Приёмный младший брат семьи Тосака
Воспитание по-тосаковски
Багровый закат над холмом Мияма сегодня казался неестественно густым, словно само небо налилось дурной, застоявшейся кровью.
Когда прозвенел последний звонок, возвестивший об окончании факультативных занятий, в коридорах старшей школы Хомурахара воцарилась пугающая, вязкая тишина. Обычный школьный шум — смех учеников, грохот сдвигаемых парт, шаги дежурных — вдруг оборвался, будто звук перерезали тупыми ножницами. Воздух сделался тяжелым, горячим и приторно-сладким. Он пах гнилыми яблоками, окислившейся медью и закипающей сукровицей.
– Началось, – процедил Гарри Тосака, застегивая верхнюю пуговицу школьного пиджака.
Он стоял у высокого окна на третьем этаже главного корпуса, прижав два пальца в тонкой кожаной перчатке к виску. Под кожей юноши мгновенно вздулись и засияли бледно-зеленым неоновым светом сорок восемь магических цепей. Уникальная нервная сеть, переплавленная из осколков разорванного британского ядра и закаленная древними ритуалами Тосака, отозвалась глухим электрическим звоном.
– Этот идиот действительно сделал это… – Рин стояла рядом, сжимая в кулаке горсть ограненных турмалинов. Ее лицо окаменело, а в аквамариновых глазах полыхала чистейшая, ледяная ярость. – Развернуть Кровавый форт Андромеды прямо посреди бела дня, когда в здании еще оставались люди из спортивных секций и студсовета! Он хоть понимает, ЧТО натворил?! Это не просто нарушение правил секретности, это… это варварство!
– Мато Синдзи никогда не отличался умом, дорогая сестренка, – холодно усмехнулся Гарри. В его изумрудных глазах, унаследованных от далекой матери, блеснул рубиновый всполох — наследие дома Блэк и крови Тосака пробуждало в нем не просто гнев, а расчетливую, почти аристократическую жестокость. – Он всю жизнь завидовал магам. Он упивается иллюзией контроля. Ему дали в руки заряженное концептуальное оружие, и первое, что сделал этот червь, — решил почувствовать себя богом за счет беззащитных одноклассников.
В миниатюрном золотом наушнике Гарри, настроенном на защищенный канал связи, раздался томный, бархатный смешок.
– Мастер-сан, визуальный контакт установлен, – доложила Коянская.
Слуга класса Ассасин расположилась на крыше стрелкового тира, закинув стройную ножку в чулке на парапет и лениво покачивая пушистым розовым хвостом. Сквозь оптический прицел ее крупнокалиберной антиматериальной винтовки, напитанной современной праной, прекрасно просматривалось все западное крыло.
– Наш маленький заместитель директора школы заперся в старом корпусе, на верхнем этаже клуба стрельбы из лука. Держит в руках деревянную дощечку с начертанным командным концентратором и хихикает, как гиена под стимуляторами. А рядом с ним… о-о-о, какая грация. Слуга класса Райдер. Привязана цепями подчинения через Книгу Фальшивого Слуги.
– Райдер с ним? – переспросила Рин, тоже слышавшая доклад через парный амулет. – Черт… Если она вмешается в полную силу, здание просто рухнет.
– Не рухнет, – отрезал Гарри, проверяя зачарованную кобуру под левой полой пиджака, где покоился модифицированный полуавтоматический пистолет девятого калибра с гравировкой герба Тосака. – План простой. Рин, ты берешь Арчера и идешь зачищать внешние узлы барьера. Нужно сорвать рунические якоря, пока туман не растворил духовные тела спящих учеников. Коянская будет прикрывать тебя с дистанции и снимет любого, кто попытается дернуться со стороны двора.
– А ты? – Рин подозрительно прищурилась, сложив руки на груди. – Опять полезешь в самое пекло один?
– Я пойду побеседовать с нашим уважаемым вице-капитаном клуба, – губы Гарри растянулись в хищной усмешке, от которой у любого чистокровного мага Часовой Башни по спине пробежали бы мурашки. – Он посмел осквернить территорию, которую мой род охранял двести лет. И, что еще хуже, он использовал для этого силу Сакуры. Пора объяснить мальчику разницу между истинным магом и глистом, возомнившим себя драконом.
– Гарри, – Рин на секунду задержала ладонь на его плече. Ее голос дрогнул, но взгляд остался твердым. – Не убивай его. Если Синдзи сдохнет прямо сейчас, старик Дзокен поймет, что мы вышли на охоту, и отыграется на Сакуре.
– Не беспокойся, сестренка, – юноша слегка склонил голову в безупречном поклоне. – Смерть — слишком легкий выход для таких, как он. Я преподам ему урок традиционного британско-японского этикета. Он его на всю жизнь запомнит. Буквально каждой клеткой своего тела.
***
Воздух в переходе между главным и старым корпусом напоминал раскаленный кисель. На полу уже лежали без сознания трое парней из секции дзюдо — их кожа стремительно бледнела, а изо рта шла тонкая розовая пена: Кровавый форт методично выкачивал жизненную силу, переплавляя ее в чистую ману.
Гарри шагал сквозь этот ядовитый морок не замедляя шага. Вокруг его тела пульсировал тончайший полупрозрачный кокон из багровой праны — техника рассеивания порчи, доведенная им до совершенства за годы тренировок с рубинами.
Внезапно впереди послышались тяжелые, сбивающиеся шаги.
Из-за угла вывалился Эмия Широ. Рыжий придурок держал в руках длинную дубовую швабру, кое-как укрепленную топорно пущенной праной. Его лицо было серым от удушья, дыхание хрипело, но в золотисто-карих глазах горело то самое тупое, несгибаемое упрямство, которое Гарри одновременно презирал и в глубине души уважал.
– Тосака?! – закашлялся Широ, спотыкаясь о ступеньку и едва не падая. – Ты… ты тоже здесь? Что происходит со школой?! Все… все просто падают!
– Уйди с дороги, Эмия, – ровным тоном произнес Гарри, даже не притормозив и ловко обогнув покачнувшегося одноклассника. – Это не твоя лига. И брось эту палку, она фонит так, будто ты пытался затолкать в дерево гнилой силовой кабель. Твои магические цепи искрят во все стороны.
– Стой! – Широ схватил его за рукав. – Там… наверху! Я видел кого-то в черном! Это они сделали?! Мы должны помочь тем, кто внизу!
Гарри медленно повернул голову. Его взгляд, холодный и острый, как лезвие ланцета, заставил Широ инстинктивно разжать пальцы.
– Слушай меня внимательно, паладин-самоучка, – негромко произнес молодой маг. – Моя сестра сейчас рискует жизнью, чтобы сорвать этот барьер и спасти твоих драгоценных одноклассников. Если ты действительно хочешь быть полезным — вали вниз, собирай тех, кто еще дышит, и вытаскивай их на открытый воздух к парадным воротам. А виновника этой мерзости предоставь мне.
– Но…
– Исчезни, Эмия. Иначе я оглушу тебя заклятием и оставлю здесь задыхаться, – отрезал Гарри и, взмахнув полами черного пальто, взлетел вверх по деревянной лестнице.
***
Дверь в аудиторию клубной комнаты вылетела внутрь с оглушительным треском, разлетевшись на сотни мелких щепок от одного концентрированного удара ноги, усиленной руной «Тейваз».
– Кто посмел?! – взвизгнул истеричный голос.
Посреди разгромленной комнаты, залитой багровым сиянием гигантской магической печати, начертанной на полу человеческой кровью вперемешку с толчеными драгоценностями, стоял Мато Синдзи.
Его синие кудрявые волосы стояли дыбом, галстук сбился набок, а на бледном лице застыла безумная, торжествующая гримаса ничтожества, дорвавшегося до абсолютной власти. В левой руке он сжимал резную деревянную табличку, густо исписанную клинописью и оккультными знаками — Книгу Фальшивого Слуги, артефакт, удерживающий контракт с героической душой. В правой руке Синдзи держал массивный ритуальный кинжал.
А прямо перед ним, замерев в полуприседе на подоконнике, находилась она.
Слуга класса Райдер. Высокая, потрясающе сложенная женщина в обтягивающем черном боди без рукавов, с длинными, струящимися до самого пола фиолетовыми волосами. Ее глаза закрывала металлическая повязка с выбитыми печатями запечатывания, а в пальцах нервно вздрагивали массивные железные цепи, оканчивающиеся тяжелыми коническими кольями.
– О-о-о… – Синдзи осклабился, узнав вошедшего. В его взгляде мелькнула спесь пополам с многолетней затаенной ненавистью. – Посмотрите-ка, кто приполз! Не благородная Рин, а ее карманная собачонка! Подкидыш с помойки, которого пригрели Тосака! Что, пришел умолять меня о пощаде, Гарри?!
Гарри молча перешагнул через обломки двери. Он даже не достал оружие. Его руки спокойно покоились в карманах пальто.
– Ты напрасно так шумишь, Синдзи, – негромко произнес он, окинув комнату брезгливым взглядом. – Ты загадил прекрасное помещение. Этим доскам больше полувека, они сделаны из кипариса. А от твоих каракуль воняет дешевой падалью.
– Заткнись! – сорвался на визг Мато, брызжа слюной. – Ты ничего не понимаешь! Я — Мастер! Я истинный избранник Грааля! Семья Мато правила этим ритуалом с самого начала! А ты… ты просто мусор, который подобрали из жалости! Райдер! Разорви его на куски! Выколи ему глаза! Выпусти ему кишки, слышишь меня?! Убей его прямо сейчас!
Райдер медленно повернула голову в сторону Гарри. Ее скрытые повязкой глаза безошибочно определили угрозу, но тело двигалось скованно, с явной неохотой.
– Приказ принят, – раздался ее низкий, завораживающе красивый голос, полный холодной печали.
Она сорвалась с места с чудовищной скоростью. Железные цепи со свистом рассекли воздух, метнувшись к шее и коленям юноши, способные перерубить человека пополам одним движением.
– Гандр: тройной залп, – сухо обронил Гарри.
Юноша даже не вынул руки из карманов целиком — лишь приподнял пальцы правой руки. С кончиков ногтей с сухим треском сорвались три черные сферы концентрированного проклятия Скандинавской ветви магии Тосака. Они врезались не в саму Райдер, а точно в соединительные кольца летящих цепей.
Грохнул металлический звон. Колоссальная кинетическая сила проклятия, усиленная праной Блэков, сбила траекторию атаки. Цепи с грохотом впились в потолок, вырывая куски штукатурки.
В то же мгновение в окно за спиной Синдзи влетел одиночный глухой хлопок.
Пуля калибра 12.7 мм, выпущенная Коянской с дистанции в полкилометра, не задела никого из живых — она с ювелирной, издевательской точностью срезала лезвие ритуального кинжала в руке Синдзи прямо у самой рукояти. Осколок металла со звоном отлетел в стену, оцарапав парню щеку.
– А-А-А-Й! – взвыл Синдзи, роняя рукоять и хватаясь за лицо. – Снайпер?! Откуда здесь чертов снайпер?!
Райдер замерла, мгновенно перестроившись в защитную стойку перед своим недоумком-хозяином. Она приготовилась принять бой насмерть, ее мышцы натянулись, как стальные канаты.
– Отставить, Медуза, – спокойно произнес Гарри, сделав еще один шаг вперед.
Слуга вздрогнула. Ее губы слегка приоткрылись. Истинное имя, произнесенное вслух с такой ледяной уверенностью, подействовало сильнее удара молотом.
– Я знаю, кто ты, – продолжил Гарри, глядя прямо на слепую героиню. – И я знаю, кто твой настоящий Мастер. Ты служишь не этому куску никчемного дерьма, трясущемуся за твоей спиной. Твоя связь принадлежит Сакуре. Девочке, которую старик Дзокен годами ломает в червивом подвале.
– Сакура… – едва слышно прошептала Райдер, и ее пальцы на цепях дрогнули.
– Что ты несешь, урод?! – завизжал Синдзи, прячась за широкой спиной Слуги. – Я ее хозяин! Книга у меня! Райдер, не слушай его, убей его, иначе я прикажу тебе покончить с собой прямо сейчас!
– Если ты умрешь здесь, гордая Горгона, – не обращая внимания на визги за ее спиной, продолжал Гарри, – некому будет защитить Сакуру, когда мы придем выжигать склеп Мато. Я даю тебе слово дома Тосака: мы уничтожим Дзокена и освободим твоего истинного Мастера. А этого слизня… этого слизня я просто научу хорошим манерам. Отойди в сторону, Райдер. Или мне придется приказать моему Ассасину прострелить тебе оба колена бронебойными руническими патронами. А ты ведь знаешь, что она не промахнется.
Райдер молчала несколько бесконечно долгих секунд. В воздухе стояло напряжение такой плотности, что казалось, коснись его — и грянет взрыв.
Затем женщина медленно, с достоинством истинной богини древности, опустила цепи.
– Не разочаруй ее… Гарри Тосака, – тихо проговорила она и сделала шаг в сторону, растворяясь в мерцающей дымке астральной формы.
– РАЙДЕР?! ТЫ КУДА, ТВАРЬ?! ВЕРНИСЬ! Я ПРИКАЗЫВАЮ ТЕБЕ! – заорал Синдзи, в панике размахивая деревянной Книгой Фальшивого Слуги.
Но ответа не последовало. В комнате остались только двое.
***
Гарри медленно закрыл за собой остатки двери, привалив ее обломком парты, и повернулся к Синдзи. На его лице играла мягкая, вежливая и совершенно чудовищная полуулыбка.
– Ну что, Синдзи… Поговорим об искусстве?
Мато попятился, споткнулся о собственную сумку и с глухим стуком шлепнулся на пятую точку прямо в центр своей намалеванной кровью печати. Вся его спесь, вся наглая самоуверенность слетели в одно мгновение, оставив лишь дрожащего, сопливого подростка, осознавшего, что чудовище, на которое он лаял из-за забора, теперь стоит прямо над ним.
– Т-ты не посмеешь… – залепетал Синдзи, отползая назад на четвереньках и судорожно прижимая к груди деревянную дощечку. – Мой дед… Дзокен узнает! Ассоциация магов запрещает нападения на Мастеров без официального вызова! Мы благородный род!
– Благородный род? – Гарри сделал плавный шаг, сокращая дистанцию. – Вы — гнилое болото, Синдзи. Твой дед — ходячий мешок с червями, а ты — бездарность, не способная даже зажечь спичку собственной праной. Ты украл силу у девочки, которая стирала твои вонючие носки и терпела твои побои. Ты развернул вампирический барьер против ни в чем не повинных людей, надеясь утопить свой комплекс неполноценности в их страданиях.
– Пошел вон! Пошел во-о-он! – взвизгнул Синдзи и, вскочив на ноги, попытался ткнуть Гарри обломком кинжала.
Движение юноши было смазанным и молниеносным.
Гарри даже не моргнул. Он перехватил запястье Синдзи левой рукой, слегка вывернул его под анатомически неестественным углом — раздался сухой щелчок выбитого сустава — и наотмашь врезал тыльной стороной ладони по холеной физиономии Мато.
Удар был рассчитан с аптекарской точностью: нос Синдзи с хрустом превратился в кровавую лепешку, голова запрокинулась назад, и парень с жалобным воем снова рухнул на колени, роняя деревянную реликвию.
Гарри наступил начищенным оксфордом на пальцы правой руки Синдзи, слегка надавив. Раздался истошный поросячий визг.
– Молчать, – негромко, но с такой властной сталью в голосе приказал Тосака, что Синдзи мгновенно захлебнулся собственным криком, мелко задрожав.
Гарри наклонился и поднял с пола Книгу Фальшивого Слуги. Это была тяжелая, лакированная дощечка из мореного дуба, размером примерно двадцать на десять сантиметров, с грубо вырезанным на обратной стороне руническим знаком Кровавого форта Андромеды — сложной спиралевидной печатью, пульсирующей краденой жизненной силой.
– Любопытная вещица, – протянул Гарри, вертя артефакт в руках. – Концентратор низкого качества, но напитана изрядно. Знаешь, Синдзи, в европейской магической традиции есть такое понятие: резонансная обратная связь. Если заклинание не достигло цели, его источник должен принять весь откат на себя.
Синдзи с ужасом перевел взгляд с окровавленного лица Гарри на тяжелую, угловатую деревянную доску с острыми краями:
– Ч-что… что ты хочешь сделать? Отдай! Это собственность семьи Мато!
– О, я не собираюсь ее ломать, – Гарри присел на корточки перед скулящим парнем. В зеленых глазах Тосака горел чистейший, бескомпромиссный садизм древнего рода Блэк, помноженный на изощренную изобретательность сестры. – Видишь ли, этот артефакт выкачивает прану из окружающей среды через нижние чакры жертв. Следовательно, для правильной консервации и запечатывания… его нужно поместить в место с максимально плотным скоплением телесных нечистот.
До Синдзи начал медленно, неотвратимо доходить смысл сказанных слов. Его глаза расширились до предела, зрачки превратились в крошечные точки.
– Нет… Нет-нет-нет! Ты шутишь! Тосака, ты больной ублюдок, ты не посмеешь! Я извинюсь! Я отменю форт! Я отдам тебе Сакуру! ТОЛЬКО НЕ ЭТО!
– Поздно каяться, грешник, – сладко протянул Гарри.
Юноша схватил сопротивляющегося Синдзи за загривок, одним рывком вздернул его на ноги и с силой впечатал лицом в деревянный стол для стрельбы из лука. Раздался треск лопнувшей губы. Правой рукой, укрепленной праной, Гарри без малейших усилий заломил обе руки Мато за спину, зафиксировав его так мертво, будто зажал в тиски.
– Коянская, отключи звук в моем канале на пару минут, – бросил Гарри в пустоту.
– О-о-о, ни за что на свете, босс! – раздался в наушнике заливистый, восторженный хохот лисицы. – Такое корпоративное унижение конкурентов я обязана записать на защищенный сервер! Камера спутника переведена в режим максимального зума! Действуйте, директор!
Синдзи отчаянно задергался, пытаясь лягаться, но Гарри наступил коленом ему на поясницу, окончательно лишая подвижности.
– Ты осквернил кровь моей семьи, Синдзи, – прошептал Гарри прямо ему в ухо, пока левой рукой резким, безжалостным рывком распарывал форменные брюки и нижнее белье Мато вдоль заднего шва зачарованным перочинным ножом. – Ты посмел угрожать Рин. Ты издевался над Сакурой. Считай это актом… глубокого экзорцизма.
– НЕТ! ПОЖАЛУЙСТА! МАМА! ПОМОГИТЕ-Е-Е-Е! – сорвался на ультразвуковой фальцет Синдзи, когда холодный воздух школьного корпуса коснулся его обнаженного зада.
Гарри Тосака усмехнулся. Широко, хищно, с нескрываемым, искренним удовольствием.
Он взял Книгу Фальшивого Слуги с начертанной Печатью Андромеды, слегка активировал руны на ее поверхности, отчего деревянная дощечка нагрелась до температуры свежезаваренного чая и замерцала зловещим малиновым светом, наставил ее узким торцом прямо в цель…
И с коротким, выверенным усилием истинного мастера боевых искусств вогнал угловатый артефакт ровно наполовину в задницу Синдзи Мато.
– А-А-А-А-А-А-А-А-А-ГХ-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Х-Й-Я-А-А-А-А-А!
Звук, вырвавшийся из глотки наследника рода Мато, не был похож ни на человеческий крик, ни на вой раненого зверя. Это был пронзительный свист лопнувшей волынки, переходящий в хриплый, захлебывающийся визг кастрируемого вепря.
Глаза Синдзи буквально вылезли из орбит, жилы на шее надулись до толщины пальца, а ноги судорожно забарабанили по полу чечетку. Деревянная дощечка с печатью торчала из его филейной части, как криво вбитый почтовый указатель, пульсируя остатками багровой праны форта прямо в его прямую кишку.
Гарри брезгливо отпустил его воротник.
Оставшись без опоры, Синдзи кулём сполз со стола на пол. Он не мог ни сесть, ни лечь на спину — любое движение отзывалось дикой, нечеловеческой болью от углов застрявшего артефакта. Парень скрючился на боку в позе эмбриона, судорожно поджимая колени к груди, хватая ртом воздух и заливая пол соплями, слезами и слюной.
– Боги… это… это великолепно, – раздался в наушнике восхищенный шепот Коянской, перемежаемый всхлипами от смеха. – Мистер Тосака, я официально признаю вас гением менеджмента. Акции корпорации Мато упали ниже плинтуса.
В этот момент остатки двери окончательно рухнули.
В комнату ворвалась запыхавшаяся Рин Тосака. За ее спиной, материализовавшись прямо из воздуха, стоял Арчер, скрестив руки на груди.
– Гарри! – крикнула девушка, сжимая в руке фамильный рубин. – Мы сбили внешние узлы, барьер рушится, ученики в бе…
Слова застряли у нее в горле.
Рин замерла с открытым ртом. Ее взгляд медленно, словно не веря собственным глазам, опустился на пол.
Там, свернувшись калачиком в луже собственных слез, истошно всхлипывал полуголый вице-капитан клуба стрельбы из лука. А из его задней части, гордо возвышаясь над разорванными школьными штанами, мерцала багровыми рунами Книга Фальшивого Слуги с Печатью Андромеды.
Рядом стоял Гарри. Он достал из кармана белоснежный шелковый платок, неторопливо и тщательно вытирал пальцы, а на его лице сияло выражение глубокого морального удовлетворения и кристальной невинности.
– Г-Гарри… – выдавила Рин, и ее правый глаз начал мелко, нервно подергиваться. – Что… ЧТО ЭТО ТАКОЕ?!
– Добрый вечер, сестренка, – вежливо поздоровался юноша, убирая платок. – Ситуация под контролем. Концентратор барьера надежно запечатан в органическом изоляторе. Угроза нейтрализована.
– ТЫ… ТЫ ЗАСУНУЛ ЕМУ ПЕЧАТЬ В ЖОПУ?! – сорвалась на ультразвуковой крик наследница великого рода Тосака, хватаясь за щеки. – ПРЯМО ТУДА?! ЦЕЛИКОМ?!
– Ну почему целиком? – снисходительно поправил ее Гарри, критически оглядев торчащий край дощечки. – Сантиметров на десять всего. Там дерево гладкое, лакированное, трещин быть не должно. Хотя углы, конечно, островаты… Но это исключительно в воспитательных целях.
Арчер, стоявший за спиной Рин, сначала нахмурился, затем прикрыл рот кулаком, его плечи начали мелко подрагивать, и, наконец, легендарный Героический Дух не выдержал. Он отвернулся к стене и глухо, утробно заржал, содрогаясь всем своим мускулистым телом:
– О боги… Я видел падение империй… Я видел резню при Камлане… Но такого унижения Мастера я не встречал за всю свою проклятую загробную жизнь!
– Заткнись, Арчер! – рявкнула пунцовая до корней волос Рин, не зная, куда девать глаза. – Гарри! Ты… ты абсолютно невозможен! Мы благородные маги! Хранители порядка! Что скажут в Ассоциации, если об этом узнают?!
– В Ассоциации скажут, что дом Тосака нашел инновационный метод подавления вражеских артефактов без использования дорогих реагентов, – невозмутимо парировал Гарри, подходя к сестре и мягко беря ее за руку. – К тому же, Синдзи теперь никому ничего не расскажет. Представь: он приходит к Дзокену или в церковь и говорит: «Меня победил Гарри Тосака тем, что вставил мне мою же печать в задний проход». Да он скорее повесится от позора, чем признается хоть одной живой душе.
Синдзи на полу издал тонкий, сдавленный писк, подтверждая правоту этих слов. Вытащить дощечку самостоятельно он просто не мог — малейшая попытка коснуться ее вызывала судорогу во всем теле.
В коридоре послышались торопливые шаги.
– Тосака! Вы целы?! – в дверной проем влетел Эмия Широ, все еще сжимая свою дурацкую швабру. – Барьер пропал, туман рассеялся, я помог вынести…
Широ осекся на полуслове. Его челюсть отвисла так низко, что, казалось, ударилась о половицы. Взгляд парня приковался к торчащей деревяшке в филейной части Мато, затем переместился на невозмутимого Гарри, затем на багровую Рин и ржущего в кулак Арчера.
– Э-э-э… – выдавил будущий защитник справедливости, чувствуя, как его мозг окончательно плавится. – Это… это какой-то ритуал высшей магии?
– Именно так, Эмия, – с каменным лицом подтвердил Гарри, похлопав парня по плечу. – Древнее кельтское проклятие очищения кармы. Не пытайся повторить дома, требует особой гибкости моральных ориентиров. А теперь бери этого героя за шкирку и тащи его в медпункт. Только не вынимай артефакт, иначе пойдет заражение праной. Пусть школьный врач полюбуется.
– Я… я понял… наверное… – пробормотал совершенно дезориентированный Широ, бочком приближаясь к всхлипывающему Синдзи.
***
Поместье семьи Тосака. Поздний вечер.
В гостиной снова горел камин, разгоняя зимний мрак.
Базетт, одетая в свободный свитер Гарри, сидела на диване и с нескрываемым удовольствием потягивала крепкий ирландский эль из кружки. Рядом с ней прямо на полу сидел Лансер, запрокинув голову и хохоча так, что звенели хрустальные подвески на люстре.
– Ха-ха-ха-ха! Черт возьми, парень! – Кухулин хлопнул ладонью по колену. – Клянусь копьем Скатах, я бы отдал половину своей славы, чтобы увидеть рожу этого слизняка в тот момент! Печать Андромеды прямо в гузно! Вот это я понимаю — стиль! Вот это воинская доблесть двадцать первого века!
– Это было варварство, – буркнула Рин, пряча лицо за чашкой чая, хотя ее губы сами собой предательски расползались в улыбке. – Абсолютное, невоспитанное варварство. Отец лишил бы тебя наследства, Гарри.
– Наш отец позволил отдать Сакуру этим выродкам, – холодно и тихо ответил Гарри, отставляя свой бокал.
Смех в комнате мгновенно стих. Лансер посерьезнел, опустив кружку. Базетт сочувственно посмотрела на юношу.
– Сегодня мы сломали Синдзи, – продолжил Гарри, глядя на танцующие языки пламени в камине. – Райдер больше не поднимет против нас оружие. Она знает, что мы спасаем Сакуру. Следующий шаг — поместье Мато. Мы не будем играть по правилам Войны Грааля. Мы придем туда, сожжем подвал с червями к чертовой матери и вытащим мою сестру.
– Нашу сестру, – твердо поправила его Рин, поднимая на него ясные, полные решимости глаза. – Нашу, Гарри.
Коянская, сидевшая на подлокотнике кресла Гарри и лениво перебиравшая пряди его темных волос длинными наманикюренными пальчиками, довольно замурлыкала:
– Мои спутники уже ведут разведку поместья Мато, Мастер-сан. Термические заряды доставлены, напалм высшей очистки готов. Если прикажете, мы сотрем этот клоповник с карты города за сорок секунд. Без шума, без пыли, с гарантией полной утилизации биомассы.
– Скоро, Коянская, – Гарри накрыл ее тонкую ладонь своей рукой, чувствуя, как лисий хвост слуги ласково обвивает его талию. – Очень скоро.
В кармане его жилета снова ожил коммуникатор. На экране высветился входящий защищенный вызов из Лондона.
Гарри нажал кнопку приема, и в воздухе развернулась голограмма запыхавшейся, встревоженной Ольги Марии Анимусфир.
– Тосака! – воскликнула девушка, не обращая внимания на присутствующих. – Мои наблюдатели зафиксировали колоссальный магический всплеск в районе твоей школы пару часов назад! Какая-то невероятно плотная, извращенная пространственная аномалия на стыке двух систем! Что там у вас стряслось?!
Гарри бросил короткий взгляд на давящуюся от беззвучного смеха Рин, на ухмыляющегося Лансера и с абсолютно невозмутимым, аристократическим выражением лица