← Назад к обзору

Эмия Гарри

Эхо из прошлого, клятвы будущего

Утро встретило Гарри не привычным гулом тренировочного додзё или суетой кухни, а тишиной, нарушаемой лишь мерным дыханием Окиты рядом с ним. Солнечный свет пробивался сквозь сёдзи, рисуя на татами золотистые полосы. Впервые за долгие годы он проснулся с чувством абсолютного, непоколебимого покоя. Прошлое, с его призраками и болью, отступило, убаюканное теплом тела, прижимавшегося к его спине.

Он осторожно повернулся. Окита спала, раскинув по подушке свои светло-розовые волосы. Без своего привычного высокого хвоста и боевой решимости во взгляде она выглядела удивительно юной и беззащитной. Легкая улыбка трогала ее губы, словно даже во сне она видела что-то хорошее. Гарри не мог удержаться и мягко убрал с ее лица упавшую прядь. От этого легкого прикосновения она вздрогнула и приоткрыла глаза. Аметистовые, сонные, они сфокусировались на нем, и улыбка стала осознанной.

– Доброе утро, Гарри-сан, – прошептала она, и ее голос был хриплым ото сна.

– Доброе утро, жена, – ответил он так же тихо, пробуя новое слово на вкус. Оно ощущалось правильным. Единственно верным.

Окита на мгновение замерла, а затем ее щеки залил румянец, яркий, как лепестки сакуры на рассвете.

– Муж, – выдохнула она в ответ, и в этом простом слове прозвучало столько же удивления, сколько и счастья. Она придвинулась ближе, утыкаясь лбом в его грудь. – Это так странно. И так… хорошо. Я все еще чувствую нашу связь, магическую, как Мастера и Слуги. Но теперь… теперь есть что-то еще. Что-то теплое и настоящее. Оно не зависит от праны.

– Это называется жизнь, Окита, – Гарри обнял ее, вдыхая аромат ее волос. – Наша жизнь. Вместе.

Он чувствовал, как под его ладонью бьется ее сердце – не метафорическое духовное ядро Героического Духа, а настоящее, живое сердце из плоти и крови. Грааль, искаженный и злой, в руках Кирея и Гильгамеша был источником разрушения. Но сила, которую они с Широ и остальными смогли отвоевать и очистить, сотворила чудо. Она дала физические тела Артурии и Оките, закрепив их в этом мире, освободив от цепей Трона Героев, пока их бывшие Мастера живы и полны маны. Это был беспрецедентный случай, который, несомненно, вызвал бы у Ассоциации Магов приступ коллективного безумия, если бы они узнали все детали.

– Мне немного страшно, – призналась вдруг Окита, и ее голос стал тише. – Я знаю, как умирать. Я знаю, как сражаться. Но я… я не знаю, как жить. Как быть женой.

– Мы научимся вместе, – заверил ее Гарри. – Я тоже не знаю, как быть мужем. Но я знаю, что хочу учиться этому только с тобой.

Их идиллию прервал настойчивый стук в дверь и звонкий голос Илии.

– Гарри! Окита! Вы идете завтракать? Широ приготовил блинчики! С клубничным сиропом! Если вы сейчас же не выйдете, я все съем сама!

Они переглянулись и рассмеялись. Мир и покой в доме Эмия были величиной непостоянной.

– Кажется, наш долг зовет, – с улыбкой сказал Гарри.

– Великая битва за блинчики! – подхватила Окита, уже соскакивая с футона с энергией, присущей только ей. – Мы не можем проиграть! Вперед, мой… муж!

Когда они вошли на кухню, держась за руки, на них тут же устремились все взгляды. За столом царил привычный утренний хаос, но их появление вызвало короткое затишье. Широ, стоявший у плиты, обернулся и тепло улыбнулся. Сакура, разливавшая чай, смущенно опустила глаза, но на ее губах тоже играла легкая улыбка. Рин Тосака, элегантно попивавшая свой кофе, окинула их цепким взглядом, ее бровь вопросительно изогнулась.

– Ну, наконец-то, голубки, – не удержался от едкого комментария Лансер, откинувшись на стуле. – А мы уж думали, вы решили проспать до следующей Войны за Грааль.

– Кухулин! – одернула его Базетт, но в ее глазах тоже плясали смешинки.

Гарри глубоко вздохнул. Лучше покончить с этим сразу.

– Нам нужно кое-что сказать, – начал он, чувствуя, как все внимание в комнате сфокусировалось на них. Он сжал руку Окиты чуть крепче. – Вчера… после ухода… гостей… я сделал Оките предложение. И она согласилась. Мы… теперь мы муж и жена.

Наступила оглушительная тишина. Илия замерла с ложкой, полной сиропа, на полпути ко рту. Широ выронил лопатку. Рин поперхнулась кофе. Даже Артурия, сосредоточенно поглощавшая уже пятый блинчик, остановилась и посмотрела на них с величественным удивлением.

Первой опомнилась Илия. Ее глаза восторженно расширились.

– Жена?! Как в сказке?! Значит, у вас будет свадьба?! С огромным тортом?! И я буду девочкой с цветами?! Да?! Да?!

– Технически, мы уже… – начал было Гарри, но его перебил Широ, который, наконец, пришел в себя.

– Гарри! Окита-сан! Поздравляю! – он подошел и по-братски хлопнул Гарри по плечу, его лицо светилось искренней радостью. – Я так рад за вас! Это… это просто замечательно!

– Поздравляю, Мастер, Окита, – торжественно провозгласила Артурия, вставая и делая легкий рыцарский поклон. – Ваш союз – это великая победа, достойная воспевания в легендах. И, конечно же, празднования с подобающим пиром.

– Эмия-кун, ты идиот! – внезапно взорвалась Рин, вскакивая на ноги. Ее твинтейлы подрагивали от возмущения. – И ты, Гарри, тоже! Как можно принимать такие важные решения так импульсивно?! Вы провели какой-нибудь ритуал? Составили магический контракт? Обсудили распределение активов и наследственные линии? Это же абсолютно непрактично!

– Рин, успокойся, – мягко сказала Сакура, подходя к ней. – Разве это не прекрасно? Они любят друг друга.

– Любовь – это не повод забывать о здравом смысле! – фыркнула Рин, но ее щеки были подозрительно розовыми, а в глазах, за стеной прагматизма, виднелось тепло. Она села обратно, пробормотав что-то вроде: «Безответственные дети… придется все брать в свои руки…»

– Хм, – задумчиво произнесла Базетт, отставляя свою чашку. – С точки зрения Ассоциации, брак между магом и… сущностью, подобной Героическому Духу, получившему физическое воплощение, – это казус, не имеющий прецедентов. Юридически это минное поле. Но… – она посмотрела на них своим пронзительным взглядом, и он смягчился. – Плевать на Ассоциацию. Поздравляю, Гарри. Ты выбрал себе достойную спутницу. И ты, Окита. Заполучить в мужья такого упрямого и талантливого мага – это тоже своего рода победа.

– Хех, а я говорил, что у пацана есть стержень! – ухмыльнулся Лансер. – Мои поздравления! Главное, помните, дети: никогда не ложитесь спать, не помирившись. И хороший бой на тренировочных мечах снимает стресс лучше любого психолога!

В этот момент в кухню влетела Тайга Фудзимура, опоздавшая, как обычно.

– А что здесь происходит? Почему все такие серьезные? Кто-то умер? О, боже, Широ, ты же не сжег блинчики?!

Илия, не в силах больше сдерживаться, подбежала к ней и затараторила: – Тигрица! Гарри и Окита поженились! Они теперь муж и жена!

Глаза Тайги комично расширились. Она переводила взгляд с Гарри на Окиту, потом обратно. Затем ее губы задрожали, и она разразилась громкими, театральными рыданиями.

– Ооооо! Мой маленький Гарри-чан! Уже такой взрослый! – она бросилась к нему, пытаясь заключить в свои тигриные объятия. – Я помню, как ты был таким крошечным и напуганным мальчиком, а теперь… теперь ты муж! Я так горжусь тобой! Широ, почему ты не женишься?! Бери пример с брата!

Общий смех, последовавший за этой тирадой, окончательно разрушил утреннюю неловкость. Гарри смотрел на свою семью – эту невообразимую, разношерстную, сумасшедшую, но такую родную толпу – и чувствовал, как его сердце наполняется теплом. Да, это был его дом. И никто не отнимет его у него.

***

После завтрака, когда хаос немного улегся, а Илия утащила Окиту и Сакуру планировать «самую лучшую свадьбу в истории Фуюки», атмосфера в гостиной стала серьезнее. Рин, Базетт, Широ и Гарри собрались за низким столиком. Артурия и Лансер стояли на страже у входа, не участвуя в разговоре напрямую, но готовые вмешаться в любой момент.

– Итак, вернемся к вчерашним… незваным гостям, – начала Рин, раскладывая на столе несколько драгоценных камней. – Дамблдор не из тех, кто легко сдается. Его уход был тактическим отступлением, а не признанием поражения.

– Она права, – кивнула Базетт, ее лицо снова стало маской профессионального силовика. – Я провела ночь, изучая доступные мне архивы Ассоциации по британскому магическому сообществу. Они крайне изолированы и высокомерны. Их Министерство Магии считает себя высшей инстанцией на своей территории, часто игнорируя общие конвенции. А Дамблдор… он не просто директор школы. Он глава их Визенгамота, верховного суда, и кавалер Ордена Мерлина первой степени. В их мирке он обладает почти абсолютным политическим и моральным авторитетом.

– Значит, он может делать все, что захочет? – нахмурился Широ.

– Не совсем, – возразила Базетт. – Его власть ограничена границами Британии. Вторгшись сюда, на территорию Японии, которая находится под юрисдикцией Ассоциации, он уже нарушил десяток протоколов. Мое присутствие здесь в качестве официального представителя семьи Фрага и, по сути, агента Ассоциации, сильно осложнило ему жизнь. Он не может применить грубую силу, не спровоцировав международный магический инцидент.

– Тогда чего нам ждать? – спросил Гарри. Он был спокоен, но его спокойствие было сродни натянутой тетиве.

– Манипуляций, – без обиняков ответила Рин. – Он попытается действовать через официальные каналы. Бумаги, приказы, апелляции к законам, которые мы, возможно, не знаем. Он попытается выставить тебя, Гарри, несовершеннолетним, которого незаконно удерживают. Он будет давить на твое происхождение, на имя Поттеров.

– Мое имя – Эмия, – твердо сказал Гарри.

– Мы это знаем, – кивнула Базетт. – Но для них ты – Гарри Поттер, пропавший брат их «Избранного». Они представят дело так, будто спасают тебя. И они попытаются дискредитировать нас. «Группа сомнительных магов с Востока, удерживающая силой наследника древнего рода». Звучит правдоподобно для их обывателей.

– Что мы можем сделать? – спросил Широ. – Мы можем просто игнорировать их?

– Игнорировать Дамблдора – все равно что игнорировать приближающийся тайфун, – вздохнула Рин. – Он слишком влиятелен. Нам нужна контрстратегия. Во-первых, Гарри, тебе нужно официально оформить свое новое имя и статус. Я могу помочь с этим через контакты моей семьи в Ассоциации. «Гарри Эмия, приемный сын покойного Эмии Кирицугу, находящийся под опекой семьи Фудзимура и под защитой клана Тосака». Это создаст юридическую стену.

– Во-вторых, – продолжила Базетт, – мы должны собрать информацию. Что именно происходит в Британии? Насколько серьезно возвращение их «Темного Лорда»? В чем суть этого пророчества? Знание – сила. Лансер, ты мог бы…

– Прогуляться по теням и подслушать? – ухмыльнулся Кухулин, появляясь из полупрозрачного состояния в углу комнаты. – Считай сделано. Я могу быть в Лондоне быстрее, чем сова доставит письмо. Дайте мне пару дней, и я принесу вам все сплетни их магического паба.

– Отлично. Пока Лансер будет в разведке, мы укрепляем защиту дома, – заключила Рин. – Я обновлю барьеры. Широ, ты можешь усилить их своей проекционной магией. Базетт, ваши руны будут бесценны. Мы превратим этот дом в крепость, которую не возьмет ни один бородатый старик, как бы он ни старался.

Гарри слушал их, и чувство благодарности смешивалось с решимостью. Они не спрашивали его, что делать. Они делали это вместе с ним. Они приняли его битву как свою.

– Спасибо, – тихо сказал он.

Рин отмахнулась. – Не благодари. Думай об этом как об инвестиции. Я вложила в спасение этого города и его обитателей слишком много сил и денег, чтобы позволить какому-то заграничному хмырю все испортить.

Внезапно воздух в комнате похолодел. Магическая энергия, чужеродная и официальная, сгустилась над столом. Это не было похоже на грубое вторжение через летучий порох. Это была целенаправленная, высокоуровневая магия доставки. С тихим шелестом, словно разворачиваясь из самой ткани реальности, на столе материализовался свиток из плотного пергамента, перевязанный темно-красной лентой и скрепленный восковой печатью с гербом, который Гарри никогда раньше не видел – две скрещенные волшебные палочки.

Все инстинктивно напряглись. Артурия шагнула вперед, ее рука легла на эфес невидимого Экскалибура.

– Не трогать! – резко скомандовала Базетт. Она достала из кармана монокль на цепочке и надела его. Ее глаз сузился, изучая ауру свитка. – Заклинание доставки Министерства. Британского. Запечатано магией принуждения. Если адресат не откроет его в течение часа, оно взорвется, высвободив содержимое в виде Вопиллера. Громко и на всю округу. Хитро.

– Кто адресат? – спросила Рин.

Базетт присмотрелась к едва видимым рунам на свитке. – Адресовано «Гарри Джеймсу Поттеру, временно пребывающему по неустановленному адресу в г. Фуюки, Япония».

Гарри почувствовал, как внутри поднимается волна ледяной ярости. «Гарри Джеймс Поттер». Они намеренно использовали его полное имя, данное при рождении, имя, которое он не использовал и не слышал больше десяти лет. Это была пощечина. Заявление о правах.

– Я открою, – сказал он, протягивая руку.

– Осторожно, Гарри, – предупредил Широ. – Это может быть ловушка.

– Это вызов, – поправил его Гарри. Он взял свиток. Пергамент был холодным на ощупь. Он сломал печать.

Лента сама собой развязалась, и свиток с резким щелчком развернулся в его руках. Текст был написан каллиграфическим почерком, полным официальных витиеватостей.

«ОТ ДЕПАРТАМЕНТА МЕЖДУНАРОДНОГО МАГИЧЕСКОГО СОТРУДНИЧЕСТВА МИНИСТЕРСТВА МАГИИ ВЕЛИКОБРИТАНИИ.

Мистер Гарри Джеймс Поттер,

Настоящим уведомляем Вас, что в связи с чрезвычайной ситуацией, связанной с возвращением Того-Кого-Нельзя-Называть, и на основании Декрета о защите несовершеннолетних волшебников в военное время (статья 7), Ваше текущее местоположение признано небезопасным.

Вам надлежит незамедлительно прекратить контакты с неустановленными и потенциально опасными магическими практиками и вернуться под опеку Вашей законной семьи, лорда Джеймса Поттера и леди Лили Поттер.

В соответствии с полномочиями, данными Директору школы чародейства и волшебства «Хогвартс» Альбусу Персивалю Вулфрику Брайану Дамблдору, Вам предписывается явиться в его сопровождении в Лондон для прохождения процедуры магической и психологической оценки.

Отказ от выполнения данного предписания будет расценен как пособничество темным силам и повлечет за собой самые серьезные последствия, вплоть до объявления Вас врагом магического сообщества Великобритании.

Ожидайте дальнейших инструкций.

Искренне Ваша, Долорес Амбридж, Первый заместитель министра магии.»

Когда Гарри закончил читать вслух, в комнате повисла тяжелая тишина.

– Амбридж… – прошипела Базетт. – Я слышала о ней. Фанатичная сторонница «чистоты» Министерства и контроля. Дамблдор использовал тяжелую артиллерию. Это уже не семейная просьба. Это официальный ультиматум.

– Они объявили ему войну, – констатировала Рин. – Юридическую войну. Они пытаются загнать его в угол. Если он откажется, они заклеймят его преступником в своей стране. Если согласится – он попадет прямо к ним в руки.

Широ сжал кулаки. – Мы не позволим им забрать его.

Гарри молчал, глядя на пергамент. Ярость, кипевшая в нем, уступила место холодной, кристальной ясности. Они думали, что он все тот же мальчик из чулана. Напуганный, одинокий, которого можно принудить, запугать, заставить подчиниться. Они не понимали. Они ничего не понимали.

Он медленно, очень медленно, свернул свиток обратно.

– Они хотят, чтобы я приехал в Лондон, – сказал он, и его голос был пугающе спокоен.

– Гарри, ты же не собираешься… – начал Широ.

– Собираюсь, – перебил его Гарри. Он поднял глаза, и в них горел зеленый огонь, но это был не огонь страха или гнева. Это был огонь решимости. Огонь кузнечного горна, в котором куется сталь. – Они бросили мне вызов. Они хотят говорить на языке приказов и угроз. Хорошо. Я приму их вызов.

Он встал и подошел к Оките, которая наблюдала за ним с напряженным беспокойством. Он взял ее руку и посмотрел в глаза.

– Окита, моя жена. Ты пойдешь со мной?

– Куда угодно, – без колебаний ответила она. – До самого края света. И за его пределы.

Гарри кивнул и обернулся к остальным.

– Я поеду в Лондон. Но не как испуганный мальчишка, которого тащат на суд. И не как блудный сын, возвращающийся в семью.

Он окинул взглядом своих друзей, своего брата, свою семью.

– Я прибуду туда как Гарри Эмия. Глава своего собственного клана. В сопровождении своей жены, легендарной мечницы Окиты Соджи, и в качестве союзника дома Тосака и представителя группы, остановившей Пятую Войну за Грааль. Я не буду отвечать на их вызов. Я сделаю свой.

Он посмотрел на Базетт. – Вы сказали, Дамблдор нарушил протоколы Ассоциации?

– Десятки, – подтвердила она, и в ее глазах появился хищный блеск.

– Тогда я прибуду в Лондон не как обвиняемый, а как истец. С официальной жалобой в Ассоциацию Магов на неправомерные действия главы британского Визенгамота. Они хотели официальной встречи? Они ее получат. Но на моих условиях. И на моей территории. Даже если эта территория – их собственное Министерство.

Рин Тосака откинулась на спинку дивана и рассмеялась. Это был чистый, восторженный смех. – О, боги. Ты стал таким же расчетливым и невыносимым интриганом, как я. Мне это нравится! Это будет великолепно!

Гарри Эмия, бывший Гарри Поттер, посмотрел в окно, на мирный пейзаж Фуюки. Старый мир звал его обратно, пытаясь затащить в свои интриги и войны. Что ж, он вернется. Но он принесет с собой новый мир. Мир, где на силу отвечают большей силой, где узы, скрепленные битвами и любовью, крепче уз крови, и где фехтовальщик из Шинсенгуми может стать королевой на шахматной доске европейских магов.

Война за Гарри Поттера закончилась. Начиналась война Гарри Эмии. И он собирался одержать в ней Великую Победу.