← Назад к обзору

Второй Поттер на службе AST

Тихая гавань под стальными крыльями

В закрытом терминале порта Иокогамы пахло машинным маслом, морской солью и озоном от работающих на полную мощность подавителей пространственных аномалий. Этот запах не имел ничего общего с привычным для волшебников ароматом сушеной полыни, старых пергаментов и сырости родовых подземелий. Здесь пахло другим миром — миром, где логика, расчет и технологии вытеснили суеверия и средневековую спесь.

Дафна Гринграсс уткнулась лицом в жесткую ткань композитного бронежилета на груди Гарри, и ее пальцы судорожно впились в ремни разгрузки. Она не плакала вслух — безупречное воспитание древнего рода не позволяло ей рыдать на глазах у посторонних, но ее плечи мелко, судорожно вздрагивали. Вся ее пресловутая маска «Ледяной принцессы Слизерина» осыпалась прахом за три недели бегства через объятую огнем Европу.

– Тише, Дафна... – негромко, спокойно произнес Гарри, мягко положив ладонь ей на затылок. – Все позади. Вы добрались.

– Гарри... они сожгли мэнор, – глухо, почти беззвучно выдохнула она, не поднимая головы. – Пожиратели пришли на третий день после суда над Дамблдором. Отец успел активировать аварийный портключ до Франции, но... Астория... ее проклятие обострилось из-за темного пламени. Мы бежали как крысы. По Ла-Маншу, на магловской шхуне, прячась под брезентом от дементоров.

Гарри осторожно отстранил девушку, заглядывая в ее осунувшееся, бледное лицо. Синие глаза Дафны запали, под ними чернели круги от многодневной бессонницы, но в глубине зрачков сквозила та самая стальная воля, за которую он уважал ее еще на первом курсе.

Чуть поодаль стояла Флёр Делакур. Французская вейла держала за руку младшую сестру. Маленькая Габриэль, испуганно озираясь на молчаливых японских солдат в футуристической броне, пряталась за подол дорожного плаща Флёр. Сама старшая Делакур выглядела уставшей до предела, но в ее взгляде горела яростная, хищная решимость защитницы.

– Мы в неоплатном долгу перед тобой, Гарри, – произнесла Флёр на певучем, слегка надтреснутом английском. – Французское министерство напугано. Они закрывают глаза на то, что творится за проливом, и боятся даже собственной тени. Если бы не связи моей семьи с японскими торговыми домами и твое имя в сопроводительных документах, нас бы интернировали в лагерь для беженцев в Марселе.

– Оставьте долги для чистокровных снобов, Флёр, – покачал головой Гарри. – Вы помогли мне, когда Британия вытирала об меня ноги на Турнире. Вы не отвернулись от меня, когда Дамблдор объявил меня предателем. Я просто возвращаю то, что должен.

Он повернулся к третьей девушке, сидевшей на стальном грузовом контейнере.

Сьюзен Боунс сжимала в руках круглый золотой значок с гравировкой британского Аврората — единственное, что осталось у нее от тети Амелии. Рыжие волосы девушки выбились из-под капюшона, щека была исцарапана, а взгляд казался мертвым, остекленевшим.

– Они убили ее прямо в коридоре нашего дома, Гарри, – тихо, без единой слезинки сказала Сьюзен. – Тетя Амелия до последнего верила в закон. Она отказывалась бежать. Она говорила, что Визенгамот одумается, что Дамблдор найдет выход... А потом пришли егеря Волан-де-Морта. Без суда. Без обвинений. Просто зеленые вспышки сквозь витражи. Я выжила только потому, что Дафна вытащила меня через каминный лаз.

– Британского закона больше нет, Сьюзен, – Гарри подошел к ней и опустился на одно колено, чтобы оказаться на одном уровне с ее глазами. – Как нет и Визенгамота. Британия сейчас — изолированный могильник, отгородившийся куполом от всего мира. Но вы здесь. И пока вы дышите, память о вашей семье жива.

Сзади послышался сухой стук каблуков по металлу.

Капитан Рёко Кусакабэ и сержант Тобиичи Оригами подошли ближе. Рёко сняла шлем, перехватив его под мышку. Ее внимательный, цепкий взгляд опытного офицера быстро оценил физическое и психологическое состояние прибывших: истощение, глубокий стресс, отсутствие тяжелых ранений, за исключением младшей девочки.

Астория Гринграсс сидела на чемодане, укутанная в дорожный плед. Девочка тяжело дышала, ее тонкие запястья были покрыты темными, пульсирующими венами — родовое кровяное проклятие медленно, но неумолимо выжигало ее жизненные силы, ускоренное стрессом и сыростью трюмов.

– Это твои друзья, Гарри? – мягко спросила Рёко по-японски.

– Да, – ответил он на том же языке, поднимаясь на ноги. – Те, кто не предал.

Рёко кивнула и перешла на безупречный, четкий английский с легким военным акцентом:

– Добро пожаловать в Японию, дамы. Я капитан Рёко Кусакабэ, командир специального тактического подразделения AST города Тенгу. И по совместительству — законная супруга человека, ради которого вы пересекли половину земного шара.

Дафна замерла, переводя ошеломленный взгляд с красивой, уверенной в себе японки в боевой броне на Гарри, а затем на простое платиновое кольцо на его пальце:

– Супруга?.. Ты... ты женился, Гарри?

– Два года назад, – Гарри открыто улыбнулся и на мгновение коснулся плеча Рёко. – И это было лучшим решением в моей жизни. Но подробности позже. Сейчас главный вопрос: что с вами делать.

Флёр нахмурилась, ее пальцы инстинктивно сжались на плече маленькой Габриэль:

– Нас... депортируют? Министерство магии Франции говорило, что страны Азии крайне неохотно принимают магов европейского круга. Статут секретности здесь соблюдается совершенно иначе.

– Вас не депортируют, – холодно констатировала Оригами, не отрываясь от своего коммуникатора. – Однако получение официального статуса гражданина через Министерство обороны или полицию невозможно. Вы не владеете языком, не имеете подтвержденных документов, признаваемых нашей бюрократической системой, и несете в себе нестабильные энергетические ядра. Служба безопасности заблокирует любые запросы на постоянное проживание.

– Тогда куда нам идти? – в голосе Сьюзен прорезалась глухая паника. – В магловские трущобы? Без палочек? Без права на работу?

– Палочки вам здесь все равно не понадобятся, – перебил ее Гарри. – В Японии размахивание куском дерева в общественном месте приравнивается к демонстрации огнестрельного оружия без лицензии. Но на улицу вас никто не выбросит. Я обещал позаботиться о вас — и я сделаю это.

Он сделал паузу, окинув взглядом своих спутниц:

– Армия для вас закрыта. Но есть другая организация. Та самая, которая обеспечила политическое и технологическое прикрытие во время разгрома Дамблдора. Структура, которая стоит над министерствами магии и над обычными правительствами.

– «Рататоск», – произнесла Дафна, вспоминая обрывки слухов, которые доходили до Европы перед самым закрытием границ. – Организация, изучающая пространственные разломы?

– И не только, – Гарри нажал кнопку на тактическом браслете. – Организация, которая строит будущее, пока старый мир убивает сам себя. Им нужны ваши знания. А вам нужна их защита. Транспорт уже прибыл.

***

Перемещение не было похоже ни на аппарацию, ни на использование портключа.

Когда вся группа поднялась на крышу портового терминала, небо над ними внезапно задрожало. Лазурные вспышки света окутали прибывших мягким теплом, гравитация на долю секунды исчезла, и мир вокруг растворился в каскаде светящихся геометрических фигур.

Габриэль испуганно вскрикнула, спрятав лицо в плащ сестры, но уже через мгновение под их ногами оказалась твердая рифленая сталь.

– Захват завершен. Телепортационный шлюз заблокирован, – раздался спокойный механический голос бортового компьютера.

Дафна, Флёр и Сьюзен застыли, не в силах вымолвить ни слова.

Они стояли на огромном командном мостике дирижабля «Фраксинус». Сквозь циклопическое панорамное бронестекло открывался захватывающий дух вид: бескрайнее синее небо, залитое полуденным солнцем, перистые облака далеко внизу и гигантский сверкающий мегаполис, раскинувшийся по берегам залива. Внутри мостика царила атмосфера высочайшей технологической эффективности: мерцали голографические экраны, переговаривались операторы в бордовой униформе, тихо гудели квантовые генераторы.

– Мерлин всемилостивый... – прошептала Сьюзен, медленно оседая бы на пол, если бы Дафна не подхватила ее под руку. – Мы... мы летим? Без чар левитации? Без метел?

– Это боевой крейсер водоизмещением в тридцать тысяч тонн, мисс Боунс, – раздался с капитанского возвышения звонкий девичий голос. – И он держится в воздухе благодаря генераторам искажения гравитации, а не вашим пыльным заклинаниям.

На мостике появилась Котори Ицука. Командующая «Рататоска» неспешно спустилась по металлическим ступеням. Белый мундир с золотыми эполетами сидел на ней безупречно, в зубах покачивался вишневый «Чупа-чупс», а черные ленты в огненно-красных волосах придавали ее образу обманчиво детский, но при этом зловещий вид.

Рядом с ней шла высокая женщина с пепельно-голубыми волосами и сонным взглядом — Рейне Мурасамэ. А чуть позади, в безупречно отглаженном белом халате поверх строгого костюма, спешила Гермиона Грейнджер.

– Дафна! Сьюзен! Флёр! – Гермиона бросилась вперед, на ходу забывая о служебном протоколе.

– Грейнджер?.. – Дафна отшатнулась, не веря собственным глазам.

В ее памяти Гермиона оставалась лохматой, вечно встревоженной гриффиндорской заучкой, которая на четвертом курсе едва не падала в обморок от высокомерных взглядов Малфоя. Сейчас же перед ними стояла взрослая, уверенная в себе женщина-ученый. Волосы были собраны в стильную прическу, на лацкане халата тускло поблескивал серебряный значок заместителя начальника исследовательского сектора, а в глазах читался спокойный, ясный авторитет.

– Ты жива! – Сьюзен шагнула навстречу, и Гермиона крепко, по-человечески обняла сначала ее, а затем ошеломленную Дафну.

– Благодаря Гарри, – Гермиона отстранилась, ее лицо стало серьезным. – Я знаю, что произошло в Англии. Доклады нашей разведки ложатся мне на стол каждое утро. Мне жаль вашу тетю, Сьюзен. И мне жаль поместье Гринграссов. Но поверьте мне: здесь вы начнете жить заново. По-настоящему.

Котори остановилась в трех шагах от группы беженцев, смерила их долгим, пронзительным взглядом алых глаз и хрустнула карамелью:

– Хватит сантиментов. Я командующая Ицука. Лейтенант Кусакабэ поручился за вас, а слово Гарри на этом корабле ценится на вес золота. Однако «Рататоск» — не благотворительный фонд для европейской знати. Нам не нужны нахлебники. Если вы хотите остаться в Тенгу, получить безопасность, жилье и средства к существованию — вы должны доказать свою функциональную полезность.

Дафна выпрямилась во весь рост. Несмотря на дорожную пыль и помятую одежду, в ней мгновенно проснулась наследница древнего рода:

– Мы не просим подачек, командующая. Род Гринграсс веками вел учет международной торговли и тайных архивов. Я знаю структуру магических рынков от Каира до Санкт-Петербурга. Я умею анализировать потоки ресурсов, составлять контракты, которые невозможно разорвать, и вычислять скрытые мотивы оппонентов до того, как они сядут за стол переговоров.

Котори прищурилась, переведя взгляд на Гермиону:

– Грейнджер, что скажешь?

– Она говорит правду, Котори, – подтвердила Гермиона. – Дафна была лучшей на нашем потоке по древним рунам и финансовой нумерологии. С тех пор как МКМ наложила эмбарго на Британию, европейские теневые каналы поставок сырья пришли в хаос. Если мы подключим мисс Гринграсс к нашему отделу внешнеэкономической разведки фонда «Асакаоми», мы сможем перехватывать поставки редких алхимических компонентов в обход швейцарских посредников.

– Принято, – кивнула Котори. – Должность: ведущий специалист отдела внешнего мониторинга и ресурсной логистики. Испытательный срок — два месяца. Дальше. Мисс Боунс?

Сьюзен судорожно вздохнула, крепче сжимая значок тети:

– Я... я три года готовилась к службе в Аврорате. Тетя Амелия лично обучала меня протоколам допроса, анализу мест преступлений, выявлению ментальных закладок и чар сокрытия следов. Я умею стрелять... то есть колдовать навскидку в замкнутых пространствах и знаю повадки темных магов.

Рёко Кусакабэ, стоявшая рядом с Гарри, одобрительно хмыкнула:

– Аналитик криминалистического профиля с опытом противодействия агрессивным адептам. Командующая, нам в совместном штабе AST и «Рататоска» как раз не хватает человека, способного составить психологические профили европейских наемников, которых Волан-де-Морт может попытаться забросить на континент.

– Согласна, – бросила Котори. – Мисс Боунс, направляетесь в сектор внутренней безопасности под кураторство капитана Кусакабэ. Будете проверять входящие потоки беженцев на предмет внедрения шпионов.

Оставалась Флёр Делакур. Француженка стояла прямо, гордо вскинув подбородок:

– Я выпускница Шармбатона с высшим отличием по чарам и защитной магии. Но главное — моя кровь. Я вейла на четверть. Я чувствую колебания эмоциональных полей живых существ. Я вижу, когда человек лжет, когда он охвачен яростью или когда его воля сломлена.

В этот момент вперед шагнула Рейне Мурасамэ. Ее сонные глаза на мгновение блеснули острым научным интересом. Она подошла к Флёр почти вплотную, глядя на легкое мерцание воздуха вокруг пальцев девушки:

– Эмпатический резонанс на основе природной магии очарования... Поразительно. Командующий, это именно то, чего нам не хватало для точной калибровки системы «Связи Сердец». Наши сенсоры фиксируют спектральные всплески Духов, но мы не способны уловить тончайшие нюансы их душевной боли в момент нестабильности. Магия вейл работает на тех же частотах, что и духовные волны ранга «Альфа».

– Вы предлагаете взять ее в группу психологической адаптации? – уточнила Котори.

– Да, – кивнула Рейне. – Мисс Делакур станет прямым ассистентом в операциях по мирному запечатыванию. Ее способность чувствовать эмоциональный баланс спасет нам не один десяток жизней.

– Отлично, – подвела итог Котори. Она вынула леденец изо рта и указала палочкой на дрожащую Асторию. – А что с ребенком? Девочка едва держится на ногах.

Дафна мгновенно побледнела и закрыла сестру собой:

– Пожалуйста... Не трогайте ее. У нее кровяное проклятие рода. Оно передается по женской линии. В Британии целители больницы святого Мунго сказали, что она не доживет до двадцати. Она не может работать, но я отдам всю свою зарплату, любые деньги, только позвольте ей остаться со мной!

Гарри молча подошел к Дафне, мягко положил руку ей на плечо и заставил отступить на полшага.

Он опустился перед Асторией на корточки. Его ладонь слабо засветилась ровным, чистым изумрудным сиянием. Без палочки, без произнесения формул Гарри коснулся запястья девочки.

Астория вздрогнула. Ее глаза широко распахнулись. Темные, пульсирующие вены на ее коже под пальцами Гарри начали светлеть. Жар, сжигавший ее тело изнутри, внезапно отступил, сменившись спасительной прохладой горного родника. Девочка глубоко, чисто вздохнула — впервые за долгие месяцы без боли в груди.

– Проклятие крови — это вирусная информационная матрица, записанная в цепочке ДНК, – спокойно произнес Гарри, поднимая глаза на онемевшую Дафну. – Британские маги пытались лечить ее зельями, которые лишь глушили симптомы, отравляя печень. Но для технологий «Рататоска» и чистой духовной энергии это просто поврежденный код.

– Рейне, – позвала Котори.

– Медкапсула третьего бокса готова, – отозвалась женщина с пепельными волосами, уже набирая команды на планшете. – Мы поместим девочку в стазис на трое суток. Наномашины фонда в сочетании с духовным экстрактом очистят костный мозг и перепишут поврежденные участки хромосом. Она будет жить, мисс Гринграсс. И вырастет совершенно здоровой.

Дафна покачнулась. Ее колени подогнулись, и если бы не Гарри, вовремя подставивший плечо, она упала бы прямо на рифленый пол. По ее щекам наконец-то покатились крупные, горячие слезы — слезы абсолютного, невозможного избавления от кошмара, терзавшего ее семью поколениями.

– Спасибо... – прошептала она, уткнувшись лбом в плечо Гарри. – Спасибо тебе...

***

Процедура оформления заняла меньше двух часов.

В административном секторе «Фраксинуса» операторы фонда работали с пугающей для европейцев скоростью. Никаких пергаментных свитков, скрипящих перьев или очередей перед кабинетами чиновников.

Перед Дафной, Флёр и Сьюзен легли тонкие пластиковые карты с биометрическими чипами высшей категории защиты.

– Специальный статус резидента закрытого научного сектора Тенгу, – поясняла Гермиона, передавая им папки с документами. – Вы освобождены от юрисдикции обычных судов и подчиняетесь исключительно военному трибуналу и дирекции фонда. Ваши имена внесены в закрытую базу данных под грифом «Совершенно секретно». Ни одно министерство магии в мире не сможет отследить вас через кровные поисковые чары — системы глушения «Фраксинуса» выжигают любые попытки внешнего сканирования.

Флёр взяла карточку, с изумлением разглядывая собственную голографическую фотографию:

– А жилье?.. Нам придется жить в казармах?

– За кого вы нас принимаете? – фыркнула Котори, проходя мимо с новой пачкой леденцов. – Жилой комплекс «Цубаки», сектор «Б». Тот же дом, где живет мисс Грейнджер, в трех кварталах от семейного особняка лейтенанта Кусакабэ. Двухуровневые апартаменты со встроенной защитой, автоматической кухней и прямым каналом квантовой эвакуации на случай тревоги. Подъемные средства уже переведены на ваши счета в банке «Мицубиси-Асакаоми».

Дафна заглянула в выписку по счету и судорожно сглотнула:

– Здесь... здесь сумма, эквивалентная пяти тысячам галлеонов. На каждого. Это ошибка?

– «Рататоск» платит за результат, – сухо отрезала Котори. – Ваша работа начинается в понедельник в восемь ноль-ноль. До этого времени — отмыться, отоспаться, купить нормальную одежду и перестать вздрагивать от каждого шороха. Свободны.

***

Вечер опустился на город Тенгу тихо и торжественно.

Небоскребы зажглись миллионами теплых огней. По улицам неспешно гуляли пары, играла тихая музыка из открытых витрин кофеен, пахло жареным мясом, корицей и свежим морским ветром. Никаких черных меток в небе. Никаких патрулей в капюшонах. Абсолютный, сияющий покой современного мира.

На просторном балконе квартиры на шестнадцатом этаже жилого комплекса «Цубаки» стояли четверо.

Дафна Гринграсс, одетая в простой и невероятно удобный домашний свитер и мягкие брюки, сжимала в руках кружку с горячим какао. Рядом стояла Сьюзен, кутаясь в пушистый кардиган, а чуть поодаль опиралась на перила Флёр, с улыбкой наблюдавшая за тем, как маленькая Габриэль с восторгом нажимает кнопки на панели управления климатом в гостиной.

Входная дверь в квартиру тихо щелкнула, и на балкон вышли Гарри и Гермиона.

– Асторию перевели в терапевтический блок, – сообщил Гарри, подходя к перилам. – Показатели стабильны. Рейне говорит, что через двое суток она сможет вернуться домой. Проклятие разрушено на семьдесят процентов. Оставшееся добьют стимуляторы.

Дафна закрыла глаза, глубоко вдохнув прохладный ночной воздух:

– Я до сих пор не могу поверить, что это происходит наяву. Кажется, будто я уснула в трюме шхуны и сейчас проснусь от криков часовых.

– Не проснешься, – мягко сказала Гермиона, подходя ближе. – Я чувствовала то же самое в первые дни. Мне казалось дикостью, что можно просто пойти в магазин и не проверять двери чарами обнаружения ядов. Что можно спать без палочки под подушкой. Но человек быстро привыкает к хорошему, Дафна. Особенно когда вокруг него те, кто готов подставить плечо.

Сьюзен посмотрела на Гарри. В ее глазах больше не было той безнадежной тьмы, что застыла там в порту:

– Гарри... Ты создал здесь целое королевство. Без лордов, без чистоты крови, без лживых пророчеств стариков.

– Я ничего не создавал, Сьюзен, – покачал головой Гарри, глядя на огни ночного города. – Я просто нашел место, где люди ценят дела, а не происхождение. И привел сюда тех, кто заслужил право на жизнь. Британия сделала свой выбор. Они хотели средневековья, рабства и страха — они получили их под властью Волан-де-Морта. А мы выбрали будущее.

В углу балкона, прямо из сгустившейся тени от кондиционерного блока, послышался мелодичный, насмешливый смешок.

Дафна и Флёр мгновенно вздрогнули, их руки машинально дернулись к поясам, но Гарри лишь предостерегающе поднял ладонь:

– Спокойно. Свои.

Из тени, грациозно покачивая бедрами, шагнула Куруми Токисаки.

Сегодня она была в длинном черном кружевном кимоно с алыми узорами в виде циферблатов. В руках девушка держала тонкую фарфоровую тарелку с традиционными японскими сладостями — данго, политыми сладким соевым сиропом.

– Ара-ара... Неужели новые ласточки уже свили гнездо? – промурлыкала Куруми, лукаво щуря свой правый алый глаз. Левый, золотой с мерно отсчитывающими секунды стрелками, тускло сиял в темноте.

Дафна замерла, почувствовав, как мороз пробежал по коже от одной лишь ауры этой странной девушки. Но Флёр, сделав шаг вперед, вдруг удивленно расширила глаза:

– Ты... ты не человек. Но и не темная тварь. В тебе течет энергия первородного времени.

Куруми с легким интересом склонила голову набок, смерив вейлу оценивающим взглядом:

– Какая проницательная птичка. Мне нравится твой взгляд, белокурая мисс. В нем нет той тупой спеси, которой разило от тех глупых рыжих мальчиков, что пытались шуметь в нашем городе.

Она протянула тарелку с данго маленькой Габриэль, которая робко выглянула из-за двери:

– Угощайся, маленькая мисс. В этом городе дети должны есть сладости, а не прятаться от бомб.

Габриэль посмотрела на сестру, дождалась ободряющего кивка Флёр и с робкой улыбкой взяла палочку с круглыми рисовыми шариками:

– Мерси, мадемуазель...

– Куруми присматривает за этим районом, – пояснил Гарри своим гостьям. – Если возникнут любые проблемы, если кто-то чужой покажется на горизонте — тени известят нас быстрее, чем сработают радары.

– Тени всегда на страже покоя Гарри-сана, – сладко пропела Куруми, растворяясь обратно во мраке так же легко, как и появилась. – Приятных снов, милые леди. Завтра начнется ваша новая жизнь.

Когда ночная тишина снова окутала балкон, Дафна подошла к Гарри вплотную. Она больше не прятала эмоций. Ее рука легко легла на его предплечье, сжав плотную ткань куртки:

– Спасибо тебе, Гарри. За меня. За Асторию. За то, что не стал таким, какими были они.

Гарри тепло посмотрел на нее:

– Добро пожаловать домой, Дафна.

Внизу, по залитым неоном улицам города Тенгу, текли ровные потоки машин. Высоко в небе, невидимый и непобедимый, мерно рассекал облака крейсер «Фраксинус». А на шестнадцатом этаже жилого комплекса за плотными шторами горел мягкий, уютный свет, в котором больше не было места страху, холоду и тени чужой, давно проигранной войны.