Дракон
Шепот забытых легенд
Сун Джин Ву сидел в опустевшей кондитерской еще несколько минут после того, как колокольчик на двери возвестил об уходе странного подростка. На столе перед ним стояла пустая чашка, на дне которой медленно остывали чаинки, а на фарфоре отчетливо виднелся след — выжженное клеймо в форме драконьей лапы. Это не было магией маны, которую Джин Ву привык чувствовать. Это была чистая, концентрированная воля, отпечатанная в материи.
– «Система», – мысленно обратился он к интерфейсу, который всегда был перед глазами. – Проанализируй цель «Окумура Юки».
В воздухе всплыло привычное полупрозрачное окно, но вместо списков характеристик, навыков и титулов Джин Ву увидел лишь рябь статики.
[Внимание: Информация о цели недоступна.] [Ошибка: Сущность не соответствует параметрам текущего мира.] [Уровень угрозы: Невозможно определить.]
Джин Ву прищурился. Его сердце, измененное Системой, стукнуло ровно и тяжело. За всё время своего восхождения — от самого слабого охотника ранга E до Теневого Монарха — он не встречал ничего подобного. Даже правители подземелий, даже древние монархи имели свои границы, которые он мог прощупать. Но этот мальчик... Юки... он ощущался как целая вселенная, свернутая в крошечную фарфоровую куклу.
От него пахло небом, озоном и чем-то таким древним, что само время казалось рядом с ним младенцем. И этот странный разговор о Нефритовом Императоре и Короле Обезьян.
– Игрис, Бери — вы что-нибудь почувствовали? – негромко спросил Джин Ву, обращаясь к своим теням.
Из его тени, словно чернильные пятна на воде, поднялись два силуэта. Верховный рыцарь Игрис склонил голову в почтительном жесте, а Бери, бывший король муравьев, издал тихий, вибрирующий скрежет.
– Мой Повелитель, – голос Игриса прозвучал прямо в сознании Джин Ву. – Это существо... оно не принадлежит к миру живых или мертвых в привычном нам понимании. В его присутствии моя тень дрожала. Не от страха, но от тяжести его бытия.
– Он опасен, – прошипел Бери, его глаза-бусины горели яростью. – Могучий. Слишком могучий для такого маленького сосуда. Прикажите, и я...
– Нет, Бери, – оборвал его Джин Ву, жестом приказывая теням вернуться. – Он не враг. По крайней мере, пока. Но он знает то, чего не знаю я.
Джин Ву встал, бросил на стол купюру, покрывающую счет и «моральный ущерб» за напуганных охотников, и вышел на улицу. Солнце Сеула слепило глаза, но мысли его были далеко. Юки упомянул Сунь Укуна. Имя, знакомое каждому ребенку по сказкам и легендам. Но в устах этого мальчика оно прозвучало как имя старого соратника, возможно, даже виновника его нынешнего состояния.
– Если сказки — это не просто сказки, то ответы нужно искать не в отчетах Ассоциации, – пробормотал Джин Ву.
Он решил не возвращаться в штаб-квартиру или домой. Его путь лежал в Национальную библиотеку Кореи. В эпоху врат и магии люди стали забывать о старых книгах, предпочитая цифровые базы данных об охотниках и монстрах. Но Джин Ву интуитивно чувствовал: то, что он ищет, скрыто в пыли веков, а не в коде программ.
Библиотека встретила его тишиной и запахом старой бумаги. Джин Ву прошел в отдел древней мифологии и восточной философии. Его появление вызвало легкое замешательство у пожилого библиотекаря — охотники такого уровня редко заглядывали сюда, чтобы почитать о драконах и императорах.
– Мне нужны первоисточники о Нефритовом Императоре и Небесных Драконах, – сказал Джин Ву, стараясь сдерживать свою ауру, чтобы не напугать старика. – И всё, что касается проклятий, связанных с изменением облика божественных сущностей.
Библиотекарь, поправив очки, долго смотрел на него, а затем указал вглубь архива.
– Молодой человек, большинство этих текстов — лишь аллегории. Но если вас интересует «Путешествие на Запад» и неканонические свитки о Восстании Драконов... идите в сектор «Дао».
Джин Ву провел в архивах несколько часов. Его восприятие, усиленное Системой, позволяло проглатывать страницы за секунды. Он искал зацепки.
«...И тогда Небесный Дракон, чья чешуя была чернее ночи, а глаза сияли лазурью, восстал против воли Неба. Он не желал быть стражем границ, он желал свободы. Его мощь была равна десяти тысячам солнц, и даже небесные полководцы дрожали перед его яростью...»
Джин Ву перевернул страницу ветхого манускрипта.
«...Лишь Великий Мудрец, Равный Небу, Сунь Укун, смог остановить своего брата по оружию. Но не мечом и не силой, а хитростью и великой жертвой. Чтобы спасти Дракона от окончательного уничтожения разгневанным Императором, Укун наложил печать Десяти Тысяч Зим. Дракон был низвергнут, его дух заперт в смертной оболочке, а сила скована золотыми оковами, что станут его доспехом и его тюрьмой...»
Джин Ву замер. «Золотые оковы». Браслеты на руках Юки. Черно-золотые наручи, которые мальчик поглаживал с такой странной нежностью и грустью.
– Значит, это правда, – прошептал Джин Ву. – Ты не просто аномалия системы. Ты — божество, которое живет среди нас две тысячи лет.
Он закрыл книгу. Его тянуло к Юки не только из любопытства. Было нечто еще. С тех пор как Джин Ву стал Теневым Монархом, он чувствовал себя отделенным от человечества. Он был выше, сильнее, мрачнее. Он стал смертью. А Юки... Юки был жизнью, пусть и проклятой, старой и уставшей, но неимоверно яркой. В мире, который готовился к войне между Монархами и Правителями, этот «мальчик» был переменной, которую никто не учитывал.
– Ты сказал, что небо начнет падать, – Джин Ву посмотрел в окно на закатное небо. – И ты будешь там.
Внезапно воздух в библиотеке сгустился. Джин Ву мгновенно среагировал, призывая Кинжалы Осквернителя, но тут же опустил их. В тени между книжными стеллажами он увидел знакомый силуэт.
Юки стоял там, прислонившись к полке с книгами по кулинарии. Он выглядел всё так же: черные волосы, небесно-голубые глаза, золотые штаны. В руках он держал леденец на палочке.
– Быстро ты копаешь, Монарх, – произнес Юки, откусывая кусочек леденца. Хруст прозвучал в тишине библиотеки неестественно громко. – Но книги дают лишь тень истины. Ты хочешь знать, почему Укун сделал это?
Джин Ву убрал кинжалы в инвентарь.
– Ты следил за мной?
– Скорее, я чувствовал, как ты ворошишь моё прошлое. Это... немного щекотно, – Юки подошел ближе, его шаги были абсолютно бесшумными. – Укун не хотел, чтобы я стал частью этой бесконечной игры между светом и тенью. Он думал, что если я стану маленьким и слабым, мир оставит меня в покое.
– Но мир изменился, – заметил Джин Ву. – Появились врата. Появилась Система.
Юки горько усмехнулся, и в этом жесте Джин Ву увидел всю тяжесть его двухтысячелетнего существования.
– Твоя Система — это всего лишь попытка адаптировать высшие силы под понимание смертных. Но она не учитывает тех, кто был здесь до начала времен. Ты спрашивал, кто я. Я — память этого мира. И сейчас эта память говорит мне, что ты идешь по опасному пути, Сун Джин Ву.
Юки подошел вплотную к охотнику ранга S. Несмотря на разницу в росте, Джин Ву почувствовал, что на него смотрит некто, чей взгляд пронзает саму его душу.
– Тени, которыми ты повелеваешь, — это не просто солдаты, – продолжил Юки, понизив голос. – Это эхо великой трагедии. И когда настоящие хозяева этого эха придут, готов ли ты будешь стоять до конца?
– Я уже стою до конца, – твердо ответил Джин Ву. – У меня нет другого выбора.
Юки долго смотрел ему в глаза, а затем его лицо расслабилось, и он снова стал похож на обычного тринадцатилетнего подростка.
– Хороший ответ. Укуну бы ты понравился. Он тоже всегда пер напролом, даже когда небо трещало по швам.
– Где он сейчас? – спросил Джин Ву. – Король Обезьян.
Юки пожал плечами, и его наручи звякнули.
– Спит. Или играет в кости с ветром где-нибудь в другом измерении. Он оставил меня присматривать за этим миром, пока я «расту». Но, как видишь, я не очень-то прибавляю в росте.
Юки развернулся, собираясь уходить, но на пороге обернулся.
– Знаешь, Джин Ву... почему меня к тебе тянет?
– Почему?
– Потому что ты первый за две тысячи лет, кто не смотрит на меня как на бога или как на ребенка. Ты смотришь на меня как на проблему, которую нужно решить. Это освежает.
Юки подмигнул и исчез — не так, как исчезали тени, растворяясь в темноте, а просто став прозрачным, словно солнечный блик, который скрылся за облаком.
Джин Ву остался один в библиотеке. Он посмотрел на свои руки. Они были окутаны темной дымкой маны. Рядом с Юки эта мана казалась... вторичной.
– «Система», – произнес он в пустоту.
[Слушаю, Игрок.]
– Есть ли способ снять проклятие божественного уровня?
[Поиск информации... Доступ заблокирован. Недостаточный уровень полномочий.]
Джин Ву сжал кулаки. Значит, даже Система признавала мощь того, что сковывало Юки.
Он вышел из библиотеки, когда город уже погрузился в сумерки. Неоновые огни Сеула отражались в лужах, создавая иллюзию звездного неба под ногами. Джин Ву шел по тротуару, и люди невольно расступались перед ним, чувствуя исходящую от него мощь.
Внезапно его телефон завибрировал. Звонок из Ассоциации Охотников.
– Слушаю, – ответил он.
– Охотник Сун Джин Ву! – голос председателя Го Гун Хи был напряженным. – У нас чрезвычайная ситуация. В центре города, прямо над парком Намсан, открылись врата. Но они... они не синие и не красные.
– Какого они цвета? – Джин Ву остановился, глядя в сторону горы Намсан.
– Золотого. Мы никогда не видели ничего подобного. Манометры зашкаливают, приборы просто сгорают. Мы эвакуируем район, но...
– Я уже в пути, – отрезал Джин Ву.
Он сбросил звонок и вызвал Кайсела. Огромный теневой дракон материализовался прямо посреди улицы, вызывая панику среди прохожих. Джин Ву вскочил на спину ящера и взмыл в небо.
С высоты птичьего полета он увидел это. Над телебашней Намсан в пространстве зияла рваная рана, из которой лился ослепительный золотой свет. Это не было похоже на портал в мир монстров. Это было похоже на прорыв в другое измерение, полное чистого, неразбавленного величия.
И там, на самом пике башни, на тонком шпиле, сидела маленькая фигурка.
Юки.
Его кимоно развевалось на ветру, а золотые шаровары сияли в свете портала. В его руке больше не было леденца. Теперь он держал длинный, сегментированный хлыст-меч, который пульсировал древней силой.
– Пришли коллекторы, – голос Юки донесся до Джин Ву сквозь рев ветра, хотя мальчик даже не повернул головы. – Нефритовый Император нашел меня. Или, скорее, он нашел тебя, Монарх, и решил заодно прибраться в своем старом чулане.
Кайсел завис в воздухе в нескольких десятках метров от башни. Джин Ву спрыгнул на бетонную площадку смотровой палубы.
– Это то, о чем ты предупреждал? – спросил Джин Ву, вставая рядом с Юки.
– Это только начало, – Юки встал в полный рост на самом краю шпиля. Его татуировка дракона на руке начала светиться так ярко, что кожа казалась прозрачной. – Золотые Врата. Небесное воинство. Они не приходят договариваться. Они приходят карать.
Из золотого разлома начали появляться фигуры. Это не были уродливые орки или муравьи. Это были воины в сияющих доспехах, верхом на крылатых львах, с копьями, сотканными из света. Их аура была настолько тяжелой, что обычные люди внизу, вероятно, просто теряли сознание от давления.
– Ты сможешь сражаться в этом теле? – Джин Ву призвал свои тени. Тысячи воинов поднялись из его собственной тени, готовясь к битве с небесами.
Юки рассмеялся, и в этом смехе впервые прозвучала истинная ярость Небесного Дракона.
– Мои крылья могут быть связаны, Монарх. Но мои когти всё еще остры.
Он ударил браслетом о браслет, и по всему Сеулу пронесся звук, похожий на удар колокола, пробуждающего богов.
– Сунь Укун проклял меня, чтобы спасти, – прошептал Юки, и его глаза вспыхнули вертикальным золотым зрачком. – Но он забыл, что дракон в клетке — это всё еще дракон.
Золотой свет из врат столкнулся с черным туманом теней Джин Ву. В центре этого столкновения стояли двое: Теневой Монарх, ставший богом среди людей, и Небесный Дракон, ставший ребенком среди богов.
– Не отставай, – бросил Юки и первым прыгнул прямо в гущу золотого воинства, превращаясь в размытую черно-золотую полосу.
Джин Ву последовал за ним, и небо над Сеулом взорвалось искрами, когда столкнулись две эпохи, две магии и две судьбы, которые никогда не должны были встретиться. Битва, о которой не напишут в учебниках истории охотников, началась. И Джин Ву понимал: после этой ночи мир уже никогда не будет прежним. Потому что теперь он знал — за пределами Системы и рангов существуют силы, способные стереть реальность одним взмахом крыла. И одна из этих сил только что попросила его «не отставать».