← Назад к обзору

Приёмный сын правителя Ёкая

Пепел былой славы и пламя Судзаку

Ночной воздух над поместьем клана Химедзима вздрогнул. Воздух звенел от концентрации чистейшей магии, но если чары волшебников Британии несли в себе тяжесть заученных веками формул, то пространство вокруг резиденции древнего синтоистского рода дышало совершенно иной силой — древней, первородной и безжалостной.

Годрик Поттер, не колеблясь ни секунды, взмахнул палочкой. Его лицо, обычно выражавшее снисходительную уверенность национального героя, сейчас исказила гримаса неподдельной ярости. Младший брат, презренный сквиб, выброшенный за ненадобностью, посмел не просто поднять на него клинок, но и открыто насмехаться над его победой над Темным Лордом.

– Бомбарда Максима! – проревел Годрик, вкладывая в заклятие мощь, способную разнести гранитную крепостную стену.

С кончика его палочки сорвался ослепительный шар раскаленной плазмы, несущийся прямо в грудь Гарри. Следом за Избранным в атаку бросились мракоборцы. Джеймс Поттер огласил ночное небо боевым кличем мракоборческого корпуса, а Сириус Блэк послал веер парализующих чар в сторону стражников-лис, стоявших на галереях.

Альбус Дамблдор лишь плавно повел Бузинной палочкой, создавая колоссальный мерцающий щит, призванный прикрыть авроров от возможных контратак. В глазах старого чародея светилась холодная решимость: Гарри нужно было сломить быстро, обезоружить, а детей забрать прежде, чем пробудятся истинные кошмары этой далекой страны.

Но то, что произошло в следующую секунду, разрушило все их представления о мироздании.

Гарри даже не шелохнулся. Он лишь слегка повернул лезвие Наруками. Синеватые молнии, сплетенные с золотыми искрами божественной энергии Сусаноо, с сухим треском омыли сталь клинка. Ленивое, почти небрежное движение снизу вверх — и колоссальное взрывное заклятие Годрика было рассечено надвое. Две половины разорвавшейся магии с грохотом врезались в защитные барьеры поместья, не оставив на синтоистских оберегах даже царапины.

– И это все? – тихо, но так, что его голос услышал каждый в радиусе мили, произнес Гарри. – Мой «великий» брат, спасший Британию от плесневелого террориста с ампутированным носом, не способен даже опалить мне пальто?

– В атаку! Оглушить его! Взять дом в кольцо! – закричал Джеймс, не веря собственным глазам. Сгусток чистой разрушительной силы был разрублен куском заточенного металла!

Триста элитных авроров начали слаженную бомбардировку. Потоки Ступефаев, Инсендио и Экспеллиармусов слились в единую лавину света.

Судзаку Химедзима сделала шаг вперед. Ее красные глаза вспыхнули потусторонним, величественным пламенем. Как глава одного из четырех благородных домов и воплощение силы Священного Зверя Юга, она не собиралась терпеть этот жалкий балаган у порога своего дома, где спали ее новорожденные дети.

– Ничтожества, посягнувшие на покой моих детей, – ее голос зазвучал подобно погребальному колоколу, – сгорите в очищающем огне.

Взмах ее тонких пальцев — и пространство перед захватчиками разорвалось гигантской огненной птицей. Алое, священное пламя Судзаку поглотило град заклинаний так легко, словно это были сухие листья. Авроры взвыли от невыносимого жара. Земля под их ногами мгновенно превратилась в стекло, а барьер Дамблдора затрещал, покрываясь глубокими сияющими трещинами.

– Отступайте! Держите строй! – закричал Кингсли Бруствер, чья мантия уже начала тлеть от одного лишь присутствия божественного пламени.

Но отступать было некуда.

С крыш поместья бесшумно скользнули тени. Воины-тэнгу с черными вороньими крыльями падали на авроров с небес, выбивая палочки тяжелыми нагинатами и древковыми секирами. Женщины-кицунэ, двигаясь с грацией танцовщиц и скоростью молнии, просачивались сквозь ряды британцев, обращая их сложные заклятия в прах простыми хлопками ладоней и духовными печатями.

Джеймс Поттер попытался атаковать мечника-тэнгу, но тот ударил его древком в грудь с такой силой, что лорд Поттер пролетел добрых двадцать футов и врезался в ствол сакуры, выплюнув сгусток крови.

– Джеймс! – закричала Лили, бросаясь к мужу и отчаянно накладывая щиты.

– На колени перед владычицей Киото, смертные черви, – раздался мягкий, бархатистый, но вселяющий первобытный ужас голос.

Небо над поместьем озарилось чистым золотым сиянием. Из вспышки света появилась женщина неописуемой красоты в традиционном одеянии верховной жрицы. За ее спиной лениво покачивались девять пушистых золотых хвостов, а на кончиках ее пальцев играло лазурное пламя, от взгляда на которое у любого нормального мага сворачивалась кровь.

– Леди Ясака... – выдохнул Дамблдор, и его лицо посерело. Великий светлый волшебник впервые за долгие десятилетия почувствовал то, о чем давно забыл: абсолютную, сокрушительную беспомощность.

– Ты привел вооруженный сброд на землю, находящуюся под моей защитой, Альбус? – холодно спросила Девятихвостая, глядя на директора Хогвартса сверху вниз. – Ты посмел угрожать моему приемному сыну, его благородной супруге и моим драгоценным внукам?

– Мы лишь пришли за тем, что принадлежит роду Поттеров по праву крови! – упрямо выкрикнул Годрик, поднимаясь на ноги. Меч Гриффиндора в его руке сиял яростным рубиновым светом. – Гарри обязан отдать ребенка! Род спасителей магического мира не может угаснуть из-за эгоизма предателя!

Ясака даже не удостоила его взглядом. Она лишь слегка шевельнула хвостом.

Ударная волна из чистейшей духовной энергии сбила Годрика с ног, впечатав его в землю. Меч со звоном выпал из онемевших пальцев «Избранного». Никакие защитные чары, никакие амулеты древних родов Перевеллов и Блэков не помогли — сила лидера ёкаев Японии была явлением космического порядка по сравнению с местечковой магией британских волшебников.

– Жалкий глупец, возомнивший себя богом, – презрительно фыркнула Ясака. – Твоя кровь не стоит и пыли под ногами моего сына.

Гарри подошел к распростертому на земле брату. Взгляд зеленых глаз бывшего «сквиба» был мертвенно-спокойным. Клинок Наруками мягко опустился, его кончик замер в полудюйме от сонной артерии Годрика.

– Запомни это мгновение, Годрик, – негромко произнес Гарри. – Ты жив только потому, что я не хочу пачкать священную землю клана моей жены твоей мелкой, никчемной кровью. Убирайтесь. Если хоть один из вас еще раз взглянет в сторону моей семьи — Британия останется без министерства, без Хогвартса и без своего золотого мальчика.

– Гарри, сынок, умоляю, остановись... – всхлипнула Лили, закрывая собой стонущего мужа.

– У тебя нет сына по имени Гарри, Лили Поттер, – холодно отрезал он. – Твой сын сгорел в кошмарах под лестницей на Тисовой улице, пока вы праздновали триумф своего избранника. Перед вами Гарри Химедзима. И я сотру в порошок любого, кто угрожает моему дому.

Дамблдор понял, что это крах. Если они останутся здесь еще на минуту, не уйдет никто.

– Портал! Всем активировать экстренные порт-ключи! Немедленно! – скомандовал старик, активируя свой собственный феникс-портал.

Золотистая вспышка подхватила остатки разгромленного ордена, оглушенного Джеймса, плачущую Лили и поверженного Годрика. Триста авроров в панике бросали оружие и активировали аварийные чары перемещения, оставляя позади разбитые щиты, обгоревшие мантии и свое растоптанное достоинство.

Двор поместья погрузился в тишину.

Судзаку подошла к мужу сзади и мягко положила руку ему на плечо.

– Ты ведь знаешь, что этот старик не успокоится? – тихо спросила она.

Гарри медленно убрал Наруками в ножны с легким щелчком цубы.

– Знаю, – ответил он, и в его глазах блеснула опасная искра. – Фанатики Высшего Блага не умеют признавать поражения. Что ж... Если старый паук хочет настоящей войны — он ее получит. Пора позвонить крестным родителям наших детей.

***

Лондон, Министерство Магии. 18 августа 2022 года.

Зал заседаний Международной Конфедерации Магов гудел, как потревоженный улей. Воздух был пропитан паникой, злобой и жаждой реванша.

На трибуне стоял Альбус Дамблдор. Его мантия была безупречна, но лицо казалось высеченным из серого камня. Рядом с ним, бледный, с перевязанным плечом, стоял Годрик Поттер, опираясь на фамильный меч Гриффиндора. Чуть позади сжимал кулаки Джеймс Поттер, чей взгляд метал молнии в сторону колеблющихся делегатов.

– Братья и сестры по магии! – гремел голос Дамблдора, усиленный Сонорусом до масштабов гласа небесного. – То, с чем мы столкнулись в Японии — это не просто неповиновение заблудшей души! Это возрождение древнейшего, самого мерзкого Темного культа, который цивилизованный магический мир сдерживал веками!

Зал замер, внимая каждому слову Верховного чародея.

– Мой бедный ученик, несчастный Гарри Поттер, был похищен демоническими тварями еще в детстве, – с неподдельной скорбью вещал старик, смахивая невидимую слезу. – Они растлили его разум, они заставили его забыть свет магии и превратили в орудие своих темных богов. Его пленили, заставив жениться на ведьме из проклятого клана Химедзима, а его невинных детей готовят к чудовищным кровавым ритуалам синтоистских демонов!

Лили Поттер сидела во втором ряду и тихо плакала, кутаясь в платок. Слова Дамблдора звучали так убедительно, так правильно... Ведь не мог же ее родной сын, ее плоть и кровь, по доброй воле отказаться от семьи? Его опоили! Его заколдовали!

– Более того! – повысил голос Годрик, выходя вперед. В его взгляде горел огонь фанатичной веры в собственную исключительность. – Когда мы попытались спасти его и спасти младенцев от вечного проклятия, на нас вероломно напали! Темные твари ранили моих родителей, осквернили память основателей! Волан-де-Морт был лишь первой ласточкой. Истинное зло притаилось на Востоке, и оно угрожает самому Статуту о Секретности!

Делегаты из Франции, Германии, Испании и восточноевропейских стран начали взволнованно переговариваться. Пропаганда Дамблдора, выстраиваемая годами, легла на благодатную почву. Для большинства европейских магов мир за пределами их резерваций оставался непонятным и пугающим. Они не знали о существовании Трех Фракций, не ведали о балансе сил, установленном после Великих Войн библейских сущностей. Дамблдор десятилетиями вымарывал эти знания, создавая иллюзию, что волшебники с палочками — вершина мироздания.

– Я требую созыва Объединенного Крестового Похода МКМ! – торжественно провозгласил Дамблдор, вздымая Бузинную палочку. – Во имя Высшего Блага! Мы должны очистить поместье Химедзима, вернуть заблудшего сына в лоно Света, освободить детей и показать восточным варварам силу истинного магического закона!

Зал взорвался овациями. Сотни волшебников вскочили со своих мест, скандируя имя Дамблдора и Поттеров. Была объявлена всеобщая мобилизация. Десять тысяч боевых магов — лучшие штурмовые отряды Франции, дуэлянты Германии, испанские инквизиторы и английские авроры — готовились выступить на Восток под знаменами «Великого Света».

***

Подземный мир, замок Люцифера. Тот же день.

В роскошном кабинете Владыки Демонов звенел хрусталь.

Сазекс Люцифер, величавый красноволосый владыка подземного мира, с улыбкой покачивал бокал с коллекционным вином. Напротив него в кресле полулежал Азазель, лидер падших ангелов, беззаботно вертя в руках сложную магическую безделушку. Рядом на диване расположилась Серафолл Левиафан в своем привычном костюме девочки-волшебницы, но ее взгляд, устремленный на голографическую проекцию из мира смертных, был отнюдь не детским.

– Нет, ты слышал это, Сазекс? – Азазель расхохотался, запрокинув голову. – «Крестовый поход МКМ»! «Очистить от скверны»! Этот старый хрыч Дамблдор совсем выжил из ума на старости лет? Он всерьез думает, что его палочка из ветки бузины с волосом фестрала внутри способна напугать кого-то за пределами его маленького европейского свинарника?

– Они хотят забрать мою крестницу Харуки и провести над ней ритуал очищения крови, – голос Сазекса был тихим, но вокруг его плеч заструилась багровая Аура Разрушения, от которой бокалы на столе покрылись тонкой паутиной трещин. – Эти смертные черви возомнили, что могут диктовать условия семье моего близкого друга и союзника?

– А Чарльз — мой крестник! – надула губки Серафолл, и температура в комнате мгновенно упала ниже абсолютного нуля. – Если эти мерзкие бородачи посмеют приблизиться к Чарли-тяну, я заморожу весь их туманный остров вместе с их дурацким министерством!

В комнату через сложный магический круг телепортации шагнул Гарри. Он был одет в традиционное боевое кимоно дома Химедзима поверх легкой брони, созданной кузнецами ёкаев. За его спиной на широкой перевязи покоилась Наруками.

– Гарри, мальчик мой! – оживился Азазель. – Ну что, твои британские родственнички совсем берега попутали?

– Дамблдор собрал армию, – спокойно ответил Гарри, присаживаясь за стол. – Около десяти тысяч палочковых магов. Они используют древние ритуальные врата МКМ, оставшиеся со времен крестовых походов, чтобы переместиться прямо к священной горе Хиэй. Они наивно полагают, что нанесут внезапный удар, сравняют Киото с землей и заставят пантеон капитулировать.

– Какая вопиющая безграмотность, – вздохнул вошедший следом за Гарри высокий светловолосый мужчина в белоснежных одеждах с золотым шитьем. Архангел Михаил, лидер Небес, выглядел опечаленным, но в его чистых глазах читалась непреклонная воля. – Господь заповедал милосердие, но попытка похитить невинных детей и навязать свою гордыню чужой земле — это грех, требующий немедленного вразумления. Небеса не останутся в стороне.

– О-хо-хо! Неужели намечается славная драка, а меня не позвали?! – громовой голос сотряс стены кабинета, когда посреди комнаты вспыхнули руны Асгарда. Сам Всеотец Один, опираясь на копье Гунгнир и окруженный свитой валькирий во главе с Россвайсе, широко ухмылялся сквозь седую бороду. – Эй, парень! Твоя жена прислала мне отличного саке на прошлый праздник. Мои эйнхерии уже засиделись в Вальгалле! Пора показать этим южным недоумкам, что такое настоящая война!

Гарри обвел взглядом присутствующих лидеров сверхъестественного мира. Четыре Великие Фракции — Демоны, Падшие, Ангелы и Северный Пантеон, объединенные дружбой с Синто и защитой баланса. Против них шла кучка смертных зазнаек, застрявших в средневековых иллюзиях о собственном всемогуществе.

– Мы не станем устраивать резню рядовых магов, – произнес Гарри. – Большинство из них — ослепленные бараны, поверившие сказкам Дамблдора. Но верхушка... Орден Феникса, руководство Конфедерации и Поттеры должны получить урок, который они запомнят до скончания времен.

– Да будет так, – улыбнулся Сазекс. – Покажем им, Гарри. Покажем им разницу между фокусами и истинной мощью.

***

Священная долина у подножия горы Хиэй. 22 августа 2022 года. Рассвет.

Пространство застонало, разрываясь колоссальной аркой портала. Из мерцающей воронки выплеснулась армия МКМ. Десять тысяч волшебников, выстроившись в идеальные боевые каре, заполнили долину. Впереди реяли флаги с эмблемами министерств магии Европы, сверкали начищенные доспехи авангарда, гудели боевые чары.

Альбус Дамблдор в ослепительно-белой мантии верховного мага стоял во главе войска на парящей платформе. Рядом с ним стоял Годрик Поттер. В руках юноши пылал Меч Гриффиндора, а вокруг его тела пульсировала странная, нестабильная аура — смесь светлых исцеляющих чар и тяжелой темной магии родовых проклятий, которой его накачали перед битвой, чтобы сделать равным Волан-де-Морту.

Джеймс и Лили стояли плечом к плечу позади сына, окруженные верными соратниками: Сириусом, Люпином, четой Уизли и десятками других членов Ордена.

– Смотрите! – крикнул Годрик, указывая мечом вперед. – Они даже не выставили армию! Нас испугались!

В утреннем тумане долины действительно стояли лишь несколько десятков фигур.

В центре стоял Гарри, по правую руку от него — Судзаку в алых боевых одеждах жрицы Феникса, по левую — Ясака в истинном девятихвостом обличье, чья аура заставляла траву вокруг вспыхивать золотыми искрами.

– Гарри! – прогремел голос Дамблдора над равниной. – Сложи оружие! Выдай детей под опеку Конфедерации и покайся перед лицом магического сообщества! Ради Высшего Блага мы пощадим тебя и дадим возможность искупить грехи!

Гарри лишь усмехнулся. Он поднял руку и небрежно щелкнул пальцами.

– Твое Высшее Благо, старик... смердит лицемерием.

В то же мгновение небеса над долиной раскололись.

Утреннее солнце померкло, когда облака окрасились в кроваво-багровый цвет. Из пространственных разломов начали спускаться легионы, при виде которых у передовых отрядов МКМ задрожали колени, а палочки едва не выпали из вспотевших рук.

Слева небо заполнили тысячи черных как смоль крыльев. Падшие ангелы под предводительством Азазеля зависли в воздухе, и в руках каждого из них материализовались копья из чистейшего света, гудящие от колоссальной энергии.

Справа раздалось пение небесного хора, от которого воздух завибрировал. Золотые врата распахнулись, выпуская полки белокрылых ангелов во главе с Михаилом, чье святое сияние слепило глаза волшебникам.

Прямо из-под земли, вздымая фонтаны багрового пламени, вырвались демонические легионы Преисподней. Сазекс Люцифер парил над ними, и его Аура Разрушения была настолько чудовищной, что сами законы физики вокруг него начали разрушаться.

А с севера, оглашая долину боевыми рогами, неслись валькирии на крылатых конях, сопровождаемые гигантами Асгарда и дружиной Одина, чей громогласный хохот заглушал все заклинания британцев.

– Ч-что это?.. – пролепетал Джеймс Поттер, хватаясь за сердце. Его лицо побелело, как мел. – Альбус... ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!

– Демоны... Ангелы... Мифические боги... – Лили выронила палочку, глядя на то, как небо над ними заполнилось сотнями тысяч существ, каждое из которых превосходило по силе десяток сильнейших волшебников вместе взятых. – Этого не может быть... Этого просто не может быть!

Десятитысячная армия МКМ впала в первобытный ужас. Дисциплина рухнула в секунду. Хваленые боевые маги Франции и Германии начали пятиться назад к порталу, но путь к отступлению был отрезан ледяной стеной Серафолл Левиафан, воздвигнутой за их спинами.

– Ну что, магические петушки? – разнесся насмешливый голос Азазеля. – Кто там хотел похитить крестников владык трех миров? Шаг вперед, смельчаки!

– В атаку! – в безумии закричал Годрик, теряя контроль над собой. Его эго, раздутое до небес славой Победителя Темного Лорда, отказывалось принимать реальность. – Они не настоящие! Это морок! Иллюзия темных тварей! Авада Кедавра!

Зеленый луч непростительного заклятия, в который Годрик вложил всю свою силу, сорвался с палочки и полетел прямо в Сазекса Люцифера.

Владыка Демонов даже не моргнул. Он просто выставил вперед указательный палец. Сгусток силы Разрушения размером с монету соприкоснулся со смертельным проклятием — и Авада Кедавра буквально растворилась, распавшись на атомы, словно ее и не было.

– Смертный мусор, – холодно произнес Сазекс, и одно лишь давление его ауры прижало первые три ряда волшебников к земле, ломая им ребра.

– Годрик, стой! – кричал Дамблдор, но было поздно.

Гарри шагнул вперед, отделившись от союзников. Его фигура была спокойной, но давление, исходившее от него, заставило даже архангелов одобрительно кивнуть.

– Ты хотел доказать, что равен богам, братец? – голос Гарри резал тишину, как лезвие. – Ты кичился тем, что победил Волан-де-Морта, и считал себя сильнейшим? Выходи. Только ты, я и наши клинки. Покажи мне силу своего Высшего Блага.

Годрик, с перекошенным от ненависти лицом, спрыгнул с платформы. В его правой руке пылал Меч Гриффиндора, вобравший в себя яд василиска и светлую магию тысячи чародеев, а в левой была зажата палочка. В нем бурлила сила, равная могуществу самого Тома Реддла на пике его величия — древняя магия стихий, темные проклятия и несокрушимый дух Гриффиндора.

– Я уничтожу тебя, сквиб! – взревел Годрик, срываясь на спринт. – Экспульсо! Сектумсемпра! Фиендфрог!

Комбинация заклинаний была поистине смертоносной. Адское пламя в форме гигантской жабы сплелось с режущими проклятиями и взрывной волной, накрывая Гарри с головой. Земля кипела, плавилась, превращаясь в магму.

Европейские волшебники с надеждой затаили дыхание. Вот она, сила их Избранного!

Но из бушующего ада инфернального огня не раздалось ни стона.

Раздался сухой, оглушительный треск молнии.

Сине-золотой клинок чистейшего божественного грома разрезал адское пламя надвое, словно паутину. Гарри вышел из огненного вихря абсолютно невредимым. Божественная защита Сусаноо окутывала его тело призрачным полупрозрачным доспехом самурая.

– Медленно, – произнес Гарри, оказавшись перед Годриком в долю секунды.

Годрик едва успел вскинуть Меч Гриффиндора для блока.

Удар Наруками обрушился сверху вниз. Звон столкнувшихся клинков был подобен удару колокола судного дня. Земля под ногами Годрика просела на три фута, образовав кратер. Мышцы Избранного затрещали от чудовищной тяжести удара. Гарри двигался с грацией и свирепостью бога бури.

– Этому тебя учил Дамблдор? – насмехался Гарри, нанося серию ударов, каждый из которых выбивал снопы искр из меча основателя. – Размахивать железкой, надеясь на магию зачарований? Тебя никогда не учили фехтовать, мальчик. Ты просто избалованный щенок, которому подсунули фальшивую славу!

Годрик отчаянно пытался контратаковать, взмахивая палочкой:

– Круци...

Гарри даже не стал блокировать клинком. Он просто перехватил запястье Годрика и сжал его. Раздался хруст ломающихся костей. Палочка из остролиста с пером феникса переломилась пополам в раздавленных пальцах «героя».

– А-а-а-а-ах! – взвыл Годрик, падая на одно колено.

– Ты сражался с Темным Лордом, который боялся смерти больше всего на свете, – ледяным тоном говорил Гарри, глядя на корчащегося брата сверху вниз. – А я сражался со Зверем Апокалипсиса, с богами-отступниками и демонами древности. Ты не волшебник, Годрик. Ты просто ребенок, играющий с огнем.

Годрик, превозмогая адскую боль, с яростным криком попытался снизу вверх пронзить Гарри Мечом Гриффиндора, вложив в этот выпад всю оставшуюся магию своего разорванного ядра.

Наруками вспыхнула ослепительным светом Истинной Молнии.

Один точный, филигранный круговой удар.

Звякнула перерубленная гоблинская сталь. Легендарный Меч Гриффиндора, веками считавшийся нерушимым, разлетелся на три части, словно дешевое стекло.

Следующим движением Гарри ударил Годрика ногой в грудь. Тот пролетел добрых пятьдесят ярдов и рухнул прямо к ногам своих оцепеневших родителей, ломая ребра и кашляя кровью.

– Годрик! Сыночек! – закричала Лили, бросаясь к нему на колени, пытаясь судорожно залечить переломы и разорванные связки.

Джеймс Поттер выхватил палочку, заслоняя жену и сына, но его рука дрожала так сильно, что он едва удерживал древко.

– Гарри... пожалуйста... он же твой брат... – прошептал Джеймс, и в его глазах стояли слезы полного, безоговорочного краха. Все, во что он верил — слава рода, непобедимость Гриффиндора, авторитет чистокровных традиций — все лежало в пыли у ног его отвергнутого первенца.

Дамблдор медленно спустился с платформы. Старик казался постаревшим на сотню лет. Его плечи опустились, а Бузинная палочка в руке казалась тяжелее могильной плиты.

– Неужели... Высшее Благо было ошибкой? – тихо прошептал директор, глядя на бескрайние армии сверхъестественного мира, которые окружили его дрожащее войско.

– Твое «Высшее Благо», старик, всегда было лишь твоим собственным непомерным эгоизмом, – ответил Гарри, медленно подходя к поверженным волшебникам. Рядом с ним бесшумно встала Судзаку. В ее руках пылало алое пламя, готовое по первому слову мужа испепелить всю верхушку министерства. – Ты решил, что имеешь право вершить судьбы людей, ломать чужие жизни, решать, кому быть героем, а кого выбросить на помойку, как мусор.

Гарри остановился в пяти шагах от Дамблдора.

– Твоя армия побеждена без единого выстрела. Твой избранный повержен и сломлен. Если бы мы захотели — от Британии и вашей Международной Конфедерации не осталось бы даже пепла в течение суток. Один щелчок пальцев Сазекса Люцифера — и ваше министерство провалится в ад. Одно слово Михаила — и ваши души сгорят в очищающем огне.

Десять тысяч европейских магов в панике побросали палочки. Звон падающего дерева прокатился по всей долине. Никто не хотел умирать за безумные амбиции старого манипулятора.

– Что... что ты сделаешь с нами? – с трудом сглатывая ком в горле, спросил Сириус Блэк, поддерживая бледного, дрожащего Люпина.

Гарри окинул презрительным взглядом своих бывших родственников и соратников ордена.

– Я оставлю вам жизнь, – произнес он.

Лили судорожно выдохнула, прижимая стонущего Годрика к груди.

– Но запомните каждое мое слово, – голос Гарри зазвучал с божественной мощью, усиленный ветрами Сусаноо. – С этого дня я, рожденный когда-то под именем Гарри Поттер, окончательно и бесповоротно отрекаюсь от рода Поттеров, от магии Британии и от вашей жалкой цивилизации. Моя фамилия — Химедзима. Мой народ — жители этих островов. Мои дети никогда не узнают английского языка и никогда не переступят порог вашей страны.

Он посмотрел прямо в полные слез глаза Джеймса и Лили.

– Род Поттеров угаснет вместе с вашим драгоценным «Избранным». Ни один мой ребенок, ни одна капля моей крови никогда не послужит вашему роду. Вы хотели спасти свое наследие ценой кражи моих детей? Вы потеряли все. Вы будете жить с осознанием того, что собственными руками уничтожили свою семью. Живите с этим. И пусть пепел вашей гордыни станет вам единственным утешением.

Гарри повернулся спиной к поверженным врагам.

– Убирайтесь с нашей земли. И если хоть один волшебник МКМ еще раз посмеет приблизиться к границам Японии — это будет означать не дуэль. Это будет означать полное стирание вашего мира с лица земли.

Сазекс Люцифер взмахнул рукой, и ледяная стена Серафолл растаяла, открывая проход к порталу.

– Пошли вон, – бросил Азазель, скрестив руки на груди.

Понурив головы, великая армия МКМ превратилась в жалкую толпу беженцев. Волшебники в панике давились у портала, бросая знамена, доспехи и оружие. Джеймс и Сириус подняли на руки искалеченного Годрика, чье магическое ядро было непоправимо повреждено обратным ударом разрубленного меча Гриффиндора. Он больше никогда не сможет колдовать в полную силу. Лили шла позади, не переставая рыдать, оглядываясь на своего брошенного первенца, но Гарри ни разу не обернулся.

Дамблдор уходил последним. Его походка была шаркающей, старческой. Бузинная палочка в его руке казалась обычным куском мертвого дерева. Мир, который он так тщательно выстраивал, рухнул, столкнувшись с величием истинной вселенной, которую он так высокомерно пытался игнорировать.

***

Киото, поместье клана Химедзима. Вечер того же дня.

Внутренний двор поместья был залит мягким золотистым светом бума