулировала по меридианам без малейших задержек, горячая, бурлящая, готовая по первому зову расколоть континент. Но куда приятнее этой божественной мощи было тепло, прижимавшееся к моему боку.

Юки спал, уткнувшись носом в изгиб моей шеи. Его короткие смоляные волосы щекотали мне ключицу, а дыхание было глубоким и размеренным. На его фарфоровой коже, чистой и совершенной, отчетливо выделялись багровые следы прошедшей ночи — метки, которыми я жадно перекрыл двухтысячелетние шрамы от небесных оков. Татуировка черного дракона на его правом предплечье мирно дремала, лишь изредка мерцая сапфировыми искрами в такт биению его сердца.

Я осторожно провел пальцами по его плечу, спускаясь к пояснице. Мышцы под кожей едва заметно дрогнули.

– Если ты не прекратишь глазеть, Царь, мне придется выбить из тебя эту спесь прямо на этих шелках, – не открывая глаз, пробормотал Юки. Его голос, хриплый со сна, вибрировал низким, бархатистым рокотом.

– Попробуй, чешуйчатый, – усмехнулся я, прижимая его к себе чуть крепче. – Теперь, когда я снова выше тебя, у тебя вряд ли получится скрутить меня в бараний рог.

Юки медленно приоткрыл один глаз. Чистейшая лазурь его зрачка сверкнула опасной, насмешливой искрой.

– Рост в бою не решает ничего, обезьяна. Я валил великанов втрое массивнее тебя одним движением наруча.

– Зато ты чертовски уютный, когда не пытаешься кого-нибудь четвертовать.

Юки тихо фыркнул, но сопротивляться моим объятиям не стал. Наоборот, он положил свою ладонь мне на грудь, прямо туда, где под кожей билось сердце Сунь Укуна, и на мгновение прикрыл веки, наслаждаясь тишиной. Однако эта передышка была иллюзорной. Я чувствовал тонкую, едва уловимую пульсацию яда в глубине его меридианов: проклятие Охквана, запечатавшее его в смертной плоти, все еще давало о себе знать. Чтобы снять его окончательно, нужно было уничтожить источник — самого Нефритового Императора.

– Пора вставать, Укун, – тихо, но уже совершенно серьезно произнес дракон, приподнимаясь на локте. Простыня соскользнула, обнажая его атлетический торс и глубокий рубец на лопатке. – Земля дрожит. Я чувствую шаги твоих друзей в тронном зале. И не только их.

Я вздохнул, признавая неизбежное. Мир смертных и мир богов не собирались давать нам медовый месяц.

Поднявшись с ложа, мы оделись без лишней суеты. Доспехи Ёнпё по моей мысленной команде ушли в пассивную форму, превратившись в удобные темные штаны, прочную безрукавку и алый шарф, повязанный вокруг шеи. Юки натянул свои просторные черно-золотые шаровары и короткое кимоно с вышитыми золотом драконьими чешуйками. Наручи на его запястьях тихо щелкнули, плотно обхватив предплечья до самых локтей. Его аккуратная, слегка взъерошенная стрижка делала черты лица еще резче, подчеркивая смертоносную грацию древнего воителя.

Когда мы вышли в главный зал Водной Завесы, военный совет был уже в сборе.

Гул голосов стих, стоило тяжелым каменным дверям распахнуться. Огромная пещера, через своды которой водопадом низвергалась хрустальная горная река, была залита утренним светом. В центре зала вокруг массивного круглого стола из зеленого нефрита стояли наши союзники.

Хан Дэви, скрестив руки на груди, опирался на спинку каменного стула. Его плечо полностью зажило, а единственный здоровый глаз смотрел цепко и собранно. Рядом стояла Ю Мира: ее длинные каштановые волосы были туго стянуты в хвост, новые круглые очки блестели в лучах солнца, а на поясе покоился меч с перекованным, удлиненным лезвием — кузнецы Королевы Умы постарались на славу, соединив обломки ее фамильного клинка с небесной сталью павших Нефилимов. Пак Ильпё сидел прямо на краю стола, лениво покручивая в пальцах огненный шарик лисьего пламени.

Генерал Бао, старый орангутан со шрамом через всю морду, стоял во главе десятка седых обезьяньих ветеранов, держа наготове карты Царства Мудрецов. А над столом, мерцая бирюзовым магическим светом, висела полупрозрачная проекция самой Королевы Умы.

– О, молодожены наконец-то соизволили почтить нас своим присутствием, – ехидно протянула королева демонов, сверкнув рубиновыми глазами из проекции. – Я уж думала, придется посылать осадный таран, чтобы выковырять вас из спальни.

– Завидуй молча, сестрица, – парировал я, подходя к столу и кладя руку на плечо генерала Бао. – Какова обстановка?

Лицо Умы мгновенно утратило насмешливое выражение. Она взмахнула рукой, и проекция карты над столом приблизилась, сфокусировавшись на верхних слоях атмосферы.

– Паршивая, – коротко бросил Дэви, поворачиваясь ко мне. – Мори, пока вы отсыпались, Ильпё зафиксировал аномалию на северной границе. Барьер Царства Мудрецов истончается. Небеса больше не пытаются действовать через подставных лиц или мелкие карательные отряды.

– Они мобилизуют регулярную армию, – подтвердил Ильпё, и огонек в его руке с шипением погас. – Мои лисы-разведчики докладывают: в верхних вратах собираются корабли Первого Небесного Царства. Воздух пропитан божественной ци такой плотности, что у слабых демонов в нижних долинах кровь носом идет.

– Нефилимы были лишь рабочим скотом, – глухо произнес Юки, подходя к столу и опираясь на него ладонями.

Его черно-золотые наручи слабо звякнули о нефрит. Небесно-голубые глаза дракона сузились, сканируя карту:

– Настоящая карательная мощь Нефритового Престола – это Боги Первого Неба. Архангелы. Метатрон, Уриил, Михаил... И принцы Натак. Если Охкван приказал очистить этот сектор, он пошлет тех, кто способен стирать горы одним ударом копья.

– Мы готовы к драке, – жестко сказала Мира, коснувшись эфеса своего обновленного меча. – После того, как мы увидели, что эти твари творили с детьми долины... Никто из нас не отступит. Но нам нужно понимать, с чем мы столкнемся. Наша человеческая сила на Земле имела предел. Здесь, в Царстве Мудрецов, правила другие.

– Она права, – кивнул Дэви. – Мне плевать, боги они или демоны, челюсти у всех ломаются одинаково. Но если на нас свалится армада размером с Сеул, махать кулаками наугад будет самоубийством.

Я посмотрел на своих друзей.

Они стояли передо мной — смертные люди, которые еще пару недель назад просто дрались на школьном турнире боевых искусств за свои скромные человеческие мечты. А теперь они стояли в сердце древнего королевства, готовые бросить вызов владыкам вселенной ради меня и моего народа.

– Вы не будете драться вслепую, – произнес я, и мой голос наполнился непоколебимой уверенностью истинного Царя. – Бао!

– Слушаю, Государь! – вытянулся старый ветеран.

– Открой Нижние Арсеналы Водной Завесы. Раздайте ветеранам доспехи из небесной бронзы. Всем гражданским и молодняку — уйти в глубокие пещеры под защиту родовых барьеров. Ума, твои летающие платформы прикроют фланги долины?

– Уже на позициях, Обезьяна, – оскалилась владычица бычьих демонов. – Мои парни соскучились по хорошей бойне. Мы не дадим пернатым ублюдкам зайти с тыла.

– Отлично. А вы трое... – я повернулся к Дэви, Мире и Ильпё. – Идемте со мной на внешнюю арену. До того, как небо рухнет, я покажу вам, как драться против тех, кто считает себя создателями законов физики.

***

Верхняя терраса Горы Цветов и Плодов представляла собой колоссальную круглую площадку из цельного белого камня, парящую над облаками. Отсюда открывался вид на всю Долину Обезьян: цветущие сады внизу казались маленькими изумрудными пятнами, а над горизонтом сгущалась зловещая, неестественно ровная полоса золотистых туч.

Юки стоял у края площадки, скрестив руки на груди. Ветер трепал его короткие черные волосы, а взгляд небесно-голубых глаз был устремлен в небо. Он наблюдал.

– Нападайте все трое, – спокойно сказал я, вставая в центре арены и вставая в базовую стойку Ре-тхэквондо. Ёнпё оставалась скрытой, Ёи уменьшенным покоился за ухом. – В полную силу. Не сдерживайтесь.

Дэви не заставил себя просить дважды.

– Волна Синего Дракона!

Воздух взорвался. Дэви сорвался с места, искажая гравитацию вокруг себя. Колоссальный водяной смерч, смешанный с синей ци Черепахи, ринулся на меня, снося каменные плиты террасы. Слева от него бесшумной тенью скользнула Мира: ее меч превратился в сплошную серебряную вспышку, рассекающую само пространство. Сверху, окутанный девятью хвостами белого лисьего пламени, обрушился Ильпё, обрушивая град огненных ударов когтями.

Идеальная комбинация. Сокрушительная, быстрая, смертоносная.

Но для меня мир вокруг словно замедлился в сотню раз.

– Слишком много лишних движений, – произнес я, когда кулак Дэви был в миллиметре от моего носа.

Я не стал ставить жесткий блок. Сместив корпус на полдюйма, я перенаправил кинетическую энергию удара Дэви ладонью, заставляя его кулак врезаться в лезвие Миры. Раздался оглушительный звон стали. В ту же секунду я поднырнул под падающего Ильпё, уперся рукой в плиту и выдал хлесткий, круговой удар ногой снизу вверх:

– Тхэквондо Семьи Джин: Хвечук!

Воздушная волна от моей ноги была настолько чудовищной, что буквально сдула пламя Девятихвостого Лиса, швырнув Ильпё назад. Дэви и Миру отбросило на добрых тридцать метров, их подошвы прочертили глубокие борозды в белом камне.

Они тяжело дышали, поднимаясь на ноги.

– Твою мать, Мори... – прохрипел Дэви, вытирая пот со лба. – Ты даже оружие не достал.

– Боги Небес не используют фехтование или кулачный бой ради красоты, – негромко произнес подошедший Юки.

Его шаги были бесшумными, а тонкий голос резал воздух, как лезвие.

– Они используют Первородный Закон, – дракон поднял правую руку, закованную в черно-золотой наруч. – Когда на вас падает Нефилим или Бог Первого Круга, они бьют не своей физической силой. Они меняют фундаментальные константы вокруг вас: увеличивают силу тяжести в миллион раз, обращают трение в ноль, разрывают связи между вашими клетками. Если вы будете полагаться только на свои земные техники — вы погибнете в первые секунды.

Юки сделал легкий взмах кистью.

Черно-золотой браслет вспыхнул. Пространство перед Дэви внезапно сжалось в сингулярную точку размером с яблоко, издав низкий, вибрирующий гул, от которого у смертных заложило уши. Дэви инстинктивно вскинул руки, ощутив, как его тело мгновенно прижало к камням невидимым прессом колоссальной гравитации.

– Чувствуешь? – спросил Юки, глядя на Дэви холодным, обучающим взглядом. – Это фундаментальная сила. Не сопротивляйся ей телом. Пропускай ее сквозь свою ци. Твоя Черепаха — хранитель Севера. Ее суть — не камень, ее суть — равновесие и пустота.

Дэви зарычал, стиснув зубы. Его единственный глаз вспыхнул яростным синим огнем. Вместо того чтобы пытаться разогнуть спину силой мышц, он закрыл глаза, глубоко вдохнул и позволил своей синей энергии растечься вокруг него широким, неподвижным озером.

Гравитационное давление Юки дрогнуло и мягко соскользнуло в сторону, разбившись о невидимый щит спокойствия. Дэви медленно, уверенно выпрямился во весь рост.

На губах Юки появилась редкая, одобрительная улыбка:

– Неплохо для смертного. Ты учишься быстрее, чем многие божественные генералы за века.

– Спасибо за комплимент, ящер, – усмехнулся Дэви, шумно выдыхая.

Но закончить тренировку нам не дали.

Внезапно золотистая полоса туч на горизонте разорвалась.

Звук не был похож на гром. Это был оглушительный, потусторонний вой, словно гигантскую шелковую ткань разорвали от горизонта до горизонта. Воздух мгновенно похолодел. Запах цветущих персиков испарился, вытесненный металлическим привкусом расплавленного золота и озона.

Из разорванного небесного купола ударил ослепительный столб света диаметром в несколько миль.

– Они здесь, – коротко бросил Юки.

Его фигура мгновенно преобразилась: расслабленность исчезла, уступив место смертоносной готовности Небесного Дракона. Черно-золотые наручи с сухим лязгом выпустили бритвенно-острые серповидные лезвия, а татуировка на руке запылала яростным сапфировым огнем.

Сквозь столб света, рассекая облака, спускалась армада.

Это были не неуклюжие корабли Нефилимов. Это были сияющие монолиты из белого нефрита и золота, похожие на исполинские летающие храмы. Их окружали сотни крылатых созданий в безупречных белых латах — тяжелая пехота Небесного Престола.

А впереди всей армады, паря на огромном золотом диске, медленно спускался предводитель карательного флота.

Существо пяти метров ростом. Четыре крыла из чистого света за спиной. Белоснежный доспех, покрытый рунами абсолютного порядка, и лицо — гладкая, слепая маска из полированного золота с единственным выгравированным оком Нефритового Императора посреди лба. В руках исполин держал гигантское копье, наконечник которого пульсировал нестабильной ядерной мощью умирающей звезды.

– Сунь Укун! – прокатился над Горой Цветов и Плодов голос гиганта.

Звук был настолько чудовищным, что скалы внизу начали осыпаться, а воды Водной Завесы пошли обратным ходом.

– Ты нарушил вечный покой! Ты осквернил волю Нефритового Императора, уничтожил наместника Престола и освободил мятежного Дракона! Именем Владыки Охквана... этот мир подлежит полному искоренению!

– Архангел Уриил, – негромко произнес Юки, встав со мной плечом к плечу. Его небесно-голубые глаза пылали холодной, безжалостной ненавистью. – Палач Седьмого Неба. Тот, кто лично вбивал духовные гвозди в мои лопатки две тысячи лет назад.

Я медленно повернул голову к мужу.

– Тот самый? – тихо спросил я.

– Тот самый, – подтвердил дракон, и его губы искривились в хищном оскале.

Вся сдержанность Джин Мори испарилась без следа. Внутри меня взревел Сунь Укун — дикий, непокорный бог, не признающий над собой ни владык, ни небес.

– Ёнпё! – рявкнул я.

Багрово-золотые пластины брони вспыхнули вокруг моего тела, покрывая грудь, руки и ноги несокрушимой чешуей. Алый плащ цвета запекшейся крови взметнулся за моей спиной, трепеща на ураганном ветру.

Я достал из-за уха крошечный шест:

– Расти, Ёи!

Алый багровый посох мгновенно удлинился, привычно лег в мою ладонь и задрожал, требуя крови богов. Золотой нимб Царя Обезьян вспыхнул над моей головой, разгоняя небесный свет золотой маски палача.

– Дэви! Мира! Ильпё! – скомандовал я, не оборачиваясь. – Пехота и корабли поддержки на вас! Не дайте им сбросить бомбы очищения на долину!

– Будет сделано, Капитан! – рявкнул Дэви, и его кулак окутался колоссальной синей аурой.

– Ни один пернатый не коснется персиковых садов, – холодно отозвалась Мира, обнажая клинок, который теперь горел чистым белым пламенем.

– Поохотимся! – взвыл Ильпё, и девять огненных хвостов понесли его прямо в небеса навстречу вражескому десанту.

Я посмотрел на Юки. Он стоял рядом — смертельно опасный, прекрасный, совершенный.

– Разорвем его на куски? – спросил я с дикой, звериной усмешкой.

– С превеликим удовольствием, мой Царь, – ответил Небесный Дракон.

– КИНТО-УН!

Грозовые раскаты разорвали небосвод. Исполинская лазурная туча вырвалась из пустоты, подхватила нас обоих и с ревом сверхзвукового истребителя понесла прямо ввысь — навстречу сияющему золотому гиганту.

Уриил вскинул свое копье, и наконечник вспыхнул лучом божественного уничтожения, способным испарить океан:

– Сгиньте, черви!

Луч ударил прямо в нас.

Но Юки был быстрее мысли. Словно лазурная молния, он сорвался с Кинто-Уна. Черно-золотые наручи на его руках скрестились, создавая абсолютный барьер из драконьей ци:

– Стиль Парящего Дракона: Рассечение Небесных Вод!

Его клинки разрубили луч божественной энергии пополам, разбросав смертоносные волны света по облакам. Пространство задрожало. В ту же секунду сквозь ослепительные искры прорвался я.

Ёи в моих руках раздулся до размеров циклопической башни.

– Получи свой долг назад, пернатый ублюдок! – взревел я, обрушивая многотонный алый посох прямо на золотую маску архангела.

Удар был такой силы, что звуковая волна смела первые ряды небесных кораблей, превратив их в золотую пыль. Маска Уриила треснула. Гигант взвыл от боли, его четыре крыла переломились, и пятиметровая туша палача рухнула вниз, прямо на парящую террасу, пробив ее насквозь.

Мы приземлились следом.

Юки приземлился первым — абсолютно бесшумно, грациозно, его черно-золотые наручи дымились от разрезанной божественной ци. Его сапог тяжело опустился прямо на разбитую грудь поверженного архангела, вминая золотые латы в плоть.

Уриил хрипел, золотая кровь пузырилась на его губах, стекая из-под расколотой маски. Единственный выгравированный глаз на его шлеме тускло мерцал:

– Вы... безумцы... – выдавил архангел, скребя когтями по белому камню. – Думаете... победа над передовым отрядом... спасет вас?.. Нефритовый Престол уже пришел в движение... Сам Император... сотрет вашу память снова... сотрет ваши души...

Юки медленно наклонился к нему.

Его небесно-голубые глаза были холоднее, чем лед на вершинах девятого неба. Лезвие его наруча с тихим щелчком выдвинулось вперед, зависнув в миллиметре от горла палача:

– Передай Охквану, когда твоя душа предстанет перед ним, – прошептал дракон бархатистым, леденящим душу голосом. – В этот раз забывать будем не мы. В этот раз мы сотрем с лица мироздания его трон.

Одно плавное движение руки. Вспышка лазурного пламени.

Тело архангела рассыпалось сияющим золотым пеплом, который тут же развеял горный ветер.

В небесах над нами гремела битва, но исход ее был предрешен. Дэви крушил корабли ударными волнами Черепахи, Мира разрезала золотые латы сотен солдат, а Ильпё выжигал ряды Нефилимов лисьим огнем. Небесная армада в панике отступала обратно в пространственный разлом.

Я подошел к Юки, положив Ёи на плечо. Багрово-золотая броня Ёнпё слабо гудела, откликаясь на пролитую божественную кровь.

Дракон повернулся ко мне. Ветер трепал его короткие черные волосы, а на фарфоровой щеке алела единственная капля золотой крови врага.

Я протянул руку и аккуратно стер эту каплю большим пальцем. Юки слабо улыбнулся, прикрыв глаза от моего прикосновения, и накрыл мою ладонь своей рукой в черно-золотом наруче.

– Это была лишь разведка, Укун, – тихо произнес он, глядя на затягивающийся небесный разлом.

– Я знаю, – ответил я, сжимая его пальцы. В моих янтарных глазах отражалось горящее небо Царства Мудрецов. – Но теперь они знают главное.

– И что же?

Я оскалился, чувствуя за спиной биение сердец своего народа и несокрушимую силу своих друзей:

– Что мы больше не прячемся. Пора собирать армию, Юки. Мы идем на Небеса.