← Назад к обзору

Гарри и королева Соны Ситри

Эхо синей стали и зов крови

Золотое перо скрипело по пергаменту с раздражающей резкостью.

Джеймс Поттер сидел за массивным столом в семейном кабинете мэнора, куда они вернулись из больницы Святого Мунго лишь под утро. В камине дотлевали угли, бросая багровые отблески на портреты предков, застывших в рамах с мрачными, напряженными лицами.

Рядом, оперевшись на трость, стоял Альбус Дамблдор. Его проницательный взгляд скользил по строкам, которые выводил глава рода.

– Напомни ему о долге перед фамилией, Джеймс, – мягко, но непреклонно наставлял старый волшебник. – Гарри всегда был замкнутым ребенком, упрямым и эгоистичным, но кровь предков должна отозваться. Он лишен магии, живет среди маглов на краю света. Возможность вернуться в лоно семьи, увидеть, как его ребенок станет наследником национального героя... это величайшая милость, которую мы можем ему даровать.

– Да плевать мне на его обиды, Альбус, – процедил Джеймс, поставив жирную гербовую кляксу внизу листа. – Он бросил нас в разгар войны. Сломал палочку, как последний трус! Сбежал в Японию, смешался с простыми смертными... Я возвращаю его в род не из любви. Он обязан отдать своего первенца. Молли уже согласна: как только младенца доставят в Англию, мы проведем ритуал Кровного Принятия. Джинни станет матерью ребенка Годрика по всем законам магии. А Гарри... если захочет, пусть возвращается в подвал мэнора или живет в Лондоне на наше пособие.

– Джеймс... – тихо подала голос Лили, сидевшая в кресле у окна. Ее глаза покраснели от слез, руки нервно теребили шелковый платок. – А если он откажется? Он ведь женат. У него семья. Какая мать добровольно отдаст пятимесячного малыша чужим людям?

– Магла не имеет права голоса перед лицом древнейшего рода, Лили! – рявкнул вошедший в кабинет Сириус Блэк. Вид у него был изможденный, но в глазах горел фанатичный огонь. – Годрик спас этот проклятый мир! Он выжег душу ради нас всех! Если для продолжения рода Поттеров нужно забрать щенка у желторотой маглорожденной или маглы, мы сделаем это не задумываясь. Гарри должен быть благодарен, что его семя послужит высшей цели.

Дамблдор сдержанно кивнул, поправляя очки-половинки:

– К сожалению, мистер Грипхук уведомил меня, что отправить обычную сову не удастся. Территория города Куо, где осел Гарри, защищена плотными барьерами, не пропускающими министерскую почту. Нам придется отправиться туда лично. Международный портключ уже активирован через посольство.

– Прекрасно, – Джеймс поднялся, свернув пергамент и запечатав его каплей алого сургуча с печатью благородного дома Поттер. – Возьмем мальчишку и вернемся к обеду. Пора преподать Гарри урок послушания.

***

Город Куо встретил предрассветный час прохладным ветром, шелестевшим в кронах раскидистых сакур.

На верхнем этаже роскошного особняка клана Ситри царила безмятежная тишина. Сквозь полупрозрачные шторы лился мягкий лунный свет, освещая просторную комнату, обставленную в строгом, изысканном японском стиле.

У широкой деревянной колыбели стоял высокий молодой мужчина.

В нем было невозможно узнать того забитого, вечно угрюмого подростка, которого презирали в Годриковой Лощине. Гарри изменился до неузнаваемости. Широкие плечи, статная, безупречная осанка, в каждом движении которой сквозила смертоносная грация хищника. Черные, как вороново крыло, волосы были зачесаны назад, открывая холодное, точеное лицо с аристократическими чертами. Лишь тонкая белая линия шрама в форме молнии над бровью напоминала о далеком прошлом, но теперь она казалась боевым знаком отличия, а не позорным клеймом.

На плечи Гарри был наброшен длинный темно-синий камзол из плотной зачарованной ткани с серебряными узорами на манжетах. На поясе покоилась катана в темных ножнах с золотым орнаментом – легендарный клинок Ямато, демоническое оружие непревзойденной остроты, рассекающее само пространство.

– Ты снова не спишь, милый? – раздался сзади тихий, бархатный голос.

К нему неслышно подошла молодая женщина. Цубаки Шинра выглядела потрясающе даже в простом ночном шелковом кимоно. Длинные темные волосы ниспадали на плечи, а в фиолетовых глазах за тонкими стеклами очков светилась безграничная нежность.

– Он только что уснул, – едва заметно улыбнулся Гарри, не сводя взгляда с крошечного свертка в колыбели. Младенец – их сын, унаследовавший смоляные волосы отца и глубокие глаза матери, – тихо посапывал, сжимая крошечный кулачок.

Цубаки подошла ближе, положив голову на крепкое плечо мужа. Гарри плавно обнял ее за талию, прижимая к себе.

– Ты чувствуешь это? – тихо спросила она, слегка нахмурив брови. – Пространственное колебание на границе восточного сектора города. Кто-то воспользовался грубой, примитивной магией перемещения. Президент уже подняла барьеры академии.

– Чувствую, – голос Гарри был подобен звону стали о лед. – Запах сушеной полыни, старых мантий и гнилой гордыни. Этот смрад я не спутаю ни с чем. Они пришли.

– Твои... кровные родственники? – в голосе Цубаки промелькнула опасная, холодная нотка. Как Ферзь клана Ситри, она была готова разорвать любого, кто осмелится угрожать ее семье.

– Чужаки, – отрезал Гарри, и в глубине его изумрудных глаз на мгновение вспыхнул леденящий лазурный огонь демонической силы. – Не более чем пыль под ногами.

В воздухе спальни внезапно замерцал сложный магический круг с гербом дома Ситри – стилизованной змеей и водяными узорами. Из круга соткалась проекция Соны Ситри. Президент студенческого совета академии Куо, как всегда, была в школьной форме, а ее лицо выражало абсолютное ледяное спокойствие.

– Гарри, Цубаки, – произнесла Сона, поправляя очки. – Трое нарушителей объявились прямо перед старым корпусом академии. Двое зрелых магов и один старик с аномально раздутым магическим ядром. Они размахивают деревянными палочками и требуют аудиенции с «мистером Гарри Поттером». Я оцепила территорию своим барьером. Риас и ее пэры предупреждены, но я сказала, что клан Ситри разберется сам.

– Благодарю, Сона, – спокойно ответил Гарри. – Я уже иду.

– Не сдерживайся, мой Рыцарь, – в голосе демоницы высшего чина прозвучала едва уловимая сталь. – Никому не позволено нарушать покой территории Ситри. И тем более – угрожать моим людям.

Гарри положил ладонь на рукоять Ямато. Большой палец мягко щелкнул по гарде, высвобождая лезвие на миллиметр. Воздух в комнате сжался от концентрированной пространственной энергии.

– Сдерживаться? – на тонких губах Гарри заиграла холодная, хищная усмешка. – Глупости. Мощь контролирует всё. Без нее ты не сможешь защитить никого. Даже себя. Пора напомнить британским магам их истинное место в этой пищевой цепи.

***

Двор перед старым корпусом академии Куо тонул в предрассветном тумане.

Джеймс Поттер раздраженно одернул воротник парадной алой мантии, расшитой золотыми львами.

– Варварская страна, – проворчал он, брезгливо оглядываясь по сторонам. – Ни каминной сети, ни нормального министерства. Какая-то магловская школа. И ради этого он отрекся от рода?

– Спокойнее, сохатый, – хмыкнул Сириус, сжимая в кармане волшебную палочку. – Заберем щенка, покажем пащеку, где раки зимуют, и вернемся. Честно говоря, мне уже не терпится увидеть его лицо, когда он осознает, насколько он жалок без магии перед нами.

– Будьте благоразумны, мальчики, – наставительно произнес Альбус Дамблдор, хотя его взгляд неотрывно сканировал пространство. Старый волшебник чувствовал смутное беспокойство. Воздух здесь был... тяжелым. Насыщенным незнакомой, плотной энергией, которая не имела ничего общего с привычным магическим фоном Британии.

Внезапно шелест ветра стих. Туман вокруг них рассеялся, словно его срезало невидимым лезвием.

Пространство перед ними дрогнуло, и прямо из воздуха, соткавшись из сапфировых искр, шагнули три фигуры.

Во главе стоял высокий мужчина в синем камзоле, чья рука непринужденно покоилась на рукояти катаны. За его правым плечом застыла прекрасная женщина в традиционном хакама и с изящным зеркальным веером в руке. Слева стояла девушка с короткими черными волосами и пронзительным взглядом за стеклами очков – аура чистокровной демоницы вокруг нее рябила тяжелым лазурным давлением.

Джеймс Поттер замер, моргнул и нахмурился. Он ожидал увидеть оборванного, замученного жизнью сквиба, склонившего голову перед могущественными магами. Но мужчина перед ним излучал такую запредельную, подавляющую властность, что древний инстинкт волшебника закричал об опасности.

– Гарри? – неуверенно выдавил Джеймс, делая шаг вперед. – Это... ты?

Гарри окинул троицу пустым, равнодушным взглядом, словно смотрел на засохшую грязь на сапогах.

– Назовите причину, по которой вы осквернили присутствием чужие земли, – произнес Гарри. Его голос, глубокий и размеренный, вибрировал скрытой угрозой, эхом отдаваясь в ночной тишине. – И выбирайте слова осторожно. Они могут стать вашими последними.

– Как ты смеешь так разговаривать с отцом?! – вскипел Сириус, мгновенно выхватывая палочку и направляя ее в грудь крестника. – Ты, сопливый недоумок! Перед тобой Верховный чародей и Лорд Поттер! Ты забыл, кто подарил тебе жизнь?!

Гарри даже не шелохнулся. Он лишь медленно перевел взгляд на кончик палочки Блэка.

– Твоя рука дрожит, пес, – бесстрастно констатировал Гарри. – Твоя стойка полна дыр, а концентрация ничтожна. Десятилетия игр в песочнице сделали вас слепыми.

– Гарри, мальчик мой, – миролюбиво вмешался Дамблдор, вскинув ладонь и заставляя Сириуса слегка опустить палочку. Директор нацепил свою фирменную дедушкину улыбку, хотя по его спине пробежал неприятный холодок от взгляда изумрудных глаз. – Мы проделали долгий путь не для ссор. Случилась великая беда, но в ней же кроется и великое искупление для тебя. Твой брат Годрик ценой своего здоровья одолел Темного Лорда. Увы, вражеское проклятие лишило его возможности продолжить наш славный род.

– Какая жалость, – без тени эмоций отозвался Гарри. – Земля очистилась от одного паразита, а второй стал бесплодным. Идеальный исход.

– Закрой пасть! – взревел Джеймс, багровея от ярости. Он выхватил пергамент и швырнул его вперед, но тот завис в метре от Гарри, натолкнувшись на невидимую стену. – Ты ничтожество, бросившее семью! Но родовая кровь требует жертв! Ты передашь своего первенца нам. Мы вернем тебя в реестр рода Поттеров как младшую ветвь. Твой сын будет воспитан как истинный наследник Годрика и Джинни Уизли! А твоя... магловская подстилка пусть рожает тебе новых детей, если пожелает!

В ту же секунду температура вокруг упала на добрых двадцать градусов.

Цубаки Шинра сделала шаг вперед, ее пальцы побелели, сжимая древко внезапно материализовавшейся нагинаты, а за спиной раскрылись два угольно-черных кожистых крыла демона.

– Осквернить честь моего мужа и моего ребенка... – прошептала она голосом, обещающим мучительную смерть. – Госпожа Сона, позвольте мне содрать с них кожу.

– Подожди, Цубаки, – холодно остановила ее Сона, чьи глаза полыхнули багровым светом. Четыре демонических крыла раскрылись за ее спиной, а воздух наполнился сокрушительным давлением магии водного герцогства Ситри. – Оскорбление Рыцаря и Ферзя моего пэрства карается полным уничтожением души. Они ответят перед законами Подземного мира.

Джеймс, Сириус и Дамблдор синхронно отшатнулись.

– Ч-что это?.. – пролепетал Сириус, чье лицо побелело до цвета мела. – Крылья?.. Твари?.. Темные твари?!

Дамблдор впервые в жизни почувствовал, как паника ледяными когтями сжимает его сердце. Это была не темная магия людей. Это была древняя, инфернальная, первородная мощь существ, о которых волшебники читали лишь в полумифических трактатах времен Соломона.

– Демоны... – выдохнул старый чародей, судорожно вскидывая Бузинную палочку. – Джеймс, назад! Это ловушка! Они пленили Гарри! Они совратили его душу!

– Пленили? – Гарри тихо, сухо рассмеялся. Этот звук был страшнее любого рыка. – Какое высокомерное невежество. Вы варились в своем крошечном котле на острове, воображая себя венцом творения. Вы делили мир на свет и тьму, не понимая, что находитесь на самом дне мироздания.

Гарри медленно шагнул вперед. С каждым его шагом земля под ногами покрывалась тонкой коркой лазурного инея.

– Вы явились сюда, – голос Гарри зазвучал подобно грому, разносясь над пустотой двора, – с жалким клочком бумаги. Вы потребовали мою жену. Вы потребовали моего сына. Вы посмели угрожать тому, ради чего я проливал реки крови в войне трех фракций?

– Гарри, подчинись отцу! – в истерике завопил Джеймс, вскидывая палочку и посылая мощнейший луч оглушающего заклятия прямо в лицо сыну. – *Ступефай Максима!*

Алый сгусток вырвался из дерева, рассекая воздух.

Гарри даже не поднял руки.

*Щёлк.*

Большой палец лишь на полсантиметра выдвинул лезвие Ямато из ножен. Пространство перед Гарри треснуло. Заклинание Джеймса натолкнулось на миниатюрный разлом ткани реальности и мгновенно растворилось в небытии, не оставив даже искры.

– Невозможно... – прошептал Джеймс, опуская руку. – Без палочки... без заклинания...

– Вы ищете силу, которой у вас никогда не было, – холодно произнес Гарри, и его силуэт внезапно... исчез.

– Сзади! – закричал Дамблдор, выставляя мощнейший щит «Протего Хоррибилис».

Воздух за спиной Сириуса Блэка сжался. Синяя вспышка рассекла полумрак.

*Вжух!*

Сириус не успел даже моргнуть. Он не почувствовал удара – лишь резкий порыв ветра, пахнущий озоном. А в следующее мгновение волшебная палочка в его руке разлетелась на шесть идеально ровных продольных щепок. Пальцы обожгло холодом.

Сириус с воплем отскочил, прижимая покалеченную ладонь к груди, и рухнул на колени. Перед ним, повернувшись спиной, стоял Гарри. Клинок Ямато уже был вложен в ножны.

– Слишком медленно, – бросил Гарри через плечо. – Ты полагался на деревяшку, думая, что она дает тебе власть. Ты ничто без нее.

– Экспеллиармус! – взревел Дамблдор, посылая ослепительный серебристо-белый луч легендарной Бузинной палочки. Заклятие величайшего светлого мага могло пробить гранитную скалу.

Гарри плавно развернулся на пятках. Вокруг его тела материализовались восемь полупрозрачных лазурных клинков чистой демонической энергии – Призрачные мечи. Они закружились вокруг него с неистовой скоростью, создавая абсолютный щит.

Луч Дамблдора врезался в сияющий круговорот мечей и с оглушительным звоном отрикошетил в ночное небо, взорвавшись безвредными искрами высоко над кронами деревьев.

Дамблдор замер, его дыхание сбилось, очки перекосились.

– Кто... кто ты такой? – хрипло спросил директор, глядя на пасынка судьбы, которого он сам когда-то списал со счетов.

Гарри медленно поднял руку. Призрачные клинки за его спиной выстроились в идеальный веер, целясь остриями прямо в грудь Дамблдору и Джеймсу.

– Я тот, кого вы сочли мусором, – отчеканил Гарри. – Я Рыцарь благородного дома Ситри. Тот, кто прошел сквозь ад, сражался с падшими ангелами, богами и чудовищами, пока вы прятались в своих замках от горстки трусливых террористов в масках. Я – гибель вашей гордыни.

Джеймс Поттер смотрел на сына расширенными от ужаса глазами. Вся его спесь, вся чистокровная надменность, копившаяся десятилетиями, испарилась без следа. Перед ним стояло существо высшего порядка. Полудемон, воин немыслимой силы, для которого британские маги были не опаснее мух.

– Гарри... сынок... – заикаясь, начал Джеймс, выставляя перед собой трясущиеся руки. – Мы... мы же твоя семья... Кровь не водица... Мы можем договориться... Подумай о матери! Лили так плакала по тебе!

Гарри опустил взгляд на человека, называвшего себя его отцом. В глазах бывшего волшебника не было ни ненависти, ни гнева. Лишь абсолютная, всепоглощающая пустота.

– Моя мать не позволила бы запирать меня в подвале, пока вы пировали наверху, – ледяным тоном произнес Гарри. – Мой отец не продал бы меня за паршивый контракт с Эджкомами. Моя семья спит в том доме. Моя жена Цубаки. Мой сын. И мой клан, даровавший мне цель, силу и дом. А вы...

Гарри слегка наклонил голову.

– Вы просто биологический мусор, по ошибке разделивший со мной каплю ДНК.

– Мы уйдем! – торопливо выкрикнул Дамблдор, чувствуя, как давление демонической ауры буквально вдавливает его колени в брусчатку. Внутренний зверь волшебника выл от ужаса; Бузинная палочка в руке вибрировала, признавая полное, безоговорочное превосходство стоящего перед ними бойца. – Мы уходим, Гарри. Мы больше никогда не потревожим твой покой.

– Уйдете? – Гарри прищурился. – Разумеется. Но не раньше, чем вы усвоите урок.

Гарри сделал один шаг. Один плавный жест левой рукой.

*Дзан!*

Воздух вокруг троицы волшебников застыл. Пространство покрылось сеткой синих трещин, словно разбитое стекло.

Техника абсолютного рассечения – Судный разрез.

За долю секунды тысячи невидимых ударов распороли одежду на Джеймсе, Сириусе и Дамблдоре. Их мантии разлетелись в лоскуты, превратившись в жалкие тряпки. Волосы на голове Джеймса срезало под корень, оставив кривые залысины. Бузинная палочка Дамблдора была выбита из ослабевших пальцев старика и с глухим стуком упала к ногам Гарри.

Трое величайших волшебников Британии стояли на коленях в грязи, дрожа всем телом, полуодетые, униженные и полностью сломленные. Ни одна капля их крови не пролилась – точность ударов Гарри была идеальной, хирургической, призванной не убить, а втоптать их величие в пыль.

Гарри наступил кованым сапогом на Бузинную палочку.

*Хруст.*

Древнейший артефакт смерти, за которым веками охотились сильнейшие маги мира, лопнул под подошвой демонического Рыцаря, превратившись в горсть трухи и искр угасшей магии.

Дамблдор издал глухой, сдавленный стон, закрыв лицо руками.

– Передайте это моему «героическому» брату, – Гарри небрежно вынул из складок камзола тот самый пергамент с договором, который принес Джеймс.

Сжав кулак, Гарри напитал бумагу каплей демонического пламени. Пергамент вспыхнул ядовито-синим огнем и за секунду обратился в черный пепел, который развеялся по ветру.

– Если хоть одна живая душа из вашего мира посмеет приблизиться к границам Куо, – голос Гарри звучал как смертный приговор, – я не стану тратить время на разговоры. Я приду в ваш Мунго. Я приду в Годрикову Лощину. И я лично вырву хребет Годрика Поттера на глазах у вашей драгоценной публики. А затем сожгу руины вашего министерства до самого основания.

Цубаки подошла к мужу, положив ладонь на эфес его клинка. Ее холодный взгляд прожег Джеймса насквозь.

– Убирайтесь, черви, – бросила Ферзь Ситри. – Пока госпожа Сона не отдала приказ скормить ваши души низшим духам барьера.

Сона Ситри сделала легкий жест рукой. Под коленями волшебников вспыхнул грубый, насильственный круг телепортации, настроенный на их же собственный портключ.

– Проваливайте, – сухо бросила президент студсовета.

Вспышка магии ослепила двор. Пространство схлопнулось, унося троих незадачливых гостей обратно на их туманный остров.

Во дворе снова воцарилась предрассветная тишина. Лишь несколько лепестков сакуры медленно опустились на растрескавшуюся брусчатку.

– Слишком много шума из-за ничтожеств, – вздохнула Сона, развеивая свои демонические крылья и поправляя очки. – Барьер поврежден, придется потратить пару часов на восстановление плетения.

– Я помогу с пространственными узлами, президент, – мягко отозвалась Цубаки, также скрывая крылья.

Гарри медленно убрал Ямато в ножны до характерного щелчка. Его аура успокоилась, синее пламя угасло, уступив место привычному ледяному спокойствию.

– Спасибо, Сона, – негромко произнес он, слегка склонив голову в знаке уважения к своему королю.

– Не благодари, Гарри, – Сона мягко улыбнулась ему – редкая, едва заметная улыбка, предназначенная только для своих. – Ты часть дома Ситри. Твоя семья – под нашей защитой. К тому же... было весьма забавно наблюдать за лицом их «великого лидера», когда ты раздавил его палочку.

Цубаки подошла к Гарри вплотную, обвив руками его шею. Ее глаза сияли гордостью и безграничной любовью.

– Ты был великолепен, анатра, – прошептала она, приподнимаясь на цыпочках и касаясь его губ нежным поцелуем. – Пойдем домой. Наш сын скоро проснется и потребует завтрак.

Гарри обнял жену за талию, прижимая к себе. Он бросил последний, мимолетный взгляд на то место, где еще минуту назад валялся пепел фамильного контракта Поттеров.

Прошлое умерло окончательно. Род Поттеров мог сгнить в своем бессилии, моля о пощаде или проклиная судьбу. Их судьба больше не имела значения.

Здесь, под сенью цветущих сакур и защитой демонических знамен, ковалась новая история. История клинка, чести и настоящей семьи.

– Пойдем, – тихо ответил Гарри, и они вдвоем, растворяясь в утреннем тумане, направились к светящимся окнам родного дома.