Свобода ветра
Синхронизация бури
В техническом колодце суб-сектора «Зеро» воздух казался настолько густым от статического электричества, что каждый вдох отзывался на губах привкусом жженой меди.
Здесь, в глубочайших недрах цитадели, сходились воедино силовые кабели, питавшие центральный обелиск Контроллера Измерений. Толстые, уложенные в массивные гидравлические короба шины гудели на низкой, сводящей с ума частоте. Вокруг зияла бездонная шахта, уходящая на сотни метров вниз, к геотермальным турбинам города. Лишь узкие решетчатые мостки без перил да редкие всполохи аварийных маяков рассекали липкую, плотную темноту.
Амальтея бесшумно скользила по подвесной балке. Ее подошвы из мягкого полимера едва касались холодного металла, не издавая ни звука. Кончики ее белых волос, вспыхивавшие ядовитым желто-зеленым неоном в лучах сканеров, были туго заправлены под ворот темного комбинезона, чтобы случайный порыв вентиляционной тяги не выдал ее присутствия.
– Нет, ну ты посмотри на эту дыру! – раздался возмущенный шепот прямо у ее левого уха.
Анемона сидела на выступе воротника, наполовину раскрыв верхние щитки, и ее крошечный окуляр испуганно вращался во все стороны.
– Тут же пылище, как на свалке профессора Клея! А напряжение какое? У меня от одного этого гула вся внутренняя калибровка зудит! Если мы сорвемся вниз, от нас даже шестеренок для сувениров не останется. Почему этот твой златовласый гений сам сюда не полез? Он высокий, у него ноги длиннее, пускай бы и скакал по балкам!
– Потому что высокий силуэт в алом плаще засекут камеры внешнего контура через три секунды после входа, – не разжимая губ, отозвалась Амальтея.
Она замерла на краю выступа, прижавшись спиной к ребристой опоре, и опустила взгляд на терминал нового Гаунтлета.
Изумрудный экран отразил схему подуровня. Цель находилась прямо под ними: изолированная консоль экстренного сброса мощности, связанная напрямую с ядром Контроллера минуя центральный мостик Хайдрона. Именно туда вел запасной оптоволоконный канал.
– И вообще, закрой створки, Анемона, – добавила девушка. – Сенсоры Майлин настроены на тепловые аномалии. Твой реактор сейчас светится, как маяк в тумане.
– Мой реактор выражает искреннее возмущение! – обиженно фыркнула Бакуган, но послушно захлопнула пластины, превратившись в идеально гладкую, холодную сферу. – Но если нас здесь поджарят, я лично явлюсь к нему во снах и буду звенеть над ухом до конца его дней.
Амальтея коротко усмехнулась, но взгляд ее золотых глаз оставался сосредоточенным и цепким.
Она достала из внутреннего кармана жилета кристаллический чип, данный ей Китом. Черная граненый осколок слабо мерцал изнутри багровым огоньком — в нем спал вредоносный протокол, способный за долю секунды переписать коды безопасности королевского двора.
Воспоминание о его губах, о пальцах, зарывшихся в ее волосы, о силе его рук на ее талии обожгло память с новой, пугающей силой. Это больше не было просто выполнением приказа. Это было восстание. Их общее восстание против всего Вестала. И права на ошибку у нее не было.
Оттолкнувшись от балки, Амальтея плавно спрыгнула вниз, приземлившись на узкую площадку перед терминалом на четыре точки. Легкий шорох подошв потонул в тяжелом басовом рокоте турбин.
Перед ней возвышался монолитный пульт из матового черного композита. На дисплее медленно пульсировал королевский герб дома Зеногелда.
Амальтея вставила кристалл в диагностический разъем.
Панель мгновенно вспыхнула тревожным янтарным светом. Строки системных кодов побежали с бешеной скоростью, взламывая протоколы принца.
«Идентификация внешнего носителя... Авторизация: Командующий Спектра Фантом. Уровень допуска: Альфа-Один. Перезапись протокола аварийной перегрузки ядра...»
– Процесс пошел, – тихо прошептала Амальтея, быстро вбивая вспомогательные команды через кабель Гаунтлета. – Блокировка ручного взрывателя на случай поражения сил Вексов. Майлин не сможет превратить город в пепел, если земляне возьмут верх.
– А если земляне не возьмут верх? – подала голос Анемона из захвата на предплечье. – Если этот надутый индюк Дэн Кузо опять облажается?
– Он не облажается, – уверенно ответила девушка. – С ним Шун Казами. Шун слишком расчетлив, чтобы идти в атаку без четкого плана. Они ударят прямо по ретрансляторам.
Внезапно воздух позади нее всколыхнулся. Не сквозняком — коротким, свистящим смещением массы.
Рефлексы, вышколенные годами боев и выживания в трущобах Вестала, сработали быстрее мысли. Амальтея резко пригнулась, сделав перекат вправо.
Там, где секунду назад находилась ее голова, с оглушительным звоном сомкнулись тяжелые гидравлические жвала.
На металлическую решетку мостика тяжело опустился боевой дроид-паук охранной системы. Восемь суставчатых лап, покрытых матовой броней, и три багровых фотоэлемента на плоской хищной морде. Профессор Клей установил этих автономных убийц в тайне даже от рядовых бойцов. Из сочленений машины с шипением вырвался перегретый пар, а встроенный плазменный резак начал накаляться добела.
– Нарушение периметра, – проскрежетал механический динамик. – Неопознанный субъект. Ликвидация.
– Ой, мамочки, таракан-переросток! – взвизгнула Анемона. – Амаль, он же сейчас всю шахту на уши поднимет!
– Не поднимет, – холодно бросила девушка, пружинисто поднимаясь на ноги.
Она не могла активировать полномасштабное поле боя: выброс энергии тут же зафиксировали бы на мостике Хайдрона. Приходилось действовать на базовой мощности наруча, полагаясь лишь на физическую скорость и компактную форму Бакугана.
– Анемона, боевой режим! Микро-инициация! – скомандовала Амальтея, вскидывая левую руку.
Зеленый шар сорвался с наруча, распахнувшись в воздухе. Не вырастая до гигантских размеров, Анемона сохранила размер крупной хищной птицы, но скорость ее вращения возросла стократно.
– Получи, кусок консервной банки! – яростно закричала зеленая воительница, превращаясь в смертоносный диск из четырех лезвий.
Дроид вскинул плазменный резак, выпустив сноп багровых искр, но Анемона на бреющем полете ушла от луча, рассекая воздух тонким вакуумным свистом. С металлическим визгом ее клинки полоснули по опорным шарнирам правой передней лапы паука. Броневая сталь брызнула искрами, гидравлическая жидкость хлынула на пол темным фонтаном.
Машина качнулась, потеряв равновесие, и попыталась развернуться, наводя курсовой пулемет на Амальтею.
Девушка не стала ждать. Сорвавшись с места, она взбежала по наклоненной кабельной трассе, оттолкнулась обеими ногами от переборки и в падении с силой обрушила кованый носок боевого ботинка прямо на сенсорный блок дроида.
Стекло фотоэлементов с хрустом лопнуло. Паук ослеп, его орудия хаотично застрочили в пустоту, выбивая искры из противоположной стены шахты.
– Добивай, Анемона! В сустав шеи!
– С превеликим удовольствием! – Бакуган Вентуса сложила лезвия в форме тяжелого клина и рухнула сверху, пробивая уязвимый поворотный механизм сервопривода.
Раздался треск разрываемой проводки, короткая вспышка короткого замыкания, и многотонная туша дроида тяжело осела на настил, испуская струйки вонючего дыма. Металл затих.
Амальтея приземлилась на одно колено, тяжело дыша. На ее щеке темнела царапина от острой металлической стружки, из которой сочилась тонкая капля крови.
– Фух... – Анемона, пошатываясь от инерции, приземлилась обратно на наплечник напарницы, ее створки слегка дымились. – Надеюсь, у него тут не было десятка братьев и сестер. Я, конечно, дама боевая, но ковырять титан зубами — это перебор даже для меня.
– Ты отлично сработала, – тихо произнесла Амальтея, поднимаясь и стирая кровь со скулы тыльной стороной перчатки.
Она метнулась обратно к консоли. На экране терминала бежали финальные проценты установки:
«Интеграция протокола завершена на 98%... 99%... Доступ к ручному управлению Контроллером заблокирован. Управление передано на резервный флагман командующего».
Экран мигнул, сменив ядовито-красный герб короля на нейтральную серую сетку помех. Дело было сделано. Хайдрон и Майлин больше не могли уничтожить город одним нажатием кнопки.
И в эту самую секунду цитадель содрогнулась.
Глухой, чудовищной силы взрыв прокатился по верхним ярусам Альфа-Сити. Металлические балки шахты застонали под колоссальной нагрузкой, сверху посыпалась каменная крошка и ошметки теплоизоляции. Далеко внизу, в основании Контроллера, вспыхнули аварийные сирены.
– Началось! – Амальтея вцепилась в поручень, удерживая равновесие.
Земляне пошли на штурм.
Из динамика ее нового Гаунтлета раздался тихий, зашифрованный сигнал вызова. Канал связи был прямой, защищенный военным протоколом высшего звена.
– Амаль.
Голос Кита прозвучал в ее наушнике без модулятора. Чистый, глубокий, лишенный всякого страха перед нарастающим хаосом. На заднем плане слышался вой тревоги мостика и яростные вопли принца Хайдрона.
– Вирус загружен, командующий, – четко доложила она, но сердце внутри забилось часто и радостно от одного звука его голоса. – Ручной перегрузчик деактивирован. Они не смогут сжечь ядро.
– Я вижу отклик в своей системе, – Кит сделал короткую паузу. В его тоне промелькнуло нечто теплое, почти собственническое. – Ты ранена?
– Всего лишь царапина. Охранный дроид профессора. Мы с Анемоной нейтрализовали угрозу.
– Хорошо, – в его голосе снова зазвенела привычная сталь. – Кузо пробил внешние ворота. Шун и боец Даркуса уже проникли в генераторный сектор. Майлин и Вольт выдвинулись на перехват. Город падет в течение часа, Амальтея.
– Каковы мои дальнейшие действия?
– Уходи из шахты через аварийный шлюз сорок четыре. Он ведет к взлетным площадкам третьей суб-орбиты. Мой личный челнок уже прогревает двигатели.
– А вы? – вырвалось у нее прежде, чем она успела включить холодный рассудок подчиненной. – Хайдрон в ярости. Если он поймет, что вы саботировали оборону...
Кит тихо, низко рассмеялся. Звук этот, раздавшийся на фоне рушащегося мира, заставил Амальтею покрыться мурашками:
– Хайдрон слишком занят тем, что прячется под своим троном. Я встречу Кузо на главной арене. Гелиос жаждет реванша. А затем... я заберу то, ради чего всё это затевалось. Жди меня на челноке, Амаль. И никуда не уходи.
– Слушаюсь, Кит, – выдохнула она, впервые назвав его по имени в прямой связи.
В наушнике воцарилась секундная тишина, словно он смаковал этот звук, а затем раздался тихий щелчок отключения.
– О-о-о, «Кит», значит? – немедленно подала голос Анемона, раскрываясь на плече хозяйки. – Мы уже на «ты» по закрытой связи командующего флотом? Какая прелесть! А свадебные колокола на флагмане включат, или мы просто взорвем пару крейсеров в честь торжества?
– Анемона, если ты сейчас же не спрячешься, я оставлю тебя охранять этого дохлого паука, – бросила Амальтея, срываясь на бег по узкому мостику к аварийному выходу.
– Молчу-молчу! Беги быстрее, у меня от этих вибраций краска на закрылках осыпается!
* * *
Шлюз сорок четыре встретил ее запахом остывающего бетона и сырого ночного ветра Новой Вестрои.
Амальтея выскочила на открытую платформу, тяжело переводя дух. Высота была головокружительной: с верхнего яруса шпиля открывалась панорама всего Альфа-Сити.
Город пылал.
Ярко-зеленые и фиолетовые вспышки атак сотрясали жилые сектора. Земляне и Сопротивление действовали слаженно, как единый механизм: в небе кружила огромная пернатая фигура Инграм, рассекая вихрями заградительные батареи Вексов, а внизу, у подножия башни, бушевал титанический огненный смерч.
Дэн Кузо и Нео Драгоноид прорывались к основанию Контроллера.
Но самое невероятное происходило прямо на глазах Амальтеи.
Фиолетовый луч, бивший из вершины шпиля в небо, начал дрожать и истончаться. Вредоносный код Кита, лишивший систему стабильности, вступил в реакцию с разрушенными генераторами. Защитное поле мерцало, покрываясь сеткой колоссальных трещин.
И сквозь этот треск, сквозь вой сирен и грохот падающих конструкций, Амальтея впервые за все время пребывания на этой планете услышала то, от чего по ее спине пробежал священный трепет.
Рев.
Сотни, тысячи голосов. Не скрежет бездушных киборгов, не жалобный писк механических имплантов, а первобытный, могучий, торжествующий рев освобожденных Бакуганов.
В небесах, сбрасывая оковы контроллеров, расправляли гигантские крылья древние ящеры. Из трещин в земле вздымались исполины Сабтерры, сотрясая цитадель ударами гранитных кулаков. Ветер вокруг платформы перестал быть удушливым смогом — он ожил. Он закружился вокруг Амальтеи яростным, чистым вихрем, наполненным первозданной энергией Вентуса.
– Они свободны... – прошептала девушка, не в силах оторвать взгляда от расцветающего хаоса. Ее белые волосы с зелеными концами разметались по плечам, золотые глаза жадно впитывали это зрелище.
– Мы... мы действительно сделали это? – тихо, без единой насмешливой нотки спросила Анемона. Бакуган парила перед лицом девушки, глядя на то, как рушатся цепи ее сородичей. – Амаль... этот ветер... он настоящий.
– Настоящий, – выдохнула Амальтея.
Она посмотрела на новый изумрудный Гаунтлет. Он больше не казался инструментом порабощения. В руках того, кто умел чувствовать бурю, он был ключом к новой эре.
Позади, на посадочной площадке, с глухим ревом турбин приземлился тяжелый штурмовой челнок Спектры. Его бронированный трап со скрежетом опустился на плиты настила.
Из клубов посадочного дыма показался высокий силуэт в развивающемся алом плаще.
Спектра шагал навстречу ветру. Его серебряно-красная маска была покрыта копотью недавнего боя, нагрудная броня носила следы плазменных ожогов, но осанка оставалась царственной, непобедимой. На его плече мерцал свернутый Вайпер Гелиос, испуская пар охлаждения.
Лидер Вексов остановился перед ней.
Они стояли на самом краю обрыва, пока за их спинами рушился символ власти королевского дома Вестала. Огромный обелиск Контроллера с оглушительным скрежетом переломился пополам, обрушиваясь на нижние уровни цитадели и вздымая гриб из фиолетовых искр и обломков.
Власть Хайдрона над Альфа-Сити была уничтожена навсегда.
Спектра медленно поднял руку и щелкнул замками маски.
Металл опустился. Кит Фермин посмотрел на нее сквозь пряди разметавшихся от ветра золотистых волос. На его губах играла дерзкая, торжествующая улыбка победителя, а в льдисто-голубых глазах отражалось зарево гибнущего города.
– Альфа-Сити пал, – произнес он своим настоящим голосом, перекрывая вой новорожденной бури.
– Да, – Амальтея шагнула к нему навстречу, не отводя взгляда. – Вы позволили им победить.
– Я позволил им расчистить для нас дорогу, – поправил Кит.
Он протянул руку, и его пальцы властно, горячо легли на ее затылок, притягивая девушку к себе. Его взгляд скользнул по царапине на ее щеке, и брови парня на мгновение сошлись к переносице, но Амальтея лишь покачала головой, накрыв своей ладонью его пальцы.
– Теперь пути назад нет, Кит, – тихо сказала она. – Зеногелд не простит потери Контроллера. Хайдрон обвинит во всем тебя. Для них ты теперь предатель.
Кит усмехнулся — хищно, свободно, так, как может улыбаться лишь человек, сбросивший последние оковы чужой воли.
– Пусть называют меня как угодно. Короли правят рабами. Я поведу за собой свободных.
Он наклонился, коснувшись своими губами ее губ в коротком, обжигающем поцелуе, в котором смешались вкус пепла, озона и абсолютного триумфа. Амальтея ответила без тени сомнения, чувствуя, как внутри нее расправляет крылья тот самый ураган, который они только что выпустили на волю.
Когда он отстранился, его глаза горели ровным, несокрушимым светом.
– Поднимайся на борт, Амаль. Впереди еще два Контроллера. Бета-Сити и Гамма-Сити. И эта война закончится только тогда, когда мы решим, что она окончена.
– С вами — до самого конца, командующий, – ответила она с легкой, уверенной улыбкой.
– Эй, голубки революции! – раздался с трапа пронзительный голос Анемоны, которая уже успела юркнуть внутрь теплого салона челнока. – Вы долго там будете обниматься на сквозняке?! У меня из-за этого свободного ветра вся полировка насмарку! Заводите мотор, пока сюда не прилетел этот полоумный принц на своем золотом корыте!
Кит рассмеялся — открыто и звонко, впервые за многие годы чувствуя, что дышит полной грудью.
Он обнял Амальтею за плечи, увлекая ее за собой по трапу корабля.
Створки шлюза захлопнулись, отрезая их от ревущего хаоса. Челнок взмыл в темное, очистившееся от смога небо Новой Вестрои, унося их навстречу грядущей буре, в которой они больше не были пешками.
Они были самим штормом.