← Назад к обзору

Сые

Пепел на языке и зов бездны

Сон Джинву вернулся в свой новый дом, когда луна уже перевалила за зенит. Этот особняк, предоставленный Ассоциацией в качестве жеста «особого расположения», казался ему сейчас слишком просторным и безжизненным. Тишина коридоров давила на уши сильнее, чем гул битвы.

В гостиной, залитой приглушенным светом настенных бра, его ждала Хэ Ин. Она не спала, кутаясь в мягкий плед и глядя в окно на огни ночного Сеула. Сухо уснул прямо здесь же, на диване, свернувшись калачиком, как в детстве, хотя его длинные ноги уже едва умещались на подушках.

– Он ушел глубоко в тень, – негромко произнес Джинву, снимая пиджак и бросая его на кресло. – Я мог бы выследить его по следу молнии, но... он прав. Если я приду сейчас, это будет выглядеть как охота.

Хэ Ин повернулась к нему. Её глаза были красными.

– Джинву, мы совершили ошибку, – прошептала она. – Ассоциация выдала нам информацию, словно это очередной отчет о монстре ранга S. Мы пошли туда как к цели, а не как к сыну. Мы должны были просто дать ему жить спокойно.

– Жить спокойно? – Джинву подошел к окну и прислонился лбом к холодному стеклу. – Он зачищает Божественные врата в одиночку, Хэ Ин. Он носит в себе силу, которая может испепелить этот город, если он потеряет контроль над своими эмоциями. И он ненавидит меня каждой клеткой своего тела. Как я могу оставить это без внимания?

– Ты Монарх Теней, – она подошла сзади и обняла его, прижимаясь щекой к спине. – Но ты забыл, каково это — быть человеком, у которого отняли всё. Ему не нужны твои объяснения о спасении мира. Ему нужно было, чтобы ты был рядом, когда его мать умирала.

Джинву закрыл глаза. В его голове снова и снова прокручивались слова Юки: «Ты просто создал мир, в котором тебе удобно быть героем».

– Завтра я вызову председателя, – глухо сказал он. – Если Ассоциация хоть пальцем тронет его или попытается использовать в своих политических играх... я лично сотру их здание с лица земли.

***

В это же время на другом конце города, в тихом пригородном районе, где коттеджи утопали в зелени, Юки Окумура обживал свое новое убежище. Это был двухэтажный дом с просторным подвалом и высоким забором. Юки купил его через подставных лиц еще месяц назад, предчувствуя, что его старое логово рано или поздно «засветят».

– Алекс, проверь периметр, – бросил Юки, скидывая тяжелые ботинки в прихожей.

Из тени у вешалки отделился рыцарь. Он не издал ни звука, просто растворился в стенах, уходя в патрулирование.

Мелочь, спрыгнув с плеча хозяина, первым делом направилась в гостиную. Она по-хозяйски обошла кожаный диван, поточила когти о дорогой ковер и, удовлетворенно муркнув, запрыгнула на каминную полку, сбросив оттуда какую-то антикварную вазу.

– Эй, это стоило кучу денег! – вяло возмутился Юки, глядя на осколки.

Кошка лишь одарила его презрительным взглядом своих разноцветных глаз и принялась вылизывать лапу. В этом доме она уже чувствовала себя полноправной королевой, а Юки — лишь полезным придатком, который открывает консервы.

Парень прошел на кухню и открыл кран. Холодная вода немного привела его в чувство. Лицо в зеркале над раковиной выглядело ужасно: бледное, с темными кругами под небесно-голубыми глазами, которые всё еще искрились остатками ярости.

– Черт бы тебя побрал, Сон Джинву, – прошептал он, глядя на свое отражение.

Он вспомнил лицо Сухо. Мальчишка выглядел таким... чистым. В нем не было той горечи, которая пропитала жизнь Юки. Сухо смотрел на него как на героя из комиксов, не понимая, что за каждым движением Юки стоит боль и годы тренировок на грани смерти.

– Господин, – голос Алекса раздался прямо за спиной. Юки даже не вздрогнул. – Периметр чист. Никаких «ищеек» Ассоциации или теней Монарха в радиусе трех километров.

– Хорошо, – Юки вытер лицо полотенцем. – Значит, у нас есть немного времени, прежде чем они придумают новый план по моему «спасению».

Он прошел в гостиную и рухнул в кресло напротив камина. В руках у него появилась пачка фотографий — старых, с потертыми углами. На них была Юми. Она улыбалась, стоя на фоне цветущей вишни. На одной из фотографий она была еще совсем молодой, с короткими волосами, и смотрела в камеру с такой нежностью, что у Юки защемило в груди.

– Она любила тебя до последнего вздоха, – обратился он к пустоте, зная, что где-то там, в эфире, Джинву может его слышать, если очень захочет. – А ты даже не пришел на похороны.

Из тени у ног Юки высунулась огромная морда. Годзилла, его личный титан, уменьшился до размеров крупной собаки и положил тяжелую голову на колени хозяина. Его чешуя, сотканная из тьмы и молний, была теплой на ощупь.

– Ты единственный, кто меня понимает, да? – Юки запустил пальцы в жесткую гриву тени.

Годзилла издал низкий рокочущий звук, похожий на мурлыканье трактора.

Внезапно Юки почувствовал странный импульс. Его артефакт — кинжалы, лежащие на столе, — мелко завибрировал. Это был сигнал. Где-то открывались врата. Но не обычные. Энергия, исходившая от них, была липкой, неприятной, пахнущей гнилью и чем-то древним.

– Слишком рано, – прошипел Юки, вскакивая на ноги. – Божественные врата должны были открыться только через неделю.

Он быстро натянул черную куртку и проверил крепления кинжалов. Алекс уже стоял у двери, его доспехи окутались предбоевым туманом.

– Юки, – раздался в его голове голос, который он надеялся не слышать больше никогда.

Это был не физический голос. Это был ментальный зов, мощный и неоспоримый. Сон Джинву.

– Я тоже это чувствую, – продолжал голос Монарха в его сознании. – Это не просто врата. Это ловушка для нас обоих. Не ходи туда один.

Юки оскалился, и черная молния дугой прорезала пространство комнаты, разбивая телевизор на стене.

– Не лезь в мою голову! – выкрикнул он в пустоту. – Я не твой солдат и не твой сын. Я сам разберусь со своей добычей.

– Юки, послушай меня...

– Пошел ты! – Юки оборвал ментальную связь, выплеснув такой поток ярости, что даже тени в комнате на мгновение съежились.

Он посмотрел на Мелочь, которая спокойно спала на камине, не обращая внимания на хаос.

– Присмотри за домом, кошка, – бросил он и шагнул в тень, раскрытую Алексом.

***

Когда Юки вышел из тени, он оказался на крыше торгового центра. Небо над Сеулом окрасилось в багровый цвет. Огромная воронка Врат разверзлась прямо над центральной площадью, и из неё уже начали вываливаться существа, которых мир еще не видел. Это были не просто монстры — это были ангелоподобные твари с шестью крыльями, чьи тела состояли из ослепительного белого света, но чьи глаза горели первобытным голодом.

– Светлые... – прошептал Юки, сжимая рукояти кинжалов. – Мама рассказывала о них. Те, кто считают себя судьями.

– Иронично, – раздался голос сбоку.

Юки резко обернулся. В десяти шагах от него стоял Сон Джинву. Он был один, без семьи, одет в свой привычный черный костюм. Его аура была подавлена до минимума, но давление, которое он оказывал на реальность, было почти физически ощутимым.

– Я сказал тебе не приходить, – Юки принял боевую стойку.

– А я не привык спрашивать разрешения, когда моему сыну грозит опасность, – спокойно ответил Джинву.

– Я тебе не сын! – Юки сорвался с места.

Но он не атаковал отца. Он пролетел мимо него, превратившись в черную вспышку молнии, и врезался в первого спустившегося «ангела». Удар был такой силы, что существо разлетелось на тысячи светящихся осколков.

– Красиво, – оценил Джинву, наблюдая, как Юки кружится в смертельном танце. – Но их слишком много.

– Тогда не стой столбом! – крикнул Юки, уворачиваясь от светового копья. – Покажи, на что способен великий Монарх, или отойди в сторону и не мешайся под ногами!

Джинву усмехнулся. Впервые за долгое время он почувствовал настоящий азарт. Не потому, что враг был силен, а потому, что рядом с ним бился тот, кто был его продолжением.

– Бери правый фланг, – скомандовал Джинву, и его тень взорвалась сотнями воинов. – И постарайся не сгореть. Эти твари не любят таких, как мы.

– Я сам — огонь, старик! – Юки расхохотался, и из его тени вырвался Годзиллла, который тут же схватил одного из ангелов зубами и впечатал в стену здания.

Бой начался. Это не была зачистка. Это была симфония разрушения, где черная молния Юки переплеталась с фиолетовым пламенем Джинву. Они двигались в странном, интуитивном ритме, словно тренировались вместе годами. Когда Юки открывался для удара, тень Джинву — Игрис — мгновенно прикрывала его щитом. Когда Джинву концентрировал энергию для мощного удара, Алекс и Юки отвлекали на себя основную массу врагов.

Среди хаоса и криков монстров Юки на мгновение поймал взгляд отца. Джинву смотрел на него не как на проблему, не как на ошибку прошлого. В его глазах было признание.

– Неплохо для «маменькиного сынка»? – крикнул Юки, снося голову очередному существу.

– Ты — Окумура Юки, – ответил Джинву, и его голос перекрыл грохот битвы. – И ты сражаешься лучше, чем любой охотник, которого я знал.

Юки хотел что-то ответить, язвительное и острое, но в этот момент небо над ними треснуло. Из Врат показалась рука — колоссальная, облаченная в золотую броню.

– Это правитель, – Джинву помрачнел. – Юки, назад! Это не твой уровень!

– Пошел к черту со своими уровнями! – Юки вонзил кинжалы в крышу, и черная молния начала концентрироваться вокруг него, создавая гигантский кокон. – Я покажу тебе, что такое настоящая тень!

Он начал преображаться. Его татуировка на спине вспыхнула, кожа покрылась темной чешуей, а глаза стали полностью черными, с ярко-голубыми зрачками. Он больше не был человеком. Он становился воплощением молнии и тьмы.

Джинву замер, глядя на это превращение. Он понял, что Юки не просто унаследовал его силу. Он развил её в нечто совершенно иное, опасное и прекрасное одновременно.

– Ну давай, золотой ублюдок, – прорычал Юки, глядя вверх. – Попробуй на вкус мою ярость!

В этот миг два Монарха — старый и новый — приготовились встретить удар, который должен был решить судьбу города. И в этом хаосе, среди крови и света, Юки впервые почувствовал, что он больше не один. Но признать это вслух он был еще не готов.