← Назад к обзору

Меч из умирающего мира попадает в мир духов

Перекресток стали и ветра

Широ опустил взгляд на свои руки.

Пальцы загрубели, кожа на костяшках была покрыта тонкими белыми шрамами — следами сотен рукоятей, которые он держал за последние недели безумной войны. Кожа сохранила смуглый, бронзовый оттенок, а упавшая на лоб прядь волос оставалась пепельно-белой. Это было зримое доказательство того, как глубоко концепция Героического Духа Эмии въелась в его собственную душу.

Однако внутри... внутри больше не было того всепожирающего жара, готового испепелить его тело ради одного единственного залпа. Магические цепи, обычно отзывавшиеся резкой, колющей болью раскаленного железа, сейчас пульсировали мягко и ровно, словно омытые чистой родниковой водой.

Широ прислушался к себе. Карта Арчера все еще спала в глубине его естества, привычная и тяжелая, как старый солдатский ранец. Но рядом с ней дремало нечто иное — сияющее, золотисто-лазурное присутствие карты Сейбер. Того самого духа, которого Мию призвала перед их разлукой. Две противоположности, два пути меча нашли в нем странное, парадоксальное равновесие.

– Не дергайся, кому сказано, – повторила девочка с коралловыми волосами, прищурив алые глаза. Белая шинель на ее плечах слегка качнулась, когда она скрестила руки на груди. – Ты находишься на борту воздушного командного судна «Фраксинус». И прямо сейчас ты — самый подозрительный объект во всем воздушном пространстве Японии.

– «Фраксинус»... – хрипло повторил Широ, пробуя незнакомое слово на вкус. Горло саднило, голос звучал глухо и чуждо. – Значит, не тюрьма Эйнсвортов. И не подвалы Ассоциации.

– Эйнсворты? Ассоциация? – Девочка переглянулась с сонной женщиной в халате. – Рейне, у нас есть что-нибудь в базе данных по этим названиям?

Женщина, названная Рейне, лениво щелкнула пальцами по полупрозрачной голографической клавиатуре. Ряд символов и графиков пронесся перед ее опущенными глазами, в которых читалось хроническое недосыпание.

– Ноль совпадений по ключевым запросам в архивах Сил Самообороны, AST и международных базах, Командующий, – протянула она монотонным, баюкающим голосом. – Зато спектральный анализ его биологических тканей дает весьма занятные результаты. Скажи, мальчик... из чего состоит твое тело?

Широ медленно опустил ноги с высокой платформы капсулы. Пол под босыми ступнями был прохладным, из матового полимера. Он не почувствовал магии — лишь сложные электромагнитные поля и работу сотен сервоприводов. Технологии этого мира опережали привычный ему двадцать первый век на добрые полсотни лет.

– Из плоти и костей, – ровно ответил он, сканируя взглядом пространство.

Структурный анализ включился машинально, сам собой. В глазах на долю секунды вспыхнули зеленоватые контуры: плотность переборок — сплав титана и углеродного волокна, закаленное бронестекло по правому борту, за которым плескались настоящие белые облака, силовые кабели под фальшполом... Оружия в комнате не было, если не считать шокеров скрытого ношения у охранников, стоявших за автоматической дверью.

– Врешь и не краснеешь, – хмыкнула розовая девчонка, вновь отправляя леденец за щеку. – Обычные люди не имеют мышечных волокон, усиленных металлическими соединениями неизвестного происхождения. Обычные люди не переживают падение из пространственной аномалии с разрушенными внутренними органами. И уж точно в телах обычных людей не циркулирует энергия, способная вскипятить жидкость в охлаждающем контуре медкапсулы. Кто ты? Прототип нового боевого костюма «DEM»? Нелегальный эксперимент террористов? Или... – Ее взгляд стал острым, как бритва. – Ты связан с появлением Духов?

– Духов? – Широ нахмурился.

В его понимании «Духи» были Героическими Душами, призраками великих воинов прошлого, записанными в Трон Героев. Но то, с какой интонацией произнесла это слово девочка, указывало на совершенно иной контекст.

– Я не знаю, о чем ты говоришь, – честно ответил он, глядя ей прямо в глаза. – Мое имя — Эмия Широ. Я не принадлежу ни к каким корпорациям или армиям.

– Эмия Широ, значит... – протянула девочка. – Звучит по-японски. Но твоих данных нет в национальном реестре граждан. Ни отпечатков пальцев, ни генетической карты. Ты буквально свалился с неба посреди жилого квартала города Тэнгу. Прямо перед моим непутевым братом.

– Перед тем парнем с синими волосами? – вспомнил Широ. Лицо испуганного, но решительного подростка, пачкающего школьную форму в чужой крови, отчетливо всплыло в памяти. – Он жив?

Девочка удивленно вскинула тонкую бровь:

– Ты умирал на асфальте с дырой в боку и раздробленными ребрами, а сейчас беспокоишься о незнакомце, которого видел пару секунд?

– Он пытался остановить мое кровотечение, – просто сказал Широ, и в его голосе не было ни капли фальши. – Если бы не он, я бы истек кровью до того, как вы применили свои машины. Я перед ним в долгу.

В палате повисла короткая тишина. Рейне едва заметно приподняла уголок рта, словно зафиксировала что-то интересное, а маленькая командующая задумчиво прищурилась, перекатывая карамель во рту.

– Хм... Психологический профиль выдает искренность. Никаких признаков враждебности или скрытой агрессии, – тихо заметила Рейне, взглянув на монитор биометрии. – Хотя уровень кортизола и адреналина в его крови указывает на то, что он находился в состоянии непрерывного боя последние несколько месяцев. Если не лет.

Широ промолчал. Говорить им правду о войне за Грааль, о разрушенном Фуюки, о Мию, принесенной в жертву безумной мечте Эйнсвортов, не имело никакого смысла. Для этих людей его мир показался бы сказкой сумасшедшего. Да и сам он все еще с трудом верил, что кошмар остался позади.

Дверь палаты с мягким шипением отъехала в сторону.

– Котори! Как он?! Он уже пришел в себя?!

В помещение буквально влетел тот самый синеволосый парень. Он все еще был в школьной форме, хотя пиджак с чужими пятнами крови он, видимо, успел снять, оставшись в одной белой рубашке с закатанными рукавами. За ним несмело, с явным любопытством и легкой настороженностью шагнула темноволосая девушка.

Теперь, при нормальном освещении, Широ смог разглядеть ее получше. Невероятной красоты черты лица, глаза глубокого фиолетового оттенка, напоминающие сумеречное небо, и копна шелковистых волос, спускавшихся почти до колен. На ней уже не было того астрального платья из тьмы — вместо него на девушке красовалась стандартная женская форма старшей школы Райдзен, сидевшая на ней с легкой неловкостью новичка.

– Сидо, сколько раз повторять: соблюдай субординацию на мостике и в медицинском отсеке! – Котори мгновенно надула губы, переменившись в лице. Из жесткого командира она в долю секунды превратилась в раздраженную младшую сестру. – Ты мешаешь допросу важного свидетеля!

– Но он же только что был на грани смерти! – Сидо проигнорировал выпад сестры и подошел ближе к капсуле, облегченно выдыхая при виде сидящего Широ. – Слава богу... Ты живой. Я думал, мы не успеем. Когда ты упал из той трещины в воздухе, из тебя буквально хлестала кровь.

– Благодаря тебе, – Широ слегка склонил голову, повторяя жест вежливости, вбитый годами тренировок в додзё. – Спасибо. Меня зовут Широ. Эмия Широ.

– Ицука Сидо, – парень тепло улыбнулся, неловко почесав затылок. – Рад познакомиться в... более спокойной обстановке. А это — Тока.

Девушка сделала шаг вперед, принюхалась, забавно шевельнув аккуратным носиком, и внезапно наклонилась к самому лицу Широ. Тот не шелохнулся, хотя все его инстинкты вопили о нарушении дистанции. От нее исходила невероятная, колоссальная мощь — Широ чувствовал это так же отчетливо, как ощущал присутствие Слуг во время войны. Она была стихией, ураганом, запертым в оболочке хрупкой девушки.

– Странно... – протянула Тока, склонив голову набок. – От тебя пахнет железом. И гарью. Но не как от тех злых людей в механических доспехах, которые пытались меня убить. Твой запах... похож на старый меч, который долго лежал под дождем.

Широ горько усмехнулся.

– Точное описание. Лучше и не скажешь.

– Ты воин? – прямо спросила она, заглядывая ему в глаза своими чистыми, не замутненными ложью аметистовыми зрачками. – Ты умеешь сражаться мечом?

– Приходилось, – уклончиво ответил Эмия. – Чтобы защитить дорогого мне человека.

Лицо Токи мгновенно озарилось пониманием и странным сочувствием. Она посмотрела на Сидо, потом снова на Широ:

– Защитить... Да. Это благородная цель. Сидо тоже защитил меня. Значит, ты не враг!

– Тока, погоди делать поспешные выводы, – вздохнула Котори, потирая переносицу. – Мы до сих пор не выяснили, как он оказался в центре пространственного выброса, не являясь при этом Духом.

– Позвольте мне, – подала голос Рейне. Она подошла к голографическому терминалу и вывела на центральный экран трехмерную проекцию города Тэнгу.

В одном из жилых районов пульсировала красная отметка.

– Около часа назад, аккурат в момент, когда Сидо успешно завершил свидание с Токой и запечатал ее духовную силу поцелуем...

– Рейне! Не обязательно вдаваться в подробности при посторонних! – вспыхнул до корней волос Сидо, отчаянно замахав руками. Тока лишь непонимающе моргнула, тронув пальцем свои губы.

– ...в небе над жилым сектором зафиксировано аномальное искажение пространственно-временного континуума, – невозмутимо продолжила аналитик, не обратив ни малейшего внимания на смущение парня. – Это не было обычным Пространственным Разломом, который порождают Духи при переходе в наш мир. Плотность измерений была буквально вывернута наизнанку, словно два разных пространства попытались занять одну точку в ткани реальности. И источником этой коллизии был он.

Графика сменилась, показывая силуэт Широ, окруженный сложной диаграммой из магических формул, которые аппаратура «Рататоска» тщетно пыталась интерпретировать через законы квантовой физики.

Широ смотрел на экран, и пазл в его голове начал складываться.

Анжелика использовала пространственное смещение с помощью Врат Вавилона и готовилась высвободить Энуму Элиш. Одновременно с этим Мию, находясь под контролем или в отчаянной попытке спасти его, активировала силу Истинного Грааля — магию исполнения желаний, Прикосновение Небес. Пространство Зеркала Души, сила древнейшего фантазма и божественная магия столкнулись в одной точке. Результатом стал не просто взрыв — ткань мира не выдержала и выбросила его прочь. В другое измерение.

«Значит, вернуться назад невозможно, – мысленно констатировал Широ, ощутив, как внутри кольнуло холодное чувство необратимости. – Но... Мию этого и хотела. Она хотела, чтобы я жил. Не воевал, не умирал в снегах за призрак мертвого мира, а жил».

Слова Кирицуги снова эхом отозвались в сознании: *«Ты сделал правильный выбор, Широ. Поэтому живи»*.

– Я не могу объяснить вам физику того, что произошло, – заговорил Широ, вновь привлекая к себе внимание всех присутствующих. – В месте, откуда я рос, действовали другие законы. Мир, из которого я пришел... он медленно умирал. Воздух становился ядом, земля больше не давала плодов, а люди пытались выжить любой ценой, даже если ради этого требовалось принести в жертву невинного ребенка.

Сидо невольно сжал кулаки, услышав последние слова. Его взгляд потемнел.

– Я вступил в войну, чтобы спасти ее, – продолжал Широ спокойным, бесстрастным тоном, словно рассказывал о чужой судьбе. – В финальной битве сила, противостоявшая мне, столкнулась с силой желания, которое защищало меня. Произошел разрыв. И я очнулся здесь. Вот и вся моя история. Хотите верьте, хотите сдайте властям. Но у меня нет цели вредить этому городу или кому-то из вас.

В каюте повисла тяжелая тишина.

Даже Котори перестала вертеть леденец. Ее лицо потеряло командирскую надменность, сменившись выражением глубокой, не по годам взрослой задумчивости. Как лидер секретной организации «Рататоск», созданной для мирного спасения Духов, она ежедневно сталкивалась с трагедиями существ, которых мир отвергал и пытался уничтожить. История этого безымянного парня, пусть и звучала дико, несла в себе тот же горький привкус отчаяния.

– Умирающий мир, да?.. – тихо пробормотал Сидо, делая шаг к Широ. – И ты сражался там один?

– У меня не было выбора, – Широ встретил его взгляд. – Если бы я отступил, она бы погибла. А ради ее спасения я был готов стать хоть злодеем, хоть чудовищем.

Тока вдруг подошла вплотную и с неожиданной мягкостью положила свою узкую, теплую ладонь на плечо Широ:

– Ты не чудовище. Ты пахнешь битвой, но в твоих глазах нет злобы. Только усталость. Сидо ведь тоже спас меня, когда все вокруг хотели моей смерти. Вы... чем-то похожи.

– Эй-эй, Тока, полегче с выводами! – нервно усмехнулся Сидо, хотя его взгляд потеплел. – Я-то точно мечами размахивать не умею.

– И слава богу, – буркнула Котори, вздохнув и спрыгнув со своего командирского кресла, которое стояло у стены. Она подошла к капсуле и строго уставилась на Широ снизу вверх. – Ладно, Эмия Широ. Допустим, мы временно принимаем твою версию за рабочую гипотезу. Но бросить тебя посреди улицы мы не можем. Во-первых, ты ходячая аномалия. Если тебя перехватит AST — противодуховный спецназ Сил Самообороны — или оперативники DEM, тебя разберут на атомы в первой же подземной лаборатории. Во-вторых... – она смерила его оценивающим взглядом. – Ты утверждаешь, что твоя война окончена?

– Да, – твердо сказал Широ. – Мое желание исполнено. Она в безопасности. Мне больше не с кем воевать.

– Тогда слушай сюда, беглец из параллельного мира, – Котори ткнула пальцем ему в грудь. – «Рататоск» не занимается благотворительностью, но наша цель — мирное сосуществование и защита тех, кто не вписывается в этот мир. Пока Рейне не закончит все тесты и мы не оформим тебе фальшивые документы, ты будешь находиться под нашим надзором.

– Котори, ты ведь не собираешься держать его под замком? – с тревогой спросил Сидо.

– Я похожа на тирана, глупый братец? – фыркнула девочка. – Конечно, нет. Он пойдет с тобой.

– ЧТО?! – Сидо едва не подпрыгнул на месте. – Со мной?! Но у меня и так дома Тока! Нам едва хватило легенды для соседей, чтобы объяснить ее появление!

– Вот именно. Одним нахлебником больше, одним меньше — какая разница? – ехидно осклабилась Котори, сверкнув глазами. – Поселишь его в гостевой комнате. Будешь присматривать за ним, пока он адаптируется к нормальной жизни. К тому же... судя по анализам Рейне, в нем есть боевой потенциал. Если на вас снова нападет AST или объявится новый Дух, лишняя пара тренированных рук нам не помешает.

Широ молча слушал их перепалку, чувствуя странное, почти забытое ощущение. Это было... тепло. Суматошное, шумное, нелепое тепло обычной семьи. Совсем как в те далекие дни, когда Кирицуга был жив, а Тайга вваливалась в их дом по утрам с криками о завтраке.

– Я умею готовить, – неожиданно для самого себя произнес Широ.

Сидо и Котори замерли, уставившись на него.

– Что? – моргнул Сидо.

– Я умею готовить, – повторил Широ, чуть приподняв уголки губ. – Японская кухня, западная, выпечка. Могу взять на себя домашнее хозяйство, уборку и закупку продуктов. В качестве платы за крышу над головой. И еще... я умею чинить бытовую технику. Любую.

Глаза Токи внезапно вспыхнули ярким золотистым пламенем, словно в ней вновь проснулась сущность грозного Духа:

– ЕДА?! Ты умеешь готовить вкусную еду?! Как тот хлеб с кремом, который Сидо покупал мне сегодня?!

– Намного лучше, чем покупной хлеб, – спокойно ответил Широ.

Тока сжала кулаки и повернулась к Котори с выражением священной решимости на лице:

– Командующий! Мы обязаны взять его к себе! Это вопрос государственной важности!

Сидо обреченно закрыл лицо ладонью, а Рейне в углу тихо, беззвучно хмыкнула в чашку с остывшим кофе.

– Решено, – с царственным видом кивнула Котори. – Сидо, забирай своих подопечных. Транспортный луч доставит вас обратно к дому через пятнадцать минут. Рейне выдаст тебе комплект одежды для нашего гостя. И, Эмия Широ...

Широ повернулся к девочке. Ее взгляд снова стал серьезным, лишенным детской наивности.

– Добро пожаловать в город Тэнгу. Надеюсь, тебе здесь понравится больше, чем в твоем мертвом мире.

***

Вечерний воздух города Тэнгу был прохладным и удивительно чистым.

Когда платформа телепортатора с легким гудением рассеялась, Широ обнаружил себя стоящим посреди тихого, аккуратного переулка частного сектора. Вокруг высились двухэтажные современные коттеджи с ухоженными палисадниками, горели теплые желтые фонари, а вдалеке мерцали неоновые огни центральных кварталов мегаполиса.

На Широ теперь были простые темно-синие джинсы и серая толстовка с капюшоном, одолженные со склада «Рататоска». Одежда была чуть великовата в плечах, но вполне удобной.

Тока с неподдельным восторгом крутила головой, разглядывая обычные почтовые ящики и заборы так, будто видела чудеса света:

– Сидо, смотри! Этот фонарь горит сам по себе! А там что за звуки? Это другие люди?!

– Тока, пожалуйста, не кричи так громко, соседи подумают, что я привел домой банду хулиганов, – устало взмолился Сидо, ведя их по мощеной дорожке к небольшому двухэтажному дому с табличкой «Ицука» на воротах.

Широ шел чуть позади, вслушиваясь в окружающее пространство.

Никакого запаха гари. Никакого отдаленного грохота артиллерии или звона сталкивающихся клинков. Обычные звуки мирного вечера: где-то лаяла собака, из распахнутого окна доносилась музыка из телевизионного шоу, в воздухе пахло жареной рыбой и свежей травой.

Этот мир казался настолько хрупким, словно был сделан из тончайшего стекла. Широ поймал себя на мысли, что ступает слишком осторожно, боясь ненароком разбить эту хрустальную иллюзию покоя.

– Ну вот, мы и дома, – Сидо открыл входную дверь ключом и сделал приглашающий жест. – Заходите. Разувайтесь в прихожей, тапочки справа.

Они вошли внутрь. Стандартный японский дом: узкий гэнкам, деревянный пол, лестница на второй этаж, ведущая к спальням, и просторная гостиная, совмещенная с кухней.

Тока первым делом плюхнулась на мягкий диван, издав протяжный вздох наслаждения:

– Уа-а-а... Как мягко! Сидо, а когда мы будем есть? Мой живот издает странные урчащие звуки уже целых полчаса!

– Сейчас, Тока, сейчас... – Сидо вздохнул, направляясь к холодильнику. – Правда, у меня там не так много продуктов осталось после вчерашнего...

Широ подошел следом, мягко отодвинув парня в сторону:

– Позволь мне.

Он распахнул белую дверцу и придирчиво оглядел полки. Яйца, полкочана капусты, пара морковок, немного зеленого лука, упаковка свиного фарша, соевый соус, мирин, остатки вареного риса в рисоварке.

В глазах Широ привычно щелкнул аналитический механизм. В прежние времена, до того как мир покатился в преисподнюю, он готовил каждый день — для себя, для Кирицуги, для Сэйбер, для Сакуры и Тайги. Кулинария была тем немногим, что связывало его с нормальным человеческим существованием, якорем, не позволявшим окончательно превратиться в машину из костей и стали.

– Рис остыл, но для тяхана подойдет идеально, – вслух рассудил Широ, закатывая рукава толстовки. – Овощи свежие. Фарш можно обжарить с имбирем и луком. Найдется глубокая сковорода?

Сидо удивленно моргнул:

– Э-э... да, вок в нижнем шкафу. Слушай, Широ, тебе точно не нужно отдохнуть? Ты ведь только из комы...

– Работа руками успокаивает, – коротко бросил Эмия, уже доставая разделочную доску.

Он взял в руку обычный кухонный нож из нержавеющей стали. Металл отозвался в ладони слабым, едва заметным импульсом. Широ даже не потребовалось применять магию укрепления — его тело помнило идеальный хват, идеальный угол наклона лезвия.

*Стук-стук-стук-стук.*

Морковь превратилась в тончайшую, идеально ровную соломку за какие-то три секунды. Нож двигался с такой пугающей скоростью и грацией, что сливался в серебристое марево. Лук был нашинкован столь же стремительно, без единой слезинки.

Сидо застыл с открытым ртом, переводя взгляд с доски на невозмутимое лицо Широ.

– Невероятно... – выдохнул он. – Ты точно не шеф-повар из элитного ресторана?

– Просто практика, – отозвался Широ, включая газовую конфорку.

Огонь вспыхнул ровным синим кольцом. Вок раскалился, капля кунжутного масла зашипела, наполняя кухню густым, аппетитным ароматом. Фарш с легким треском упал на металл, следом полетели овощи. Лопатка в руках Широ двигалась словно фехтовальный клинок — выверенно, экономно, с точностью до миллиметра. Когда рис смешался с обжаренным мясом и взбитым яйцом, золотистые крупинки взмыли в воздух в идеальном полукруге, подброшенные ловким движением сковороды, и опустились обратно, покрываясь карамельной корочкой соевого соуса.

Через десять минут на обеденном столе стояли три большие глубокие тарелки с дымящимся, источающим божественный запах тяханом, украшенным мелко нарубленным зеленым луком, и три пиалы с легким супом из водорослей вакаме, который Широ успел сообразить из сухих запасов.

Тока сидела за столом, сжимая в кулачках палочки для еды, а с ее подбородка буквально капала слюна.

– Это... выглядит как настоящее сокровище, – благоговейно прошептала она, сверкая огромными фиолетовыми глазами.

– Приятного аппетита, – спокойно произнес Широ, садясь напротив.

– ИТАДАКИМАС! – грянул дружный хор Сидо и Токи.

Девушка зачерпнула полную ложку риса и отправила в рот. В следующее мгновение ее глаза расширились до невероятных размеров, щеки порозовели, а вокруг головы, казалось, расцвели невидимые астральные цветы.

– ВКУ-У-У-УСНО-О-О! – взвыла она от восторга, едва не подпрыгнув на стуле. – Сидо! Это невероятно! Рис хрустит, но мягкий, а мясо такое сочное! Это лучшее, что я ела в своей жизни! Даже лучше хлеба!

Она принялась поглощать еду с чудовищной скоростью, орудуя ложкой так, будто не ела по меньшей мере месяц.

Сидо попробовал свою порцию куда осторожнее, но стоило рису коснуться языка, как его лицо озарилось искренним удивлением:

– Обалдеть... Широ, это правда потрясающе. Баланс специй идеальный. Моя мама так не готовила, даже когда бывала дома.

– Рад, что вам нравится, – негромко ответил Широ, медленно пережевывая свою порцию.

Еда была горячей. Настоящей. Не безвкусным пайком из консервных банок, разогретым на магии проецирования посреди промерзших руин, а нормальной, домашней пищей. Впервые за долгие месяцы он ел за одним столом с людьми, которые не собирались убивать его в следующую секунду.

«Мию... – мысленно обратился он в пустоту, глядя на то, как Тока жадно тянется за добавкой. – Ты видишь это? Здесь действительно тепло. Как ты и мечтала».

Когда тарелки опустели, а сытая Тока, свернувшись клубочком на диване, мирно задремала, убаюканная сытным ужином и усталостью после бурного дня, Сидо помог Широ вымыть посуду.

– Спасибо за ужин, Широ, – тихо сказал Сидо, вытирая тарелку сухим полотенцем. – И... прости за сестру. Котори на посту командующего бывает довольно жесткой, но на самом деле она добрая. Она просто очень боится за людей и за Духов.

– Я понимаю, – кивнул Широ, аккуратно расставляя вымытые пиалы на сушилке. – Лидер, несущий ответственность за чужие жизни, не имеет права быть мягким. Твоя сестра хорошо справляется.

Сидо посмотрел на него с легким удивлением:

– Ты рассуждаешь как взрослый. Хотя выглядишь не старше меня. Сколько тебе лет?

– Шестнадцать. Наверное, – Широ запнулся. В мире Эйнсвортов счет времени шел не по календарям, а по количеству пережитых атак. – Время там шло иначе.

– Понятно... – Сидо вздохнул, убирая посуду в шкаф. – Слушай, Широ. Насчет того, что сказала Котори... Ты действительно можешь остаться здесь столько, сколько потребуется. Я не знаю всех подробностей о твоем прошлом, но если ты устал воевать — просто отдохни. Город Тэнгу не идеален, здесь случаются Пространственные Разломы и гремят сирены, но люди здесь продолжают жить обычной жизнью. Ходят в школу, гуляют в парках, влюбляются. Я думаю... тебе тоже стоит попробовать.

Широ посмотрел на свои руки. Металл под кожей молчал.

– Обычная жизнь, говоришь?.. – пробормотал он. – Я давно забыл, каково это.

– Ничего, вспомнишь, – ободряюще улыбнулся Сидо, хлопнув его по плечу. – Мы с Токой поможем. Пойдем, я покажу твою комнату.

Гостевая спальня на втором этаже была небольшой, но уютной: татами на полу, аккуратно сложенный футон в шкафу, письменный стол у окна и вид на ночную улицу.

Сидо пожелал ему спокойной ночи и ушел вниз, проверять спящую Току.

Оставшись один, Широ не стал включать свет. Он подошел к окну и распахнул раму. Ночной ветерок ворвался в комнату, шевеля пепельно-белые пряди на его лбу.

Небо было чистым. Звезды, яркие и не замутненные серым пеплом вечной зимы, мерцали в вышине холодными искрами. А среди них, сияя мягким серебряным светом, плыла полная, ясная луна.

Та самая луна, которую он преследовал во тьме своего разума.

Широ протянул правую руку вперед, раскрыв ладонь к лунному свету.

– Трассировка... – едва слышно прошептал он, проверяя состояние своего внутреннего мира.

В его руке с тихим шелестом материализовался клинок. Но это был не грубый, зазубренный Каншо, и не фантазм из арсенала чужих героев.

Это был простой, безупречно выкованный меч с крестообразной гардой, сияющий лазурным призрачным светом. Проекция, порожденная резонансом со второй картой — картой Сейбер. Оружие короля, защищавшего свою землю до самого конца.

Клинок не требовал крови. Он не выжигал магические цепи. Он просто лежал в руке, невесомый и послушный, словно продолжение его собственной воли.

Широ медленно опустил меч. Силуэт оружия растаял в воздухе, рассыпавшись крошечными искрами маны, которые тут же растворились в ночном воздухе города Тэнгу.

Он прислонился лбом к прохладному стеклу рамы и тихо, с облегчением закрыл глаза.

Битва действительно закончилась.

И пусть этот мир был полон своих странностей, своих скрытых угроз и непонятных «Духов» — сегодня ночью на заснеженных холмах Клинков Бесконечного Края впервые за долгие годы не свистел ветер.

Там просто падал тихий, мирный снег, укрывая мечи белым одеялом покоя.