← Назад к обзору

Боец Поттер

Протокол «Размещение»

Тишина в Большом Зале была настолько плотной, что, казалось, ее можно было потрогать. Сотни свечей, погасших мгновение назад, оставили после себя лишь тонкие струйки дыма, вившиеся в воздухе. Единственными источниками света были синее пламя Кубка Огня и холодное, неземное сияние, исходившее от трапа, на котором еще секунду назад стояли пришельцы.

Дамблдор, обычно излучавший спокойствие и мудрость, выглядел растерянным. Его взгляд был прикован к юноше, который назвался Гарри Поттером, но в котором не было ничего от того мальчика, которого он помнил. Этот Гарри был выше, шире в плечах, его осанка была выправкой солдата, а глаза… глаза были самой страшной переменой. В них не было ни искры жизни, ни юношеского любопытства, лишь холодный блеск изумрудных линз, сканирующих окружение.

– Гарри, мальчик мой… – начал было Дамблдор, пытаясь вернуть себе контроль над ситуацией своим привычным, отеческим тоном. – Мы не знали… Мы думали…

– Ваши мысли и предположения иррелевантны, – прервал его Гарри, и его ровный, лишенный интонаций голос пронесся по залу, заставляя студентов в первых рядах поежиться. – Согласно условиям магического контракта, инициированного Кубком Огня, я обязан участвовать в Турнире. Мы здесь для выполнения этого условия.

– Мы? – эхом отозвалась профессор МакГонагалл, встав со своего места. Ее лицо было строгим, как никогда. – Кто вы такие? И что это за… аппарат, на котором вы прибыли? Вы нарушили все защитные чары Хогвартса!

Вперед выступила Белиал. Она смерила МакГонагалл взглядом, в котором читалось не высокомерие, а простое осознание собственного превосходства, как если бы взрослый смотрел на расшумевшегося ребенка.

– Профессор МакГонагалл, я полагаю? – ее голос был подобен бархату, обернутому вокруг стали. – Я Белиал, директор Академии передовых боевых дисциплин «Кисараги». Это, – она сделала легкий жест в сторону Гарри, – наш студент, Гарри Поттер. А это, – она кивнула на Бойца №6 и Алису, стоявших чуть позади, – его группа поддержки. Мы не нарушали ваши «чары». Мы прошли сквозь них. Если ваша система безопасности не способна противостоять стандартному частотному модулятору, возможно, вам стоит задуматься о ее модернизации.

Боец №6 громко зевнул, прикрыв рот рукой.

– Ну так что, долго мы тут будем стоять? – протянул он, обращаясь скорее к Белиал, чем к волшебникам. – У меня от этого вашего средневековья уже спину ломит. Тут хоть торговые автоматы есть? Я бы не отказался от газировки.

– Молчать, Шестой, – не поворачивая головы, бросила Белиал. – Жди инструкций.

– Гарри!

Этот крик прорвал напряженную атмосферу. Лили Поттер, не в силах больше сдерживаться, бросилась вперед от преподавательского стола. Ее лицо было мокрым от слез, руки протянуты к сыну. Джеймс последовал за ней, его лицо было искажено смесью гнева и боли.

– Гарри, сынок, это ты! Боже, мы так волновались! Что с тобой стало? Кто эти люди?

Она была уже в нескольких шагах от него, готовая заключить его в объятия, но замерла. Гарри не сдвинулся с места. Он просто смотрел на нее, и его взгляд был абсолютно пустым. Часы на его запястье тихо пискнули.

– Идентификация: Объект «Лили Поттер». Биологическая мать. Эмоциональное состояние: нестабильное. Уровень угрозы: нулевой, – произнес он монотонно, словно зачитывая отчет. Затем его взгляд переместился на Джеймса. – Идентификация: Объект «Джеймс Поттер». Биологический отец. Эмоциональное состояние: агрессия, замешательство. Уровень угрозы: минимальный.

Лили застыла, словно получив удар. Слово «объект» повисло в воздухе, холодное и чужое.

– Что?.. Гарри, что ты такое говоришь? – прошептала она.

– Я констатирую факты, – ровно ответил он. – Вы являетесь моими биологическими родителями. Этот факт занесен в мою базу данных. Никакой другой значимости он не имеет.

– Как ты смеешь! – взорвался Джеймс. Он выхватил палочку. – После всего, что мы… Мы думали, ты…

– Вы думали, я мертв? Или просто надеялись, что я не вернусь и не испорчу вам праздник? – в голосе Гарри впервые прорезалась едва заметная нотка – не злость, а ледяное презрение. – Ваши ожидания – не моя проблема. Моя проблема – этот Турнир.

– Ах ты, предатель! – раздался возмущенный голос со стороны комнаты для чемпионов. Годрик Поттер, «Мальчик-Который-Выжил», вышел вперед, сжимая кулаки. Его лицо пылало от гнева. – Явился, не запылился! Думал, мы тебя не узнаем, сквиб? Что это за цирк ты устроил? Решил опозорить семью?

Гарри медленно повернул голову в его сторону. Он окинул брата взглядом с головы до ног, как энтомолог изучает насекомое.

– Объект «Годрик Поттер». Брат-близнец. Уровень магической силы: повышенный, нестабильный. Источник повышения: внешнее переливание. Вероятный противник в предстоящем состязании. Уровень угрозы: средний, ввиду непредсказуемости и завышенной самооценки.

Годрик побагровел.

– Да я тебя!..

– Достаточно, – властный голос Белиал остановил назревающую сцену. Она сделала шаг вперед, вставая между Гарри и его семьей. – Семейные драмы нас не интересуют. Мы здесь по делу. Директор Дамблдор, мы требуем немедленного размещения нашей делегации. Нам необходимы отдельные, изолированные апартаменты с независимым входом и правом на установку собственного периметра безопасности. Мы не будем проживать в общих комнатах со студентами.

Дамблдор, казалось, немного пришел в себя. Он опустил взгляд на Лили и Джеймса, которые стояли, раздавленные холодностью Гарри, затем снова посмотрел на Белиал.

– Мадам, я понимаю ваше беспокойство, но Хогвартс – самое безопасное место в Британии. У нас есть прекрасные гостевые комнаты…

– Ваши понятия о безопасности устарели примерно на триста лет, – отрезала Белиал. – Нам не нужны «гостевые комнаты». Нам нужна оперативная база. Алиса.

Андроид сделала шаг вперед. Ее синтетические глаза моргнули, и перед ней в воздухе возникла голографическая карта Хогвартса, светящаяся синими линиями. Студенты ахнули.

– Анализ структуры замка завершен, – произнесла Алиса своим ровным, безжизненным голосом. – Северная башня, ранее использовавшаяся для астрономии, в данный момент заброшена. Структурная целостность – 97%. Имеет три уровня и выход на крышу, что обеспечивает тактическое преимущество и удобную точку для связи. Расположена в отдалении от основных студенческих потоков. Она нам подходит.

Дамблдор моргнул, глядя на парящую в воздухе карту. Он никогда не видел такой магии.

– Но эта башня… она не использовалась десятилетиями. Она в ужасном состоянии.

– Это нас не беспокоит, – сказала Белиал. – Мы приведем ее в порядок. Итак, мы занимаем Северную башню. Это не обсуждается. Наш чемпион будет готовиться к Турниру по нашей собственной программе. Любые попытки связаться с ним без моего прямого разрешения будут расценены как враждебный акт. Это касается всех. – Она обвела взглядом преподавательский стол, задержавшись на Поттерах. – Особенно семьи.

Джеймс хотел что-то возразить, но Лили схватила его за руку. В ее глазах была мольба. Она поняла, что сейчас любой напор только усугубит ситуацию.

Дамблдор тяжело вздохнул. Он оказался в ловушке. С одной стороны – правила Турнира и нерушимый магический контракт. С другой – эти странные, пугающе эффективные люди с их непонятной «технологией», которые явно не собирались играть по его правилам. Выгнать их он не мог. Заставить подчиняться – тоже.

– Хорошо, – наконец произнес он. – Северная башня в вашем распоряжении. Профессор МакГонагалл проводит вас.

– В этом нет необходимости, – ответила Белиал. – Мы знаем дорогу.

Она развернулась.

– Группа, за мной. Протокол «Размещение» – в действие.

Четверка, не говоря больше ни слова, двинулась к выходу из Большого Зала. Их шаги гулко отдавались в тишине. Когда они проходили мимо стола Слизерина, Гарри на долю секунды встретился взглядом со Снейпом. Профессор зельеварения смотрел на него не с привычной ненавистью к Поттерам, а с холодным, исследовательским интересом. Он увидел не копию Джеймса, а нечто совершенно иное. Нечто, что заслуживало изучения.

Как только за ними закрылись огромные двери, Большой Зал взорвался гулом сотен голосов.

***

Северная башня действительно была в плачевном состоянии. Толстый слой пыли покрывал все поверхности, окна были затянуты паутиной, а в углах валялся всякий хлам, оставленный поколениями студентов-астрономов. Воздух был спертым и пах тленом.

– Фу, какая гадость, – скривился Боец №6, пнув ногой старый, сломанный телескоп. – Тут даже крысы, наверное, сдохли от тоски. Зачем нам эта помойка?

– Изоляция, Шестой, – ответила Белиал, осматриваясь. – Идеальная точка для развертывания. Алиса, начинай.

Алиса молча достала из небольшого контейнера на поясе серебристый шар размером с кулак и бросила его в центр комнаты. Шар завис в воздухе и раскрылся, как цветок, выпустив из себя облако микроскопических нанитов. Они разошлись по помещению, и началось преображение.

Пыль и паутина исчезали, словно их всасывал невидимый пылесос. Грязь на каменных стенах и полу растворялась, оставляя после себя чистую, стерильную поверхность. Сломанная мебель и хлам распадались на молекулы. За несколько минут три этажа башни были вычищены до блеска.

– Вау, – присвистнул Шестой. – Вот бы мне такую штуку для моей квартиры.

Затем Алиса разместила по периметру несколько небольших дисков. Они тихо загудели, и по стенам пробежала едва заметная голубая рябь.

– Периметр безопасности установлен, – доложила она. – Акустическая изоляция, маскировочное поле, сенсоры движения. Любой несанкционированный доступ будет немедленно заблокирован, а нарушитель – нейтрализован нелетальным зарядом нейротоксина.

– Прекрасно, – кивнула Белиал. Она подошла к высокому стрельчатому окну, теперь идеально чистому, и посмотрела вниз на территорию Хогвартса. – Связь с Лилит.

Серьга в ее ухе тихо пискнула.

– Белиал! Я вас слышу! – раздался в коммуникаторах восторженный голос Лилит. – Какие показатели! Какие эманации! Это место просто пропитано этой вашей «магией»! Мои датчики сходят с ума! Гарри, как ты себя чувствуешь? Твои биометрические показатели подскочили во время контакта с биологическими родителями!

Гарри, стоявший у стены, не изменился в лице.

– Адреналиновый всплеск в рамках нормы для стрессовой ситуации. Состояние стабильное.

– А братец? А братец-то какой надутый индюк! – хихикнула Лилит. – Я всё видела через твой сканер! Ты так здорово его опустил! Это было почти так же хорошо, как препарировать сову! Кстати о совах, я тут выяснила, что их можно использовать как био-дроны! Если перепрошить им нервную систему…

– Лилит, ближе к делу, – прервала ее Белиал. – Нам нужно оборудовать базу. Запускай развертывание.

– Уже в процессе!

Над центром комнаты, где недавно висел чистящий шар, воздух замерцал и уплотнился. Через секунду на пол бесшумно опустился большой металлический контейнер, доставленный с помощью микро-телепортационной технологии. Алиса открыла его. Внутри, в специальных ячейках, находилось оборудование: тактические терминалы, медицинский сканер, оружейные модули и контейнеры с пайками.

За десять минут заброшенная магическая башня превратилась в футуристический аванпост «Кисараги». Мягко гудели серверы, на голографических экранах отображались схемы замка и биометрические данные команды.

– Итак, подведем первые итоги, – Белиал села в развернутое тактическое кресло. – Фаза инфильтрации прошла успешно. Нас приняли, хоть и без особого восторга. Легенда работает.

– Еще бы она не работала, – проворчал Шестой, уже распаковывая свой паек с лапшой быстрого приготовления. – С такой-то пушкой, как наш шаттл, они бы нас приняли, даже если бы мы назвались сантехниками из ада. Кстати, об Очках Зла. Я правильно понимаю, что за унижение семьи и высокомерного братца нашему Гарри что-то начислят?

– Анализ потенциальных Очков Зла будет произведен позже, – монотонно ответила Алиса. – Первоочередная задача – подготовка к первому испытанию Турнира. Информация о нем отсутствует. Необходимо начать сбор данных.

– Этим и займемся, – кивнула Белиал. – Шестой, твоя задача – ассимиляция на низшем уровне. Прощупай студенческую среду. Слухи, сплетни, слабые места. Выясни все, что сможешь, о Турнире. И постарайся не попасться на вымогательстве. Хотя бы в первый день.

– Есть! – бодро ответил Шестой, прихлебывая лапшу. – Проникнуть в доверие к детишкам и выведать их секреты. Мой любимый жанр.

– Алиса, ты займешься технической разведкой. Сканируй замок, ищи скрытые проходы, источники энергии, библиотеки. Мне нужен полный отчет по инфраструктуре этого места к утру.

– Принято.

– А ты, Гарри… – Белиал посмотрела на него. – Тебе нужно отдохнуть и подготовиться. Первое испытание будет скоро. Они будут следить за каждым твоим шагом. Особенно Дамблдор. И твоя… семья.

– Я готов, – коротко ответил Гарри.

– Я знаю, – ее голос смягчился. – Ты отлично справился там, внизу. Я горжусь тобой.

Он ничего не ответил, лишь едва заметно кивнул.

***

В кабинете директора царила напряженная атмосфера. Дамблдор мерил шагами комнату, его пальцы нервно теребили бороду. Напротив него сидели Джеймс и Лили Поттер. Джеймс был зол, Лили – сломлена.

– Альбус, что это было? – наконец спросил Джеймс, вскакивая. – Кто эти люди? Что они сделали с моим сыном? Он говорил как… как голем! «Объект»! Он назвал свою мать «объектом»!

– Я не знаю, Джеймс, – устало ответил Дамблдор. – Я знаю не больше вашего. Когда мы отправили его к Дурслям…

– Ты отправил его к Дурслям! – перебила его Лили, поднимая заплаканное лицо. – Ты сказал, что там он будет в безопасности! Что защита крови…

– И он был в безопасности от Пожирателей Смерти, Лили. Но, видимо, не от другого мира. Мира маглов. Похоже, они нашли его раньше нас. Эта «Академия Кисараги»… Я никогда о ней не слышал. Ни в одном справочнике. Это не магическая школа.

– Это какая-то магловская секта? – предположил Джеймс. – Они промыли ему мозги?

– Их технологии… Эта карта, этот аппарат… Это не похоже на обычных маглов, – задумчиво произнес Дамблдор. – Это нечто иное. И они опасны. Их лидер, эта женщина… Белиал… Она говорила с нами так, словно мы – туземцы, которым она приехала продавать стеклянные бусы.

– Мы должны забрать его! – воскликнул Джеймс. – Он наш сын! Мы не можем позволить ему оставаться с ними!

– И как ты себе это представляешь? – Дамблдор остановился и посмотрел на него. – Вломиться в их башню? Они установили там свою защиту. И Гарри… ты видел его? Он не хочет идти с нами. Силой мы его не заберем. Начнется открытый конфликт, а у нас в замке делегации из Дурмстранга и Шармбатона. Мы не можем этого допустить.

– Так что же нам делать? Сидеть и смотреть, как наш сын участвует в этом смертельном Турнире под командованием этих… чудовищ? – голос Лили сорвался.

– Нет, – сказал Дамблдор, и в его глазах блеснул знакомый огонек хитрости. – Мы будем наблюдать. И ждать. Турнир – это серьезное испытание. Он заставит Гарри показать все, на что он способен. И он заставит его чувствовать. Страх, боль, азарт… Это прорвет ту ледяную корку, которой они его покрыли. Нам нужно быть рядом в этот момент. Нам нужно достучаться до него. Особенно тебе, Лили. Ты его мать.

Лили Поттер вытерла слезы и решительно кивнула. Надежда, пусть и слабая, вернулась к ней.

– Я верну его, Альбус. Я верну своего мальчика.

Дамблдор ободряюще улыбнулся, но в глубине души он чувствовал ледяной холод. Он смотрел в глаза Гарри Поттера в Большом Зале и не увидел там мальчика, которого можно было бы «вернуть». Он увидел там приговор. И этот приговор был вынесен ему лично.

***

Поздней ночью в Северной башне было тихо. Шестой и Алиса отправились выполнять свои задания. Гарри стоял у окна, глядя на темные очертания Запретного Леса. В башне горел лишь тусклый свет от мониторов.

Сзади бесшумно подошла Белиал. Она обняла его за талию, положив подбородок ему на плечо. От нее пахло дорогим парфюмом и властью.

– О чем думаешь? – тихо спросила она.

– Анализирую данные. Просчитываю варианты для первого испытания.

– Лжец, – прошептала она ему на ухо. – Твой пульс снова учащен. Ты думаешь о них.

Гарри молчал.

– Каково это было? Увидеть их снова?

Он помедлил, а затем ответил, и в его голосе прозвучало нечто новое, не похожее на обычную холодную отстраненность.

– Удовлетворительно.

Белиал улыбнулась в темноте.

– Удовлетворительно?

– Выражение лица Объекта «Лили Поттер», когда я назвал ее «объектом». Уровень ее душевной боли, согласно сканеру, достиг 8.7 по десятибалльной шкале. Выражение лица Объекта «Годрик Поттер», когда я проанализировал его как угрозу среднего уровня. Его эго было уязвлено. Это было… эффективно.

– О, Гарри, – она развернула его к себе и заглянула ему в глаза. В полумраке башни они казались почти черными. – Ты не просто следовал протоколу. Ты наслаждался этим. Ты хотел причинить им боль.

Он не стал отрицать. Он притянул ее к себе и поцеловал – властно, требовательно, вымещая в этом поцелуе все то, что кипело под его ледяной маской. Это был поцелуй хищника, попробовавшего первую кровь после долгого голода.

– Они хотели героя, – прошептал он, отрываясь от ее губ. – Они получили его в лице Годрика. Но они забыли, что в каждой истории, где есть герой, должен быть и злодей.

– И ты будешь лучшим злодеем, какого только видел этот мир, – с гордостью ответила Белиал, проводя пальцами по его щеке. – Мы покажем им, что такое настоящее зло. Не сказочные страшилки с темными лордами и змеями. А холодное, расчетливое, корпоративное зло. Эффективное. Абсолютное.

Она снова поцеловала его, уже мягче, обещая и поддерживая.

– Этот Турнир – наша сцена. Каждое испытание – это акт в нашей пьесе. И в финале, когда падет занавес, аплодировать будут только нам. А они… они заплатят за все. С процентами.

Гарри посмотрел в окно, на замок, спящий под луной. Когда-то это место было для него мечтой о спасении. Потом оно стало символом предательства. Теперь это была просто цель. Объект «Хогвартс». И он, Агент Поттер, прибыл для его враждебного поглощения.

Игра началась. И правила в ней устанавливала «Кисараги».