Искуственный пилот Поттер
Печать пепла и шёпот стали
Возвращение с Окинавы напоминало триумфальное шествие, хотя сами кадеты валились с ног от колоссальной физической и нервной усталости.
Военно-транспортный конвертоплан рассекал предрассветные облака над Токийским заливом. В салоне пахло машинным маслом, соленым ветром и крепким кофе, который Майя Ямада варила прямо в походной кофеварке десантного отсека. Женщина не отходила от Гарри ни на шаг: каждую четверть часа ее пальцы в тонких медицинских перчатках проверяли показатели биометрического монитора на его запястье.
– Температура тридцать шесть и шесть, синаптический отклик стабилен... – в сотый раз за полет пробормотала Майя, облегченно выдыхая и поправляя круглые очки. – Боже, Гарри-кун, если бы ты знал, как у меня оборвалось сердце, когда экраны в бункере замигали красным!
Гарри сидел на откидном металлическом сиденье, не шевелясь. На нем был простой серый тренировочный комбинезон с расстегнутым воротом. Воспаление вокруг металлических портов на его шее окончательно спало, сменившись ровной, бледной кожей.
– Риск был просчитан, Майя, – спокойно ответил он, поворачивая к ней голову. В его изумрудных глазах больше не было того холодного, мертвого блеска, с которым он прибыл в Академию несколько месяцев назад. – Вероятность срыва вирусного протокола составляла восемьдесят семь процентов при условии внешней мана-поддержки. Сесилия обеспечила необходимый резонанс.
– Да плевать мне на твои проценты! – Майя внезапно надула губы и легонько, чисто по-сестрински щелкнула его по носу. – Ты мой подопечный! Мой младший брат, в конце концов! Ты не должен рассчитывать собственную жизнь как расходный материал для артиллерийского залпа!
– Майя-сенсей совершенно права, – раздался с соседнего кресла звонкий, царственный голос.
Сесилия Олкотт сидела рядом, укутавшись в широкий кашемировый плед. Ее голова покоилась на плече Гарри, а тонкие пальцы крепко сжимали его ладонь, не отпуская ни на секунду даже во сне. На безымянном пальце юноши ровным зеленым огнем мерцал звездчатый изумруд ее рода.
– В следующий раз, милорд, когда вам вздумается пробивать щиты третьего поколения собственной головой, я лично отключу ваши двигатели и привяжу вас к койке в лазарете, – добавила англичанка, приоткрыв один сапфировый глаз и выразительно посмотрев на Гарри.
– Нарушение субординации пилота ведущего звена, – с едва заметным уголком улыбки парировал Гарри.
– В вопросах твоей безопасности у меня абсолютный иммунитет, – отрезала она и снова закрыла глаза, удобнее устраиваясь на его плече.
Напротив них спал Ичика, безмятежно откинув голову на броню свернутого «Бякусики». Рядом с ним, демонстративно скрестив руки на груди и борясь со сном, сидела Лаура Бодевик. Ее новая шелковая повязка с серебряной вышивкой слегка съехала набок, обнажая краешек спокойного, заживающего века.
– Оримура сопит на частоте сорок герц, – пробормотала немка, хмуря брови. – Это дезориентирует акустические сенсоры.
– Просто признай, что ты рада, что все закончилось, Лаура, – сонно усмехнулась Шарлотта Дюнуа, прислонившись к плечу Хоки Синононо, которая методично полировала ножны своего тренировочного боккена мягкой ветошью.
– «Черный Дождь» выполнил боевую задачу, – отчеканила Лаура, но ее щеки предательски порозовели. Она бросила короткий взгляд на спокойное лицо Гарри и тихо добавила: – Потери в звене отсутствуют. Это... приемлемый результат.
В кабине пилотов Чифую Оримура щелкнула тумблером громкой связи.
– Внимание, детский сад. Заходим на глиссаду Академии. Привести форму в порядок, сдать летные планшеты дежурному офицеру. И приготовьтесь: на посадочной полосе нас встречает не только техническая служба.
***
Шум турбин конвертоплана стих, когда гигантские аппарели с шипением опустились на раскаленный асфальт главного плаца Академии Небесного Доспеха.
Едва кадеты первого курса ступили на бетон, над летным полем раскатился стройный гул аплодисментов.
Вся Академия — от младших курсантов до старшекурсниц и преподавательского состава — стояла плотными шеренгами вдоль посадочной полосы. Весть о том, что первокурсники под командованием Чифую Оримуры перехватили и уничтожили обезумевший американский прототип «Серебряный Колокол», уже облетела все мировые информационные агентства.
Но впереди всех, опираясь на длинный складной веер из вороненой стали, стояла невысокая, невероятно грациозная девушка.
Ее длинные пепельно-русые волосы были собраны в два высоких хвоста, перехваченных алыми лентами. Форменный китель Академии сидел на ней с безупречным шиком, а на левом рукаве красовалась золотая повязка Председателя Студенческого Совета. Лисьи, янтарно-карие глаза девушки лукаво прищурились, когда ее взгляд скользнул по выходящим из десантного отсека кадетам.
– Татэнаси Сарасики... – негромко процедила Чифую, спрыгивая с трапа и привычным жестом доставая незажженную сигарету. – Какого черта ты устроила этот парад? Я требовала закрытого прибытия.
– Ой-ой, Чифую-сенсей, какая вы строгая! – пропела президент студсовета, раскрывая веер с резким металлическим щелчком и прикрывая им нижнюю половину лица. – Разве может школа не приветствовать своих героев? Уничтожить автономный IS третьего поколения силами первоклассников... Это войдет в анналы военной истории!
Татэнаси плавно, словно танцуя, обогнула Чифую и заскользила прямо к шеренге уставших курсантов. Ее острый, оценивающий взгляд на мгновение задержался на смущенном Ичике:
– Оримура-кун, ты снова в центре внимания. Как предсказуемо и как очаровательно...
А затем ее янтарные глаза переместились на Гарри.
Улыбка на лице Татэнаси на долю секунды дрогнула, сменившись глубоким, профессиональным любопытством пилота высшей лиги. Она подошла вплотную к Гарри, с интересом разглядывая темные контуры нейропортов на его шее и фамильный изумруд Олкоттов на пальце.
– А вот и наша главная загадка, – протянула она, склонив голову набок. Кончик ее веера мягко, почти невесомо потянулся к ключице юноши. – Мальчик, который заставил рыдать Министерство Магии Великобритании и разорвал ядро американского супердоспеха голыми руками. «Объект-Ноль»... или мне лучше звать тебя лордом Поттер-Олкоттом?
Гарри даже не моргнул.
Прежде чем веер коснулся его ткани, его левая рука сработала на чистых армейских рефлексах. Пальцы Гарри перехватили стальные пластины веера за долю миллиметра от своей груди, заблокировав движение девушки с абсолютной, гранитной неподвижностью.
– Дистанция личного пространства нарушена на сорок сантиметров, – ровно произнес Гарри, глядя сверху вниз в лисьи глаза президента. – Кадет Поттер-Олкотт к вашим услугам, госпожа председатель. Прошу воздержаться от тактического зондирования без предварительного вызова на полигоне.
Татэнаси удивленно вскинула брови. Она попыталась дернуть веер назад, но хватка юноши была подобна гидравлическому замку доспеха. В его глазах не было ни капли смущения, свойственного мальчишкам ее возраста, ни страха перед сильнейшим пилотом Академии — только холодный, выверенный расчет бойца.
– Уберите руки от моего жениха, Сарасики, – ледяной голос Сесилии прозвучал подобно выстрелу снайперской винтовки.
Англичанка шагнула вперед, вставая плечом к плечу с Гарри. Ее голубые глаза метали молнии, а пальцы уже лежали на кулоне-активаторе «Голубых Слез».
– Охо-хо? – Татэнаси весело рассмеялась, когда Гарри разжал пальцы, возвращая ей веер. Президент грациозно отступила на шаг назад, обмахиваясь полированной сталью. – Какая собственница, леди Олкотт! Но не волнуйтесь, я не претендую на вашего ручного сокола. Пока что.
Она снова повернулась к Гарри, и ее тон стал неожиданно деловым:
– Впрочем, лорд Поттер, вам не удастся отдохнуть в лазарете. В учительской вас уже ждут гости. И, судя по дипломатическим нотам, которые пришли в мой кабинет сегодня утром, эти господа очень недовольны тем, как закончился ваш визит в Лондон.
Чифую помрачнела, пряча сигарету в карман кителя:
– Кто прибыл?
– Специальный посланник Международной Конфедерации Магов и представитель британского Визенгамота, – ответила Татэнаси, лукаво сверкнув глазами. – Они требуют немедленной экстрадиции несовершеннолетнего гражданина волшебного мира Гарри Поттера на родину для «судебного разбирательства».
– Экстрадиции? – переспросила Майя, и ее лицо побелело от возмущения. Она встала перед Гарри, словно наседка, защищающая птенца от коршуна. – Чифую-сан, они не имеют права! Гарри находится под международной опекой правительства Японии и Академии IS!
– Успокойся, Майя, – холодно бросила старшая Оримура. – Никакая средневековая шайка в халатах не укажет мне, кого выпускать за пределы этой базы. Идем в мой кабинет. Посмотрим, что эти черви осмелятся сказать мне в лицо.
Гарри коротко взглянул на Сесилию. Девушка сжала его ладонь, ее подбородок взметнулся вверх в гордом, непоколебимом жесте.
– Артур предупреждал меня, – шепнула она ему на ухо. – Альбус Дамблдор попытается использовать международные договоры семнадцатого века. Не беспокойся, Гарри. Я сожгу эти свитки прямо у них на глазах.
– Не потребуется, Сесилия, – ответил юноша, и в его голосе прозвучала тихая, тяжелая сталь. – Время свитков прошло.
***
В кабинете Чифую Оримуры пахло не табаком, а тяжелым, приторным ароматом восточных благовоний и старого пергамента.
Посреди просторного кабинета, резко контрастируя с хромированными терминалами и голографическими экранами систем слежения, стояли двое мужчин.
Первый — высокий, сухопарый старик с острой бородкой клинышком, облаченный в темно-фиолетовую шелковую мантию с серебряными полумесяцами. В его руке покоилась длинная трость с набалдашником в виде феникса, а поверх воротника висела массивная золотая цепь верховного судьи Конфедерации.
Вторым был не кто иной, как Артур Уизли — начальник сектора по борьбе с незаконным использованием магловских изобретений Министерства Магии Британии. Рыжеволосый волшебник выглядел до крайности напуганным: он то и дело нервно дергал ворот своей поношенной мантии, испуганно косясь на автоматические турели под потолком кабинета.
Когда двери с легким пневматическим шипением разошлись, старик в фиолетовой мантии высокомерно вскинул голову.
– Инструктор Оримура, полагаю? – заговорил он скрипучим, поставленным голосом судьи. – Я — лорд-эмиссар Элфиас Дож, полномочный представитель Верховного Визенгамота и Международной Конфедерации Магов. Мы прибыли сюда, чтобы положить конец этому возмутительному фарсу.
Чифую прошла к своему столу, не удостоив магов даже кивком. Она тяжело опустилась в кожаное кресло, закинула ноги в армейских берцах прямо на полированную столешницу и щелкнула зажигалкой.
– У вас пять минут, – сухо произнесла она, выпуская струю сизого дыма прямо в лицо Дожу. – Время пошло.
Эмиссар поперхнулся, скривившись от запаха табака:
– Как вы смеете?! Вы разговариваете с высшим судом Европы! Ваш так называемый кадет...
Он резко повернулся к вошедшим, и его глаза сузились, уставившись на Гарри:
– ...мальчик, стоящий перед нами, является урожденным гражданином магической Британии, крестником древнейшего рода Блэк и сыном героя конфедерации Джеймса Поттера! Вы удерживаете его силой, подвергая чудовищным магловским вивисекциям!
– Чудовищным вивисекциям? – раздался спокойный голос Гарри.
Юноша шагнул вперед, отпуская руку Сесилии. Он остановился в двух шагах от эмиссара. В его осанке, движениях и взгляде не было ничего от перепуганного ребенка, которого Дож рассчитывал увидеть.
– Вы правы, лорд-эмиссар. Меня действительно подвергали вивисекциям. В течение двух с половиной лет. В лабораториях «Фантом Таск».
Дож презрительно махнул узловатой ладонью:
– Темные сектанты! Магловские террористы! Мы осведомлены об этой прискорбной случайности. Но теперь справедливость восстановлена! Ваши родители...
– Мои родители оплачивали мое содержание в чулане под лестницей, зная, что я продан террористам, – ледяным тоном перебил его Гарри. – Выписки банка «Гринготтс» с личной печатью Джеймса Поттера уже переданы в Интерпол и Скотленд-Ярд.
– Это фальшивка! – взвизгнул Дож, ударив тростью о пол. – Темная магловская магия! Джеймс Поттер — герой, остановивший падение Британии! Его несправедливо бросили в каземат Тауэра по сфабрикованному обвинению! Верховный чародей Дамблдор лично подписал ордер на возвращение Гарри Поттера под опеку Хогвартса! Мальчик должен занять свое место рядом с братом! Годрик страдает! Его магические каналы повреждены после того мерзкого нападения на полигоне, и лишь кровь близнеца способна исцелить Мальчика-Который-Выжил!
В кабинете повисла мертвая, удушающая тишина.
Майя Ямада отшатнулась, прижимая ладонь ко рту, ее глаза за стеклами очков наполнились неподдельным ужасом:
– Кровь близнеца?.. Вы... вы хотите разобрать его на биоматериалы ради того избалованного щенка?!
– Не смейте оскорблять спасителя магического мира, женщина! – рявкнул Дож, совершенно забыв о дипломатическом протоколе. Он полез в карман мантии, вытаскивая тяжелый пергаментный свиток с золотой печатью Хогвартса и сломанную черную дубовую палочку, скрепленную серебряными скобами. – По закону магической преемственности от тысяча двести девяносто первого года, сквиб или дефектный маг обязан пожертвовать своей кровью ради старшей ветви рода! Гарри Поттер, именем Визенгамота я приказываю тебе подойти и принести вассальную клятву верности роду Поттер!
Артур Уизли позади него вздрогнул и испуганно прошептал:
– Элфиас, постой... Дамблдор говорил о переговорах, а не о клятвах...
– Молчи, Уизли! – огрызнулся эмиссар. – Он ребенок! Он обязан подчиниться!
Гарри медленно протянул руку.
Дож торжествующе осклабился, решив, что мальчишка сломался под авторитетом древней магии. Он сунул пергамент в руку юноши.
Гарри опустил взгляд на свиток.
*«Гарри Джеймс Поттер зачисляется на факультет Гриффиндор под безусловный надзор Верховного Чародея А. П. В. Б. Дамблдора. Все права на использование магического и физического потенциала передаются главе рода...»*
– Тактическая оценка документа: юридическая ничтожность, моральное уродство, – ровно произнес Гарри.
На его правом безымянном пальце вспыхнул звездчатый изумруд Олкоттов.
В ту же секунду мана-конвертеры в теле Гарри, идеально синхронизированные с ядром «Полночного Ворона», выпустили узконаправленный тепловой импульс. Пергамент в его руке не просто загорелся — он вспыхнул ослепительным зеленым пламенем, рассыпаясь в воздухе тончайшим серым пеплом за долю секунды. Пепел мягко осел на начищенные туфли онемевшего эмиссара.
– Мой... ордер Визенгамота... – просипел Дож, его глаза полезли на лоб от первобытного ужаса. – Ты... ты уничтожил указ Дамблдора?! Беспалочковая магия?! Но ты же сквиб!
– Я — пилот IS третьего поколения, – Гарри сделал шаг вперед.
Воздух в кабинете внезапно потяжелел, словно на плечи присутствующих опустилась стотонная гранитная плита. Тонкие гравитационные линии исказили свет неоновых ламп под потолком. Серебряный браслет на левом запястье юноши издал тонкий, хищный свист, готовый развернуть броню за треть секунды.
– Вы опоздали на пять лет, лорд Дож, – голос Гарри звучал тихо, но в этой тишине звенела поступь легионов смерти. – Когда я умирал от голода в чулане, где был ваш Визенгамотный суд? Когда мне вживляли титановые порты в спинной мозг наживую, где был ваш верховный чародей Дамблдор?
Дож попятился назад, судорожно пытаясь нащупать палочку в рукаве, но его пальцы онемели от дикого, парализующего давления чужой воли:
– Я... я представитель закона...
– Ваш закон умер вместе с моей человечностью в операционной «Фантом Таск», – Гарри навис над стариком, и в его зеленых глазах полыхнула бездна, перед которой меркли любые проклятия темных магов. – Я вернул себе душу не ради того, чтобы стать батарейкой для ничтожества, которое называет себя моим братом. Передайте Дамблдору: если хоть один волшебник приблизится к поместью Олкотт или к этой Академии с палочкой в руках... я подниму «Полночный Ворон» в небо над Лондоном. И поверьте, господин эмиссар, ваш Хогвартс не выдержит кинетического удара гиперзвукового рельсотрона.
– Вон, – раздался глухой, смертоносный голос Чифую из-за стола.
Женщина опустила ноги на пол. Ее рука легла на рукоять офицерского клинка, лежащего на краю консоли:
– Время вышло. Пять минут истекли. Если через тридцать секунд ваша средневековая процессия не покинет территорию суверенной военной базы Японии, я прикажу автоматическим турелям открыть огонь на поражение по неопознанным нарушителям границы.
Артур Уизли не стал дожидаться повторения приказа. Схватив онемевшего, трясущегося от ужаса Дожа за локоть, рыжий волшебник буквально поволок старика к выходу, непрерывно кланяясь и бормоча извинения.
Створки дверей с шипением захлопнулись за ними.
В кабинете воцарилась тишина, нарушаемая лишь мерным гулом охлаждающих вентиляторов.
– Боже мой... – Майя Ямада без сил опустилась на диванчик для посетителей, прижимая ладони к пылающим щекам. – Какая дикость... Какое средневековое варварство! Разобрать ребенка на органы ради родового величия?!
– Они всегда были такими, – Сесилия подошла к Гарри, обвивая руками его локоть и крепко прижимаясь к его боку. Ее щеки все еще горели праведным гневом. – Английская аристократия магов веками жила в иллюзии собственной неприкосновенности. Но теперь все кончено. Британский МИД уже начал процедуру официального признания Гарри полноправным гражданином Соединенного Королевства без магической привязки.
– Хорошая работа, Поттер, – Чифую затушила окурок в пепельнице. Ее строгий взгляд потеплел. – Ты не поддался на провокацию. Уничтожить их бумажку без применения летальной силы — тактически безупречное решение.
– Благодарю, инструктор, – кивнул Гарри. Давление в комнате мгновенно спало, воздух снова стал легким и прозрачным.
– А теперь — за дело, – Чифую поднялась из-за стола, набрасывая китель на плечи. – Татэнаси!
Президент студсовета, все это время бесшумно стоявшая в тени книжного шкафа и с искренним восторгом наблюдавшая за сценой, грациозно шагнула вперед:
– Слушаю, сенсей!
– Проводи Гарри и Сесилию в третий подземный ангар. Доктор Ямада подготовила отчет по модернизации «Полночного Ворона». После Окинавы его мана-конвертеры требуют тонкой подстройки. И... Сарасики.
– Да?
– Без фокусов, – прищурилась Чифую. – Он только что пережил перегрузку ядра. Если ты начнешь свои игры с проверкой боеготовности, я заставлю тебя мыть весь ангар зубной щеткой.
– Ну что вы, Чифую-сенсей, я же сама невинность! – невинно захлопала ресницами Татэнаси, открывая дверь. – Прошу за мной, герои дня!
***
Третий подземный ангар Академии представлял собой царство высоких технологий и титановых конструкций.
В центре колоссального зала, залитого бестеневым неоновым светом, на массивных гидравлических стапелях покоился «Полночный Ворон».
Вокруг черного доспеха суетились десятки инженеров в белых комбинезонах. Корпус машины был частично раскрыт: броневые пластины на груди и крыльях были отведены в стороны, обнажая сложное сплетение оптоволоконных кабелей, криогенных трубок и загадочных кристаллов изумрудного цвета, пульсирующих в такт мерному гулу главного реактора.
Майя Ямада уже стояла у центрального диагностического терминала, быстро перебирая клавиши на виртуальной клавиатуре.
– Невероятно... просто невероятно! – бормотала она, когда Гарри, Сесилия и Татэнаси подошли к платформе. – Гарри-кун, посмотри на эти графики!
На голографическом экране отображалась трехмерная модель нервной системы Гарри, наложенная на каркас «Полночного Ворона». Все точки соединения — нейропорты вдоль позвоночника — больше не светились тревожным красным цветом перегрузки. Они сияли ровным, мягким изумрудным светом.
– После того как ты разорвал вирусный код Скволл с помощью перстня леди Алисии, – взволнованно объясняла Майя, тыча пальцем в график, – твои мана-конвертеры перешли в режим постоянной самогенерации! Твое тело больше не испытывает сопротивления при синхронизации! Твоя природная магия Поттеров и родовая защита Олкоттов образовали стабильный симбиоз с ядром IS!
– Что это значит на практике, доктор Ямада? – с профессиональным интересом спросила Татэнаси, складывая веер и внимательно вглядываясь в схему доспеха.
– Это значит, – раздался за их спинами спокойный голос Гарри, – что скорость отклика «Полночного Ворона» возросла на сорок два процента. Время развертывания снизилось до ноль целых двух десятых секунды. И мне больше не нужны внешние инъекции стабилизирующего геля для портов.
Сесилия облегченно вздохнула, прижав ладонь к груди. Ее сапфировые глаза наполнились теплом:
– Больше никакой боли... Слава богу.
– Не просто никакой боли, – Татэнаси повернулась к Гарри, и в ее глазах блеснул азарт истинного мастера IS. – Это делает тебя первым в мире стабильным мужским пилотом третьего поколения с неограниченным мана-ресурсом. Оримура-кун уникален тем, что он мужчина, способный запускать IS. Но ты, лорд Поттер... ты совершенное оружие нового типа. Маг и пилот в одном лице.
– Я не оружие, – отрезал Гарри, встречая ее взгляд без тени сомнения. – Я человек, который защищает тех, кто дорог ему. Это принципиальная разница, Сарасики-сан.
Татэнаси замерла на секунду, а затем ее губы тронула теплая, искренняя улыбка — без привычной лисьей маски лукавства.
– Знаешь... а ты мне нравишься, Поттер-кун. Ты куда взрослее нашего наивного Оримуры. И куда опаснее. Академии повезло, что ты на нашей стороне.
– Руки, Сарасики, – холодно напомнила Сесилия, заметив, как президент студсовета сделала шаг в сторону юноши.
– Да поняла я, поняла, грозная британская леди! – рассмеялась Татэнаси, грациозно взмахивая веером. – Не трогаю я твое сокровище. Тем более что у нас на носу школьный фестиваль!
– Фестиваль? – переспросил Гарри, слегка склонив голову. В его базах данных слово ассоциировалось в основном с массовыми скоплениями людей и повышенным риском террористических атак.
– Ага! Ежегодный культурный фестиваль Академии Небесного Доспеха! – пропела президент. – Показательные бои, чайные церемонии, выставки технологий, кафе в костюмах... Кстати, первый класс уже подал заявку на организацию тематического кафе служанок и дворецких!
Сесилия внезапно вспыхнула ярким румянцем, а ее глаза расширились:
– Что?! Костюмированное кафе?! Кто утвердил эту нелепицу?!
– Лин Инфан и Шарлотта Дюнуа, – хихикнула Татэнаси. – И, между прочим, Оримура-кун и Поттер-кун назначены старшими дворецкими! Представляешь, лорд Поттер в безупречном фраке, подающий чай... Ах, девочки со всего кампуса раскупят билеты за пять минут!
– Исключено! – запротестовала Сесилия, вставая перед Гарри с пылающими щеками. – Гарри — наследник графского титула! Он не станет прислуживать толпе визжащих старшекурсниц!
– Сесилия, – тихо произнес Гарри, коснувшись ее плеча.
Девушка замерла, оборачиваясь к нему.
– Подача чая по классическому британскому протоколу входит в обязательную программу светского этикета дома Олкотт, – с абсолютно серьезным лицом сообщил он. – Мистер Артур лично обучил меня правильному углу наклона чайника. Погрешность струи не превышает двух миллиметров.
В ангаре повисла тишина. Инженеры у терминалов прыснули со смеху. Майя Ямада уткнулась лицом в планшет, мелко трясясь от беззвучного хохота.
Сесилия смотрела на него круглыми глазами, не зная, плакать ей или смеяться, а затем не выдержала и звонко, счастливо рассмеялась, утыкаясь лбом в его грудь:
– Ты невозможен, Гарри Поттер... Абсолютно, совершенно невозможен!
Гарри осторожно обнял ее за талию, чувствуя, как тепло ее тела растворяет последние следы тяжелого разговора с посланниками прошлого. Прошлое было мертво. Будущее сияло огнями грядущего праздника.
***
Поздний вечер опустился на территорию Академии.
Шумные обсуждения предстоящего фестиваля в общежитии первого класса наконец стихли. Ичика, совершенно замученный спорами между Лин и Хоки о меню кафе, уснул прямо за общим столом в гостиной. Лаура и Шарлотта ушли примерять форменные фартуки в свою комнату, оставив коридоры в уютной полутьме.
На крыше центрального учебного корпуса, вдали от камер наблюдения и датчиков движения, шумел легкий ночной бриз.
Гарри стоял у перил, глядя на темные силуэты небоскребов Токио, мерцающие миллионами огней на горизонте. На нем была простая черная рубашка с закатанными рукавами и темные брюки. Прохладный воздух приятно остужал кожу.
Сзади послышался легкий шорох шагов.
Сесилия подошла неслышно, набросив на его плечи легкую куртку, и встала рядом, привычно положив ладонь на его руку. Ее золотистые волосы были распущены и мягко колыхались на ветру, касаясь его щеки.
– Ты думаешь о них? – тихо спросила она, глядя на огни далекого города. – Об эмиссаре и Хогвартсе?
– Нет, – ответил Гарри, поворачивая к ней голову. – О них я забыл в ту секунду, когда пепел коснулся пола. Я думаю о «Фантом Таск».
Сесилия нахмурилась, ее пальцы крепче сжали его ладонь:
– Скволл затихла после Окинавы. Разведка НАТО не может засечь их базы.
– Они не затихли, – Гарри посмотрел на небо, где сквозь редкие облака пробивались холодные звезды. – Они зализывают раны. Потеря «Серебряного Колокола» была для них тяжелым ударом, но Скволл не остановится. Она фанатик идеи превосходства искусственного интеллекта над человеком. И пока я жив и свободен... я остаюсь живым доказательством их поражения.
– Ты не один, Гарри, – Сесилия повернулась к нему, заглядывая в его изумрудные глаза с той бесконечной, безграничной преданностью, которая спасла его от безумия. – У тебя есть мы. Ичика, девочки, Майя, Чифую... И я. Мы никогда не позволим им забрать тебя обратно в темноту.
Гарри медленно поднял руку, коснувшись кончиками пальцев ее щеки. Кожа девушки была мягкой и прохладной от ночного ветра.
– Я знаю, Сесилия. Поэтому я больше не боюсь темноты.
Она приподнялась на цыпочках, обвивая руками его шею. Ее губы коснулись его губ — мягко, трепетно, наполняя ночной воздух ароматом цветущих белых роз.
Этот поцелуй не был обещанием битвы. Он был клятвой мира — хрупкого, выстраданного в боях и сохраненного среди стали и огня.
А далеко на востоке, в темных водах нейтральной зоны Тихого океана, из черной бездны бесшумно поднялся перископ глубоководной субмарины без опознавательных знаков.
В полумраке мостика на гигантском тактическом экране пульсировали данные спутникового слежения за Академией Небесного Доспеха.
– Объект-Ноль стабилизировал мана-конвертеры, – раздался холодный женский голос из динамиков. – Прямой перехват невозможен. Синаптические блоки полностью разрушены.
Женщина с короткими темными волосами и хищным оскалом — Отом, старший оперативник ударного крыла «Фантом Таск», — медленно провела пальцем по голографическому изображению Гарри Поттера, стоящего на крыше Академии рядом с золотистоволосой англичанкой.
– Значит, хирургия не сработала, – усмехнулась Отом, ще