Она у меня единственная
Вирусная популярность и цифровое перемирие
На следующее утро Технолайк гудел, как перегруженный серверный узел. Если раньше коридоры станции наполнялись лишь мерным гулом вентиляции и короткими техническими сводками, то теперь отовсюду доносились шепотки и приглушенный смех. На каждом втором голографическом экране, мимо которого проходили сотрудники, красовалась та самая фотография: Бан, чье лицо выражало смесь праведного гнева и крайнего смущения, и Вики, прильнувшая к нему с мягкой, понимающей улыбкой.
Бан шел по главному коридору, стараясь смотреть строго перед собой. Его тяжелые ботинки чеканили шаг, словно он собирался на штурм вражеской крепости, а не в столовую за утренним кофе. Каждое «Доброе утро, Бан!» или двусмысленное подмигивание коллег заставляло его челюсти сжиматься еще сильнее.
– Смотри-ка, наш «Мистер Суровость» оказался «Мистером Романтикой», – раздался звонкий голос Лайк.
Она стояла у центрального терминала, окруженная толпой стажеров. Как всегда, безупречная, в ярком костюме, который, казалось, светился ярче, чем все лампы в Технолайке. Рядом с ней Омгус, не выпуская из рук свой навороченный гаджет, увлеченно листал комментарии к посту.
– Лайк, я тебя предупреждал, – прорычал Бан, останавливаясь напротив них. – И тебя, Омгус, это тоже касается. Если это фото не исчезнет из сети в ближайшие пять минут, я лично переформатирую твои накопители. Все до одного.
– Ой, да брось, Бан! – Омгус даже не вздрогнул, он привык к угрозам здоровяка. – Ты хоть видел статистику? У нас охваты выросли на триста процентов! Даже Аннет написала, что это «самое человечное событие в этом холодном железном ящике» с момента его запуска.
– Мне плевать на статистику, – Бан скрестил руки на груди, возвышаясь над Омгусом. – Вы влезли в личное пространство. Вики... она ведь не привыкла к такому вниманию. Ей может быть неприятно.
– Вики в восторге! – Лайк изящно взмахнула рукой, указывая в сторону входа в архивы. – Мы с ней виделись десять минут назад. Она сказала, что это отличный социальный эксперимент по изучению скорости распространения информации в замкнутых системах.
Бан на мгновение замер. Типичная Вики. Даже собственное признание в любви она могла превратить в «социальный эксперимент», лишь бы скрыть, как сильно она на самом деле взволнована. Но это знание не утихомирило его ревность и раздражение.
– Тем не менее, – Бан сделал шаг вперед, заставляя Омгуса попятиться. – Конкурс Лайк – это одно. А моя личная жизнь – совсем другое.
– Кстати о конкурсе! – Лайк просияла, проигнорировав его угрожающий тон. – Благодаря вам, у меня появилась потрясающая идея для новой номинации. «Самая неожиданная пара Технолайка». Вы с Вики – фавориты!
– Ни за что, – отрезал Бан.
– А мы еще посмотрим, – Лайк хитро прищурилась. – У меня есть свои методы убеждения.
Бан развернулся и пошел прочь, чувствуя, как за спиной Омгус снова что-то фотографирует. Он направился прямиком в архивы. Ему нужно было увидеть Вики. Нужно было убедиться, что она действительно в порядке, а не просто делает вид перед Лайк.
В архивах было тише, чем в остальной части станции, но даже здесь ощущались последствия вчерашнего «взрыва». На рабочем столе Вики стоял небольшой букет синтетических цветов – подарок от кого-то из отдела логистики, явно впечатленного ночной драмой.
Сама Вики сидела за терминалом, глубоко погруженная в расчеты. Когда Бан подошел, она даже не подняла головы, но уголки её губ дрогнули.
– Ты сегодня необычайно шумный, Бан, – тихо сказала она. – Твой пульс, судя по датчикам в помещении, выше нормы на двадцать ударов.
– Ты еще и за моими датчиками следишь? – Бан присел на край её стола, чувствуя, как гнев медленно сменяется привычным, легким оцепенением.
– Они в общем доступе для сотрудников службы безопасности, – Вики наконец оторвалась от экрана и посмотрела на него. Её глаза за стеклами очков светились теплом. – Ты из-за поста Омгуса так злишься?
– Весь Технолайк тычет в нас пальцами, Вики. Этот придурок выставил всё так, будто мы... ну, герои какого-то дешевого сериала.
– А разве это не так? – Вики протянула руку и осторожно коснулась его ладони. – Ты – суровый техник с золотым сердцем, я – замкнутый архивариус. Классический сюжет.
Бан почувствовал, как краска заливает его лицо. Он снова стал тем самым подростком, который не знает, куда деть руки.
– Я просто не хотел, чтобы над тобой смеялись, – буркнул он.
– Никто не смеется, Бан. Все... удивлены. И, кажется, немного завидуют. Даже Капитан заходил утром.
При упоминании Капитана Бан мгновенно напрягся.
– И что этот зануда хотел? Опять файлы? Или пришел выразить соболезнования, что ты связалась с таким, как я?
– Нет, – Вики легонько сжала его пальцы. – Он пришел поздравить. Сказал, что всегда подозревал, что за твоей грубостью скрывается глубокая привязанность. И еще он принес отчет, который я просила.
– Конечно, он принес отчет, – фыркнул Бан. – Он бы и на собственную свадьбу пришел с отчетом о целесообразности заключения брака.
– Перестань, – Вики встала и подошла к нему вплотную. – Ты ведь знаешь, что мне никто не нужен, кроме тебя. Даже если об этом теперь знает каждый терминал в этом секторе.
Бан вздохнул, чувствуя, как остатки его ярости окончательно испаряются. Он притянул Вики к себе, обнимая её за талию. Здесь, в тишине стеллажей, всё казалось правильным.
– Лайк хочет втянуть нас в свой конкурс, – сообщил он ей в макушку.
– Я знаю. И я думаю, нам стоит согласиться.
Бан отстранился, глядя на неё с недоумением.
– Что? Ты серьезно? Ты же ненавидишь публичность.
– Если мы согласимся, мы сможем контролировать процесс, – Вики хитро улыбнулась. – Я предложу Лайк сделку: мы участвуем, но она отдает мне доступ к архивам старых записей системы безопасности, которые мне нужны для работы, а Омгус удаляет то самое фото из общего доступа, заменяя его на официальный портрет.
Бан на секунду задумался. Логика Вики была безупречной, как и всегда.
– Ты просто гений, – признал он, снова краснея.
– Я знаю, – просто ответила она.
В этот момент двери архива с шипением разъехались, и в помещение буквально влетела Аннет. Она выглядела взбудораженной, её волосы были слегка растрепаны, а в руках она сжимала какой-то планшет.
– Вы двое! – воскликнула она, переводя дыхание. – Вы даже не представляете, что там творится! Макс... этот идиот Макс решил, что раз Бан признался, то и ему пора!
– И что он сделал? – спросила Вики, сдерживая смех.
– Он попытался признаться мне в любви, используя громкую связь в инженерном отсеке! – Аннет всплеснула руками. – Но он перепутал частоты, и теперь всё его «пламенное послание» транслируется в столовой для высшего руководства!
Бан не выдержал и расхохотался. Громкий, искренний смех заполнил архив, отражаясь от металлических стен.
– Похоже, мы запустили цепную реакцию, – сквозь смех выдавил он.
– Именно! – Аннет подошла к ним, её сердитое выражение лица сменилось мягкой улыбкой. – На самом деле, я пришла сказать спасибо. Вы... вы как будто дали всем разрешение быть немного менее «техно» и немного более «лайк». Даже если это выглядит глупо.
– Видишь, Бан? – Вики посмотрела на него. – Никакой катастрофы не случилось.
– Ладно, ладно, – Бан поднял руки вверх, сдаваясь. – Я признаю, что был неправ. Но Омгуса я всё равно когда-нибудь запру в серверной на пару часов. Для профилактики.
– Я тебе помогу, – подмигнула Аннет. – А теперь идемте, Лайк уже начала репетицию своего шоу, и она требует, чтобы «главные звезды» присутствовали.
Когда они выходили из архива, Бан крепко держал Вики за руку. Он больше не пытался скрыться или казаться безразличным. Мимо прошел Капитан, кивнув им с едва заметной, но вполне человеческой улыбкой.
В центральном холле было не протолкнуться. Лайк стояла на импровизированной сцене, раздавая указания техникам. Омгус, увидев вошедшую троицу, тут же навел камеру, но Бан лишь спокойно посмотрел в объектив, не пытаясь закрыться.
– О, а вот и наши герои! – пропела Лайк в микрофон. – Бан, Вики, занимайте места в первом ряду. Мы как раз обсуждаем финал конкурса!
– Лайк, у нас есть встречное предложение по поводу условий участия, – спокойно произнесла Вики, выходя вперед.
Бан стоял чуть позади, наблюдая за тем, как его маленькая, умная Вики берет ситуацию под контроль. Он чувствовал гордость и странное, непривычное тепло в груди. Технолайк оставался всё тем же местом – шумным, технологичным и иногда абсурдным, – но теперь в нем было нечто большее, чем просто алгоритмы и сталь.
Вечером, когда суета наконец улеглась, и Лайк, получив свое согласие (и отдав Вики нужные доступы), ушла планировать грандиозный финал, Бан и Вики снова оказались на крыше одного из блоков. Отсюда открывался вид на огни станции и далекие звезды.
– Знаешь, – тихо сказал Бан, глядя в темноту. – Я всё еще не люблю, когда на меня смотрят. Но если они смотрят на нас вместе... я, пожалуй, смогу с этим смириться.
– Это прогресс, Бан, – Вики положила голову ему на плечо. – Большой шаг для одного человека и огромный скачок для всей системы безопасности.
– Опять твои шуточки, – проворчал он, но тут же притянул её ближе.
Вспышки камер больше не пугали его. В мире, где всё можно было оцифровать, их чувства оставались чем-то, что не поддавалось никакому анализу. И это было именно то, что нужно.
Где-то внизу Омгус выкладывал новую фотографию: двое на фоне звезд, без лишних фильтров и спецэффектов. Подпись гласила: «Иногда тишина говорит громче любых лозунгов». И на этот раз Бан, увидев уведомление на своем браслете, просто улыбнулся.